Одинокий Демон – 2. Студентус вульгарис. - Андрей Кощиенко

– Ваше величество, я не делал ему официальный запрос.

– Почему?

– Мне показалось, что вам будет лучше самому, напрямую, спросить его. В этом случае можно ожидать, что не будет затягивания с ответом. Вы же знаете, как гильдия магов все "быстро" делает!

– Мда… знаю… Хорошо. Я его сам спрошу. Тут как раз бал на носу. А ты пока за это время собери мне к этому времени всё по этим свиньям… убийцам. Что бы такое творить, нарушая все запреты, нужно иметь весьма важные причины. Весьма важные… Очень мне хочется знать, какие… Я посмотрю твой доклад и решу, стоит ли мне вообще говорить с Мотедиусом или может следует сразу за варговской пятеркой посылать? Дабы прочистить мозги кой-кому в магическом совете… Тебе все понятно?

– Будет исполнено, ваше величество… – согнулся в легком поклоне Робэрто.

– Хорошо. Закончили с этим. Что у тебя с эльфами?

– Молчат, ваше величество, молчат! – сокрушенно покачал головою первый тайный советник.

– Ладно. Пусть молчат. Продолжай слать им приглашения.

– Как прикажете, ваше величество…

Эри.

– Ну что, все? Выходим?

– Да! – предварительно набрав полную грудь воздуха, выдохнула Стефи.

Я еще раз кинул взгляд в большое зеркало, в котором отражались мы с ней. Оба в больших, до пола, черных плащах со сложенными за спиной капюшонами, заколотых у горла круглыми серебряными застёжками. Внизу, на их распахнутых отворотах, видна подкладка кроваво-красного цвета, беззастенчиво копирующая дизайн вампирских плащей, позаимствованный мною из земных фильмов. Подумав о том, что уж, коль мы идем на "парное выступление", то и одеться следует похоже, я напрягся и сделал небольшой парадно-выходной "ансамбль" для черных магов. Однако, если с самим собой я всегда мог договориться в плане одежды, то со Стефанией приходилось преодолевать баррикады отсталого мышления и завалы понятий прилично-неприлично.

Для начала она мне напрочь зарезала идею юбки с разрезом. Я так представлял себе ее бальное платье – прямая черная юбка почти до пола и сбоку разрез до верха бедра, выставляющий на обозрение стройную ножку в темном чулке. А вот дудки!

– Я такое не одену! – заявила мне Стефи, – даже и не думай! Это просто позорище в таком на бал придти. Нет!

Уперлась, как какой-нибудь моллюск в своей раковине, из которого его хотят вытащить. Всеми конечностями и частями тела, даже не приспособленными к упиранию.

– Ладно, – терпеливо сказал я, поняв, что через этот рубеж обороны мне не пройти, – что ты скажешь на это?

Консенсус нашли на свободной широкой юбке. Складки, образующиеся на ней, должны были придать большую легкость и зрительно дать больше движения. Еще, я прикинул, что если использовать легкий материал, то при быстром перемещении вперед, ткань будет "облеплять" танцовщицу, показывая линии бедер. Стефи, похоже, об этом не задумалась. Ладно, договорились. Перешли к длине. На балах носили – "в пол, до упора и шО-обы волочилось".

– Сделаем короче, – тоном, не допускающим возраженья, сказал я, – так, что бы снизу мелькали туфельки!

– Зачем? – не поняла она.

– Мелькание женских ножек притягивает мужские взгляды. Это весьма эротично.

– Что?

– Приятно для разглядывания.

– Да? – недоверчиво ответила Стефи и, отставив в бок из-под юбки правую ногу, принялась изучать свою небольшую ступню в коричневом кожаном башмачке.

– И что в ней такого? – спустя несколько секунд спустя спросила она, повертев её и так и сяк, – нога как нога. Что в ней разглядывать?

– Эхх… – глубоко вздохнул я, подумав про себя,- вот деревня! И пояснил, – вид ее побуждает к фантазиям – а что там дальше? А если сказать точнее – а что там выше? Тебе ясно?

– Давай, ты не будешь говорить мне фривольности?

– Ты спросила, я ответил. Без всяких недосказанностей и полунамеков. Как есть. Или ты предпочитаешь иносказания?

– Ммм… Да нет…

– А что тогда?

– Просто как-то странно. Ты мужчина, а спокойно разговариваешь на такие… такие непривычные темы… Эри, у тебя что, есть сестра? Ты мне не говорил!

– Нет у меня сестры. С чего ты взяла?

– Откуда тогда ты все это знаешь? Ты ведь не девушка, что бы разбираться в женских нарядах.

– Хм… скажем так: я в детстве очень много читал. Тебя устроит такой ответ?

Стефи такой ответ не устроил. Наклонив голову, она пристально, с подозрением меня разглядывала.

Похоже, ей пришла в голову мысль, что у меня было достаточно много женщин. От которых я всего этого и понахватался, – подумал я, наблюдая за ее лицом, – ну и ладно! Сама себе все объяснила, и я, как толкователь, не нужен. Замечательно.

– Значит, мы с тобою о длине договорились?

– Да, – нахмурившись, кивнула Стефания.

– Отлично. Переходим к обуви… Смотри сюда…

Я нарисовал ей часть ноги обутой в туфельку на высоком каблуке. Открытую туфельку с небольшим задником, широкой лямкой для удержания ноги спереди и ремешком вокруг щиколотки. Короче, вышли почти босоножки, по максимуму открывающими стопу и пальцы.

– Угу…! – одобрительно кивнула Стефи, – красиво! Мне нравиться. Я таких не видела.

– Ну и отлично, – сказал я, обрадовавшись, что согласие достигнуто так быстро. Знал бы я, сколько мне с этими туфлями потом мудохотся придется, я бы так не радовался. Высокий каблук предполагает большую нагрузку на подошву. Поэтому она, подошва, должна быть прочной. Плюс еще и легкой, чтобы хозяйка сих шузов не устала бы их таскать уже к середине бала. На Земле, в качестве такого материала используют пластик. Но тут нет пластика! Все что здесь есть – это металл и дерево. Пришлось идти к столяру. Короче, туфли делал краснодеревщик с офигевающим выражением на лице от осознания, чем он вместо производства шкафов занимается. Ничего, ничего! Горизонты бытия раздвинуть всегда полезно! Плохо было то, что у него поначалу ничего не получалось. Колодка выходила тяжелая и неудобная. Стефи, когда влезала в эти экспериментальные модели, пищала, что ей неудобно, жмет и вообще ходить нельзя. На третий раз столяра, видать почувствовавшего вызов его мастерству, осенило. Он добыл где-то редкого дерева, с каких-то местных тропических остовов и из него сделал третий вариант обувки. И нужно сказать, что с ним он угадал. Сделанная из заморского красноватого дерева с желтоватыми прожилками, подошва вышла – то, что надо! Легкая, прочная и даже немного пружинила. Почти как пластик. И с формой он угадал. Стефи уже не пищала, когда их обувала. Тут возникла следующая проблема.

– Ой, как высоко! – вскрикнула она, встав на каблуки и балансируя для устойчивости руками, – как же на них ходить?

– Ничего, – ободряюще произнес я, – немножко потренируешься, и будет нормально!