Клиника в роще - Евгения Грановская

Вера быстро забежала в палату и захлопнула за собой дверь.

Евгений отложил книгу и с изумлением на нее посмотрел.

– Вера Сергеевна? Что слу…

– Тс-с… – она прижала палец к губам и посмотрела на Осадчего умоляющим взглядом.

Молодой человек нахмурился, затем понимающе кивнул и прошептал:

– Под кровать!

Вера опустилась на пол и быстро заползла под больничную койку. Евгений свесил с нее одеяло и взял в руки книгу.

В окошке двери показались раскрасневшиеся лица охранников. Мужчины что-то живо обсудили, беззвучно шевеля губами, затем один из них показал другому на дверь палаты. Тот кивнул, склонился над щитком и нажал на кнопку переговорного устройства.

– Эй, Осадчий! – заполнил палату его грубый голос. – Здесь должна была пройти новенькая. Ты ее видел?

Евгений оторвал взгляд от страницы и удивленно спросил:

– Вы о ком?

– О новой врачихе. Ты ее видел?

Евгений улыбнулся и мягко проговорил:

– Если вы говорите о Вере Сергеевне, то я ее в-видел.

Сердце Веры сжалось от страха. Неужели выдаст?

– И где она? – пробасил охранник. – Где ты ее видел?

– Здесь, – ответил Осадчий.

Охранник окинул взглядом палату – настолько, насколько ему позволяло окно.

– Где «здесь»? – недовольно спросил он.

– В палате, – улыбнулся Евгений. – Разве вы ее не видите? Она сидит рядом со мной.

Охранник несколько секунд смотрел на Осадчего изумленно, потом яростно выругался:

– Вот ублюдок! – затем он повернулся к коллеге: – Олег, давай ты в правое крыло, а я – в левое. Далеко она не убежит!

Охранник щелкнул кнопкой переговорного устройства и ринулся следом за коллегой, который уже бежал дальше по коридору. Евгений выждал с полминуты, потом захлопнул книгу и сообщил:

– Кажется, опасность миновала, Вера Сергеевна, вы можете покинуть укрытие.

Вера выбралась из-под кровати, поднялась на ноги и машинально отряхнула джинсы.

– Здесь нет пыли, – успокоил Осадчий, с любопытством разглядывая Веру. – В палате почти стерильная чистота.

– Да, я вижу. Спасибо, что не выдали.

Евгений чуть склонил голову:

– Не за что. Расскажете мне, что все это значит?

– Ох, Евгений, я и сама толком не знаю.

– У охранников были рассерженные лица, – заметил Осадчий. – Вы что-то н-натворили?

– Возможно.

Евгений перевел взгляд на пластиковую карточку, которую Вера все еще сжимала в руке.

– Это ведь ключ Шевердука?

– Да.

– Вам разрешили н-навещать меня?

У Веры не было времени объяснять, поэтому она просто кивнула головой:

– Угу.

Евгений сдвинул брови и задумчиво проговорил:

– Странно. Мне говорили, что я у них тут на особом п-положении. Выходит, они вам уже доверяют?

– Выходит, что так, – ответила Вера.

– А вы…

– Скажите, Женя, – перебила его Вера, – когда вас в последний раз выводили на прогулку?

Лицо Осадчего стало растерянным.

– Не знаю… – пробормотал он. – Насколько п-помню, никогда.

Вера грозно блеснула глазами.

– Черт знает что такое! – выругалась она. – Они обязаны были ежедневно выводить вас на прогулку.

– В палате есть к-кондиционер, – робко заметил Евгений.

– Не имеет значения, – отрезала Вера и внимательно всмотрелась в лицо Осадчего. – Сегодня вы выглядите намного лучше, чем вчера. Как вы себя чувствуете?

– Нормально. А что?

В глазах у девушки запрыгали озорные огоньки. Она облизнула губы кончиком языка и взволнованно проговорила:

– Что, если я выведу вас во двор? Хотите немного прогуляться?

Осадчий растерянно захлопал глазами.

– Вы с-серьезно?

– Да.

Евгений отвел взгляд и нахмурился.

– Но что скажет на это Черневицкий?

– Вот уж о чем я беспокоюсь в последнюю очередь! – с вызовом откликнулась Вера.

– Да, но у вас могут быть из-за меня б-большие неприятности.

– А это только мои проблемы, – сухо проговорила Вера. – Короче, идете или нет?

Осадчий снова поднял недоверчивый взгляд на Веру.

– Если вы не шутите, то да, – с необычайной серьезностью ответил молодой человек.

– Тогда идем! – Вера подняла вверх руку, в которой сжимала ключ, и усмехнулась. – Я тут такую кашу заварю, что никому мало не покажется… Евгений, вы когда-нибудь общались с журналистами?

Парень отрицательно мотнул головой:

– Нет.

Зрачки Веры сузились.

– Я предоставлю вам такую возможность, – мстительно произнесла она. – Вы обо всем им расскажете. И о том, что с вами делали в лаборатории, и о «карцере», в который вас запихали, и о запрете на прогулки… Обо всем.

– От ваших слов меня бросает в д-дрожь, – с улыбкой заметил Осадчий. – Зачем вам все это, Вера Сергеевна?

Девушка на мгновение задумалась, после чего ответила:

– Я бы хотела сказать, что борюсь за права пациентов, но… Но дело в другом. Просто я не желаю, чтобы меня выбросили на улицу с «волчьим билетом». А господин Черневицкий явно решил осложнить мне жизнь. Мне и моему мужу.

При словах о муже Вера вдруг переменилась в лице. Это не укрылось от внимательного взгляда Евгения.

– Что с вами? – быстро спросил он. – Вы п-передумали?

Вера покачала головой:

– Нет. Не я начала войну, но отступать я не намерена. Посмотрим, что скажет общественность, когда узнает, чем они тут занимаются!

– Потребуется большое мужество, – обронил Евгений.

Вера усмехнулась:

– Оно у меня есть. Идемте!

И первой двинулась к двери.

Приоткрыв створку, Вера осторожно выглянула в коридор.

– Ну, что там? – спросил Евгений.

– Чисто! Идите за мной. Только не разговаривайте громко, я не хочу, чтобы нас услышали.

Они вышли в коридор. Вдруг Вера остановилась.

– Черт! – тихо воскликнула она и пугливо обернулась по сторонам. – Ведь в палате есть видеокамера! Как я могла о ней забыть?

– Не в-волнуйтесь, – успокоил ее Евгений.

Вера взглянула на парня удивленно:

– Что вы имеете в виду?

– Я ее сломал, – просто ответил Осадчий. – Полчаса назад.

– Сломали? – взгляд Веры стал еще более удивленным. – Именно сегодня? Какое странное совпадение.

– Н-ничего странного, – хмыкнул Евгений. – Час назад ко мне приходил охранник, который каждое утро прибирает палату. Он сказал, что сегодня в клинику п-приедет какой-то важный человек, который хочет посмотреть на «лабораторного кролика».

– Это он так про вас?

Евгений кивнул:

– Да. Ну, я немного вспылил. Высказал охраннику все, что думаю о нем и его «в-важном человеке», а потом запрыгнул на стол и ударил по камере к-книгой.

– Книгой?

Евгений кивнул:

– «Идиотом» Достоевского. Очень тяжелая к-книга. И ударил я раз пять, пока охранник не стащил меня со стола.