Монах. Предназначение - Евгений Щепетнов

– Нелогично как-то – неужели им не жалко своих соратников? Получается очень непрактично. Эдак все ресурсы исчадий можно потратить! Потом набирать, обучать…

– Ерунда – исчадий много. Всегда есть какой-то запас для того, чтобы сделать из них живое оружие.

– А зачем ты его оживил? Допросить?

– Само собой. Я сделал глупость – надо было его вырубить так, чтобы он мог говорить. А я бил сразу на поражение – по привычке. Учили меня так. В бою с противником не поговоришь, там убивать надо, и чем быстрее, эффективнее, тем лучше. Вот я и сглупил.

– А если он откажется говорить? Вернее – он уже отказался говорить – что будешь делать?)

Андрей ничего не ответил своей наречённой сестре. Помолчал, и сказал исчадью:

– Сейчас я сделаю тебе больно, очень больно – если ты сам не расскажешь, где находится ваш Адепт, где он сидит, кто ещё состоит в вашей организации, как ты сюда попал. Если расскажешь – я убью тебя быстро и безболезненно, обещаю.

– Я ничего тебе не скажу – хрипло засмеялся мужчина – я люблю боль! И чем больше боли, тем слаще будет моё пребывание в Чертогах Сагана.

– Ну что же – ты не оставил мне выбора – вздохнул Андрей – Шанди, держись. Сейчас будет нехорошо.

Он подошёл и с силой ударил мужчине в бок. Хрустнула кость ребра, но исчадье лишь засмеялся:

– Да, да! Убивай меня, убивай! Скорее! Чего ты остановился?!

Следующие десять минут были отвратительны. Исчадье кричал, вопил от боли, его дикие крики были слышны, вероятно, и в коридоре, потому что в дверь заглянул озабоченный гвардеец. Увидев то, что происходит, он тут же захлопнул дверь, с выражением отвращения на лице. Исчадье только смеялся, или завывал от боли, он как будто ей наслаждался, и чем ни сильнее была боль, тем больше он приходил в восторг.

(– Я не могу больше терпеть! – взмолилась Шанди – давай я уйду! Это невыносимо!

– Невыносимо, говоришь? – угрюмо спросил Андрей, вытирая залитые кровью руки о рубаху врага – мне зато выносимо, демон забери всё это дело! Так, стоп! – мне пришла в голову одна мысль!)

Андрей пошёл к дверь, огляделся, и сдвинул с места здоровенный шкаф, подпирая имя дверь.

(– Превращайся в драконницу! В полный рост!)

Шанди выскользнула у него из нагрудного кармана, спрыгнула на пол, замерцала, и вот уже на полу стояла здоровенная драконница, со сложенными крыльями, с гребнем на голове и рядами белоснежных, острейших акульих зубов. Чешуя Шанди блистала в свете нескольких масляных светильников, драконница лучилась красотой и здоровьем.

– Хороша, да – восхищённо сказал Андрей – ты с каждым разом всё красивее и больше! Эдак, ты скоро и свою мать превзойдёшь по размеру, силе и красоте!

– Говори, говори – весело хмыкнула Шанди – так бы слушала и слушала тебя! Вот умеешь же сделать комплимент девушке! Не зря тебя Марго любит – эх, был бы ты драконом…

– Так – хватит своих эротических фантазий – хмыкнул Андрей – займёмся нашим супостатом. Эй, придурок, чего глаза вытаращил? Драконов не видал?

– Нельзя! Это нельзя! Касаться дракона нельзя! Я не попаду в чертоги! Пожалуйста, не надо!

– Ничего себе! – поразился Андрей – а я-то хотел попросить тебя попугать его. Интересные вещи открываются… Знаешь – такая штука есть на Земле – такие же фанатики, боятся, что их останки враги после смерти завернут их в свиную кожу. По верованиям им нельзя не то что есть свинину – даже касаться её. Похоже – тут такой же запрет на драконов. Интересно…кстати – заметила, он прекрасно знает о драконах и заранее предупреждён? Эй, придурок – если сейчас не расскажешь мне всё, что я хочу знать – она примет тебя в свои ласковые объятия. И не видать тебе чертогов, как своих ушей. Ты меня понял? А расскажешь – убью тебя легко и приятно. Шанди, подойди к нему, дыхни своим фиалковым дыханием в его лицо.

– Ты что, намекаешь, что у меня изо рта пахнет? – подозрительно осведомилась Шанди – конечно – я же не могу чистить зубы как ты, у меня рук нет! А ты вряд ли будешь чистить мне зубы каждое утро! Так что нечего меня преследовать за это дело!

– Да это я так, к слову сказал – смущенно хмыкнул Андрей – просто подойди и постой перед ним. А если он не будет говорить правду – слышишь, скотина?! – откусишь ему голову.

(– Не вздумай, пока я не скажу! А то и правда порешишь его, и всё. Я не для того этого гада оживлял.

– Я что, дура, что ли?! Мог бы уж и не говорить – даже обидно!)

Через полчаса Андрей знал всё – всё, что знал об организации исчадий допрашиваемый. Конечно – многого он не знал, кто он был такой? Живая торпеда? Камикадзе? Но он знал главное – где найти Адепта. А там уже – зависело от Андрея, то, как он успеет использовать свои сведения.

– Давай, я оторву ему голову – кровожадно предложила Шанди – дерьма ему, а не чертогов!

– Вы же обещали – взмолился исчадье – обещали!

– Я слово своё – держу! – ответил Андрей, невольно повторив слова одного персонажа.

Он подошёл к исчадью, схватил его за голову и свернул шею. Позвонки хрустнули и мужчина застыл в кресле, с счастливой улыбкой на губах. Андрей брезгливо вытер руки о его одежду – ему всё время казалось, что где-то на руках осталось пятнышко крови. Он знал, что отмыть её непросто, кровь.

Отодвинув шкаф, Андрей открыл дверь и выйдя в коридор сказал толпе напуганных комедиантов, толпящихся у двери:

– Заходите. Я знаю, что вы не причём, так что не бойтесь преследования, вас никто не тронет. Кроме тебя – Андрей показал на пятидесятилетнего мужчину, с бледным лицом стоящего у стены – тварь, ты же убил своего товарища, ради денег! Жалкие двадцать золотых – вот во что он оценил жизнь парня. Он подсыпал ему порошок, который ему дал исчадье, и тот умер. А на его место принял негодяя-исчадье. Арестуйте его! – Андрей кивнул гвардейцам, и те тут же схватили человека под руки. Мужчина обвис, глаза его вытаращились от ужаса, а на штанах расплылось мокрое пятно.

– Я не хотел! Нет, нет, я не знал! Он сказал, что Хурас не умрёт! Я не хотел убивать! Ааааа! Нееет! Нееет!

– Отряд гвардейце – скомандовал Андрей – человек пятьдесят. Быстро к Первому Инквизитору – пусть даст несколько человек. Сейчас поедем брать Адепта исчадий – гвардеец озабоченно кивнул и понёсся по коридору бегом, громыхая сапогами.

– Тут есть ещё комнаты, где переодеваются комедианты?

– Нет, все здесь! – с готовностью отсалютовал ему один из оставшихся гвардейцев.

– Тогда пошли со мной – я должен доложить императору. Один – останься, сообщишь мне, как отряд будет собран и инквизиторы будут здесь. Пошли!

Андрей пошёл по коридору, вышел из комнаты, и через несколько минут оказался в пиршественной зале.