Исток - Анна Московкина

— Я не повелся, — парировал эльф. — И вовсе он не дурацкий, план как план. В меру рискованный.

— Не в меру! Это просто самоубийство!

— Ты нам вчера об этом говорил.

— И сегодня скажу! Может, еще самим убийц поискать…

— А мы, по-твоему, чем занимаемся? — встряла я.

— А еще можно герольдам заплатить, чтобы они всем продудели, где мы и чем занимаемся, — продолжал брюзжать колдун.

Каратель только скалился.

Мы подошли ко дворцу, где мужчины тут же попытались от меня избавиться. Я не стала им мешать. В зал приемов государя Велмании меня все равно бы не пустили, а куковать под дверью мне не хотелось. Я посмотрела, как их спины удаляются по парковой аллее, ведущей к парадному входу. В открытых воротах дремал стражник, опираясь на алебарду, она немного накренилась, ровно так, чтобы узкое острие впилось в щель между тяжелыми камнями проема. Так и хотелось шутливо поддеть ее ногой, но, боюсь, стражник шутки не оценит.

Осенних ярмарок было три. Первая встречала осень, вторая урожай, а последняя зиму. Торговцы сбывали оставшийся товар по низким ценам, столь заоблачным пять дней назад. Кто-то уже паковался, сворачивая шатры. Солен ждал меня у ярмарочных ворот, раньше дворянин пропускал столь сомнительные развлечения, но, как известно, с кем поведешься… Рядом дремал Валья, разумно оставивший лютню дома.

— Где эта? — Я всучила дворянину корзину, тот растерянно принял неожиданный дар, еще не понимая, какая честь ему выпала.

— Эта уже там! — Валья поправил перекидную суму, растрепал и без того лохматую голову, подбоченился, готовясь радовать своей улыбчивой физиономией многочисленных поклонниц. — Так сказать, нырнула в массы.

— Давно? — Жадных до дешевки горожан было много, и найти среди них полукровку будет проблематично.

— Да нет, увидела там что-то расчудесное и исчезла.

— Мы не сразу заметили. — Солен перекинул корзину в другую руку.

— За ней! — скомандовал Валья и устремился в толпу.

Разношерстная толпа толкалась у овощных прилавков, закупая картошку и прочие долго хранящиеся корнеплоды, оттуда же надсадно орала торговка.

— Мешок за серебряную корону, за одну серебряную. Большой мешок, очень большой. За одну серебряную!

Туго набитые мешки действительно пугали размерами. Там же торчала морковь, тоже плотно запакованная в мешковину. Капуста громоздилась тугими кочанами, соседствуя с кабачками устрашающей длины. Осенние яблоки разноцветными горками окружали это безобразие. Будто особы королевской крови на прилавках лежали зеленые тверденькие груши. А над великолепием последней распродажи витал дух дешевизны и гнили. Мы прошли овощные ряды, теперь изучая предложение зерновой продукции, от собственно самого зерна до пшеничного самогона, различной степени чистоты. Там народу было поменьше, зато и поколоритнее. Особенно у прилавка с бутылями, куда тут же попытался нырнуть менестрель, но был схвачен под белы рученьки. Мы с Соленом напомнили ему (достаточно было дыхания) о вчерашнем вечере. Валья сник и послушно пошел дальше к вещевым рядам. Тут уже хватали меня. Я с упоением перещупала различные отрезы остатков тканей, а хордримский купец, красочно расписывающий меня в сих шелках, получил два неприязненных взгляда, но быстро понял, что ни один из молодцев ни в мужьях, ни в женихах не ходит, продолжил обрабатывать податливую почву. Почва поддаваться отказалась, так что под расхваливание узоров и окраски меня оттащили в оружейный ряд. Там и Жарка нашлась.

Беру свои слова обратно. Ее сложно было не заметить. Девушку окружила плотная толпа с раззявленными ртами, но лишь с трех сторон. Взгляд убийцы упирался в тяжелую доску, где рядком выстроились метательные ножи различных видов и мастей. Сейчас в хрупкой ладошке уместился длинный нож цилиндрической формы, состоящий в основном из рукояти с небольшим лепестком лезвия на конце. Жарка высоко занесла руку над головой и резко, с незначительного разворота выбросила ее вперед. Нож сорвался в короткий полет, чтобы тяжело выбить несколько предшественников из носа улыбчивой хари, имеющей подозрительное портретное сходство с королем Велмании. Толпа восхищенно ахнула и захлопала в ладоши. Жарка потешно раскланялась.

— Этот возьму. Штуки три. И десяток стрелок. Только больше не подсовывай мне то…

— Что вы, сударыня. Только самое лучшее, — закивал бледный торговец.

— Опять все самое интересное пропустили, — разочарованно вздохнул Солен.

— Не, они сейчас еще торговаться будут. — Валья подбросил на ладони кинжал, чуть не порезался и поспешил положить опасную железяку на место. — Как вы с этой чертовщиной управляетесь?

— Ты же на лютне играешь, каждому свое. — Солен осторожно провел рукой по длинному голубоватому лезвию фальчина, лежащего на прилавке.

— Бери, парень, он будто для тебя!

— Да на что мне… — Дворянин задумчиво взял меч в руки.

Фальчин сделал несколько резких оборотов, повинуясь держащей его руке.

— Красавец. И баланс, похоже, хороший. Откуда он здесь? — Судя по виду, подобная вещь должна была стоить целое состояние.

— О! Это долгая и длинная история. Человек, владевший этим прекрасным оружием, отважный рыцарь, но была у него одна пагубная страсть. С которой он не мог совладать…

— Какая? — не сообразила я.

— Проигрался он, — хмыкнул Валья.

— И верно. Азартен был до одури, — согласился торговец.

Солен сделал еще несколько пробных взмахов и положил оружие на место.

— Не возьмешь? — Я с сожалением провела по узорчатой рукояти.

— Зачем. Чтобы висел на стенке в компании семейных реликвий?

— Мало ли. Пригодится. — Я проводила фальчин взглядом — для меня он был слишком тяжелым и громоздким. Мы прошли еще несколько палаток. Жарка довольная как ребенок с распухшими карманами и топорщащимися рукавами продолжала шнырять от прилавка к прилавку. От одних убийца отходила сразу, недовольно шипя и ворча на низкое качество, непомерные цены или безруких кузнецов, у других задерживалась подольше.

— На кой тебе столько железа? — Менестрель попытался обнять вернувшуюся девушку, но наткнулся на что-то острое и теперь пытался промокнуть платочком порезанную руку.

— Как это? Нужно! Знаешь, расход какой?

— То один со стрелой в заднице удерет, то другой меч в спине утащит? — уточнила я, взвешивая легонький кинжал, так и просящийся в руку.

Жарка заметила мое самоуправство, вырвала покупку и сунула обратно в ножны, из которых я украдкой его вытащила.

— Звезды так вообще расходный материал.