Лучший из худших - Дашко Дмитрий Николаевич

В Периметр вели несколько ворот, сюда можно было добраться поездом и даже по воде. А вот от идеи создания внутри воздушной гавани пришлось отказаться сразу: над зоной отчуждения свирепствовали магические аномалии, проскочить через которые ещё не удалось ни одному летательному аппарату.

С того момента, как за мной захлопнулись врата, я, по сути, оказался на войне, пусть не совсем на передовой, а скорее в неглубоком тылу, но и это уже засчитывалось как участие в боевых действиях.

Для нашего фон-барона это был дом, а для меня… Я пока ещё сам не мог определиться. Пытался убедить себя в том, что когда-то принял правильное решение и теперь путешествие в опасную зону станет для меня чем-то вроде трамплина. Отсюда я снова прыгну в нормальную жизнь.

Рельсы были проложены вдоль зубчатых бетонных стен, усыпанных то тут, то там дотами с рядами путанки и вооружёнными до зубов патрулями. Я физически ощущал неприятное чувство, когда тебя держат на мушке, причём не на одной. Опасность могла прийти как извне, так и снаружи. Здесь старались подготовиться и к тому и к другому.

Ещё когда всё только начиналось, наши традиционные «союзники» британцы попытались высадить на наших берегах десант, якобы чтобы купировать источник проблем и не допустить расползания магической заразы по всему континенту. Дело едва не дошло до мировой войны. Если бы не геройские парни из флота, ещё неизвестно, чем бы закончилась эта история. Когда у тебя проблемы, всегда хватает желающих вцепиться в твой бок и урвать лакомый кусочек.

Я думал, наши мытарства закончатся, как только мы сопроводим груз на поезде. Однако выяснилось, что конечная точка находилась не здесь и туда придётся добираться уже другим транспортом.

Ценное оборудование при помощи кранов перегрузили с платформ на подогнанные бескапотные грузовики, чем-то похожие на КамАЗы, потом подъехали машины сопровождения – два колёсных бронетранспортёра, смахивающий на лягушку броневик с башенкой и подобие инкассаторского автомобиля. Погрузка заняла на удивление мало времени, настолько отработанно и чётко она производилась.

На сей раз речь шла не о простом сопровождении воинских грузов, поэтому нас первым же делом отправили облачаться в полную боевую экипировку. Каждый из парней, получив и напялив на себя комплект «Латник», больше походил на какого-то робота, чем на солдата. Весила эта броня довольно прилично, но, благодаря сервоприводам, особых проблем не возникало.

Родную и привычную «мосинку» тоже пришлось сдать на склад под расписку: требовалось оружие иного калибра. Стрелковый комплекс «Князь Александр Невский», на солдатском жаргоне – «Нева», впечатлял огневой мощью и заложенными в него возможностями. Теперь каждый из нас мог в одиночку штурмовать небольшой город.

Прежде мне не доводилось облачаться по полной программе. Мы, конечно, изучали и «Латник», и «Неву», но больше в теории, или практиковались с отдельными элементами. Просто меня дёрнули из части намного раньше, по сути, не дав закончить обучение. К счастью, всё управление было интуитивно понятно, к тому же всегда можно было обратиться за консультацией к двум инструкторам, которые помогали нам облачаться.

Эх, жаль, не было на мне этой сбруи, когда довелось столкнуться с первыми тварями. Зуб даю, у них вообще не было бы против меня ни малейшего шанса. Я бы их разметал в клочки ещё на дальней дистанции.

По команде поручика мы стали занимать места в машинах сопровождения. Мне выпало ехать в броневике, который выполнял роль командирского.

Отсюда непосредственно до «Объекта-13» было около сорока километров по бездорожью. В обычных условиях это часа два – два с половиной осторожной и тихой езды. Но здесь неприятности могли подстерегать на каждом шагу.

Учёных тоже разместили по разным транспортным средствам. В наш броневик подсели двое – лысый и неприятный мужчина лет сорока в квадратных и абсолютно не подходящих к его лицу очках с толстыми линзами и женщина примерно его возраста. Косметику она не использовала, но, думаю, с её помощью она превратилась бы из просто симпатичной в настоящую красавицу.

Её близкое присутствие приятно волновало меня и поднимало настроение. Правда, смотрела она на меня и других солдат как на пустое место. То ли вообще не интересовалась мужским полом, будучи погружённой в науку на все сто, то ли считала ниже своего достоинства общаться с грубыми и невоспитанными солдафонами.

Из разговора с лысым я узнал, что её зовут Елизаветой. Имя почему-то очень ей шло. Елизавета, Лиза… Красиво, блин! В нём слышатся отголоски гражданки, до которой мне ещё дальше, чем пешком до Марса.

Эх, Лиза, Лиза, ну какого хрена тебя сюда занесло, да ещё в компании с этим лысым хреном (уж простите за повторение)?! Сидела бы на попе ровно, изучала то, что привезут другие, ходила на свидания и балы. Глядишь, и не пришлось бы сейчас коротать время в компании неотёсанных мужланов в форме.

Будь моя воля, я бы тебя… На секунду перед глазами промелькнуло несколько фривольных картинок, в которых главными действующими лицами были я и эта «яйцеголовая», хотя голова у неё как раз была нужной и весьма приятной формы.

Жаль, всё это мои фантазии, и только. Вряд ли хоть одна воплотится в жизнь. Быть может, доедем до базы, и на этом всё закончится. Мы с Лизой больше никогда не встретимся, и она не сумеет даже узнать, какое имя у её соседа. Но, собственно, вряд ли ей особо и нужна эта информация. Светочам науки вполне хватало разговоров между собой на любимые научные темы.

Жаль только, я, как ни старался, так и не смог вникнуть в их оживлённый трёп. Между собой они общались на какой-то тарабарщине, состоявшей исключительно из научных терминов. Хватило пяти минут, чтобы у меня разболелась голова, и я переключился наконец на служебные обязанности. Будем бдеть, как приказано.

Встроенное в шлем радио зашипело и донёсся голос поручика:

– Трогаемся. Экипажи, полная боевая готовность.

Натужно взревели мощные двигатели. Страшно подумать, в каких объёмах они жрут дизельное топливо и масло. Хорошо хоть на армии тут не принято экономить, особенно на тех частях, что находятся в боевых или приближенных к боевым условиях.

Наш броневик ехал вторым, вслед за идущим головным бронетранспортёром, выкрашенным в защитный цвет. Машина шла ровно, внутри её бронированного чрева не ощущались характерная мелкая дрожь, покачивание или тряска. До ушей доносился только монотонный, слегка приглушенный рёв могучего мотора. Не знаю почему, но от него у меня во рту появился лёгкий металлический привкус. Видимо, когда вокруг тебя столько всякого железа, поневоле и сам пропитываешься им.

Изредка в эфире появлялись сообщения из головной машины, что-то вроде:

– Справа на три часа стадо «коров». Кажется, начинают поднимать головы и проявлять к нам интерес.

– Принято. Шуганите, но без фанатизма.

Меня заинтриговало, о каких коровах идёт речь и почему их обязательно надо шугануть. Благо это можно было увидеть из смотрового окна на моей стороне.

Я внимательно всмотрелся и увидел с десяток неповоротливых существ, больше похожих на гротескных тюленей, которым вдруг вздумалось изменить привычную среду обитания и перебраться в наши лесостепные края. Ничего общего с коровами, кроме увенчанных рогами голов. Огромные, лоснящиеся от жира туши, длинный хвост с чем-то вроде молота на конце. Навскидку каждый из этих «тюлешек» весил тонны три, не меньше.

Как и всякого нормального солдата меня сразу заинтересовал сугубо прикладной вопрос: съедобно ли их мясо и насколько хороший получается шашлык? Видимой опасности они вроде не представляли. Просто толстые неповоротливые гиганты. Обычно существа подобного склада достаточно добродушны. Но, наверное, первое впечатление не всегда верное, иначе бы поручик не приказал их попугать.

Кстати, эти создания действительно по очереди начинали отрывать свои безобразные бошки от земли и посматривать на нас.

Впереди пару раз глухо кашлянула пушка с бронетранспортёра. Оба снаряда влетели в центр стада «коров», взметнув высокие столбы из земли и пыли. Тотчас же животные с диким рёвом и на удивление почти спринтерской скоростью устремились в противоположную от нас сторону. Осталась лежать лишь одна особь. Она не дёргалась, скорее всего, погибла сразу.