Экзорцист и демон - Лейла Аитова

Экзорцист про себя усмехнулся. Кто бы дал здесь наесться.

Поле… это значит, что лечение Като закончено. Не удивительно, её подруга что-то сказала про него, что рассердило хозяина. С чего она так взъелась? Ну да своего она добилась.

И что? Несчастная девушка страдает. Если её подруга дура, означает ли это, что Като должна мучиться?

А если продолжить лечение, означает ли это, что он сам дурак?

Кто б ему ещё позволил. Как уговорить хозяина? Умолять или как там… Ему претило подобное поведение. Но есть ли выбор? Кажется, рабам положено пресмыкаться. Может. получится?

Хозяина Вениамин увидел только когда возвращался с обеда. Он постарался говорить вежливо, и как можно более почтительно. Унижаться он не привык, но умел разговаривать с почтенными и титулованными.

Другое дело, что хозяин даже слушать не стал. Он просто рявкнул: "Прочь отсюда!"

Оправдываться всегда нелегко, и магу пришлось переступить через собственную гордость. Но тут он вышел из себя. Разом слетело всё подобострастие и даже вежливость. Кровь прилила к голове, сердце забилось сильнее. Между большим и указательным пальцами правой руки зажглась крошечная молния, которая тоненько потрескивала и сыпала белесыми искрами.

— Спокойно! — велел Вениамин. — Я всего хочу выполнить ваш же приказ. Так много хочу?

Хозяин опешил. Он даже не сразу сообразил, что ему угрожают. Маг дунул на молнию, она вытянулась, как мыльный пузырь, выгнулась и сложилась в стрелку.

— Надо вылечить девушку. И всё, — чётко сказал он.

— Ты… да ты… тварь…

Экзорцист сбросил молнию в землю и зажёг новую. У ног расцвёл круг палёной почвы.

— Только попробуйте. Вы будете страдать так же, как страдает она.

Особо он ничего не рассчитывал. Просто всплеск злости. Но магию здесь почитали за чудо, хорошо ещё вообще верили, — Кархагор говорил, что не во всех мирах так. И такая демонстрация хорошо если не смертельно напугала рабовладельца. Он молча кивнул; лицо заливала бледность.

— И попробуй только навредить мне или девушке.

Вениамин развернулся и пошёл к сараю. Дрожь начала прорываться наружу, но дрожь не страха, а ярости. Несколько глубоких вздохов — он заставил себя успокоиться.

Като, как обычно, лежала лицом к стене. Услышав уверенные шаги, она вздрогнула и развернулась, но, увидев мага, обмякла:

— Это ты? Прости нас. Рала не подумала. Она не хотела тебе зла. Правда!

— Сядь, — попросил тот. — Нам надо долечиться.

— Ты… будешь меня ещё лечить? — слегка удивилась девушка. Села и подала руки. Маг слегка сжал её ладони. Сегодня было гораздо лучше — и в физическом теле, и астральном. Теперь можно снять всю дурную энергию.

Медитация оказалась очень кстати — даже после подобного исцеления Вениамин чувствовал себя хорошо. Усталость, конечно, пришла — но лёгкая и приятная. Приятная по сравнению со всем, что было до этого.

— Вот и всё, — он осторожно положил руки девушки ей на колени. Но Като опечалилась:

— Надолго ли? Сейчас я чувствую себя хорошо, но он придёт сегодня ночью, как только ты скажешь ему, что закончил. Никакие травы мне на помогут. — Её голос задрожал. — Ты будешь исцелять меня снова, на потеху господину?

— Нет, не буду, — чуть сердито ответил Вениамин. — Я вообще не целитель.

— Ах, да… А кто?

— Экзорцист, — он встал.

— Это же… изгоняешь злых духов?

Он кивнул.

— А как ты здесь оказался?

— Не знаю, — признался Вениамин.

— Ты новенький, да?

Он снова кивнул.

— Ты ещё не знаешь ничего…

— Что я должен знать?

— Что это — конец. Ты надеешься сбежать? Зря. Будь ты хоть какой маг. Тебя разыщут по следам собаки, и в назидании отрубят несколько пальцев. Для начала. Для первого раза. А я всё-таки сбегу, — она засмеялась, но горько. — Там, ближе к лесу, есть обрыв. А внизу мелкая каменистая речка.

— Думаешь смерть — выход? — маг снова присел на кровать.

— Всё лучше, чем так…

— Зря так думаешь, — он пожал плечами. — Бывает и хуже.

— Да ну? Куда?

Он усмехнулся:

— Ну, не думаешь, умереть тебе или нет, а мечтаешь об этом. Все мысли только об одном — как бы это провернуть?

— И что, ты надеялся на что-то тогда?

— Нет.

— Ну вот видишь! — сказала девушка мрачно.

— Я жив, — напомнил Венинамин.

— Это было с тобой?

— Да.

Она протянула руку к свежезажившим шрамам на его щеке, но коснуться не решилась.

— Это оттуда?

— Нет, — он слегка улыбнулся. — Это по работе.

— То есть надеяться, да? — вздохнула она.

— Не убедил? — слабо улыбнулся маг.

— Не очень…

— Молись. В любом мире у нас есть высший Господин, который любит своих рабов.

Он открыл дверь, когда его догнал голос Като:

— А как тебя зовут?

— Вениамин.

На выходе из сарая его уже встречали.

Сам хозяин с несколькими слугами. Вениамин настороженно оглядел их, потом сложил основной знак силы, который легко можно было перевести в другие мощные знаки.

— Нет-нет, господин маг! — Хозяин вымученно улыбнулся. Похоже, он сообразил, что означает странная комбинация пальцев. — Не стоит. Я… хотел бы принести извинения. Возможно, всё происшедшее — недоразумение. Про вас нам ничего не было известно.

Экзорцист насторожился. Что ему надо? Усыпить бдительность, или хочет наладить отношения с магом?

— Так, и что?

— Возможно, вы примете приглашение погостить в моём доме?

Ого! Вот даже как.

— И как госпожа на это посмотрит? — Вениамин оказался не в силах скрыть улыбку.

— Всё в порядке, господин маг.

Ванна и чистая одежда показались гораздо приятнее, чем даже полноценный ужин. Всё это время маг не расслаблялся: неизвестно, что на уме у хозяина. Информации маловато для выводов. Например, как он сюда попал? Не спрашивать же в лоб… Да и что это ему дало бы?

Одежда странная, непривычная. Слишком свободная, не слишком удобная. Ну да неважно.

Во время беседы за ужином он тоже ничего понять не смог. Жена хозяина плантации глядела на него демонстративно презрительно. Пыталась даже уйти, сославшись на головную боль, но муж не пустил.

Тот пытался произвести благоприятное впечатление, но не старался чрезмерно. Одно Вениамин по его расспросам понял: он пытался пределить способности мага. В конце концов прозвучал и самый сложный вопрос: как он попал в такую ситуацию?

Маг честно ответил, что не знает.

Выяснилось, что надсмотрщик его купил по дешёвке у работорговцев. А вот откуда он попал к работорговцам — неразрешимая загадка.