Аман Тулеев. С моих слов записано верно - Аман Гумирович Тулеев

задал вопрос в лоб: «Что же вы молчали столько лет?!» А Геннадий Михайлович и говорит: «А что мы могли тебе сказать, Аман Гумирович? Ну не сложилось у наших детей. Бывает, дело молодое… Родила наша Лариса от твоего Андрея, и что теперь? Вот, растим. Ты – начальник, а мы – люди скромные, обычные… Что сказали бы односельчане, если бы мы побежали набиваться к тебе в родственники?»

Логика, в общем-то, понятная, с ней трудно спорить, хотя я считал и считаю, что главное в человеке – порядочность, его моральные принципы. А статус, должность – дело десятое. Как говорится, не место красит…

Очень рад, что именно Геннадий Михайлович и Людмила Макаровна воспитывали Стаса. Они честные, добрые, отзывчивые люди с благородной душой. Наша семья будет благодарна им до конца жизни.

После такой удивительной истории как не поверишь в Бога? Получилось рождественское чудо… Всегда считал, что волшебство – нечто сказочное, неестественное, а нам оно было даровано наяву. И моя семья каждый день славит за него Господа.

Разумеется, мы с Эльвирой сразу забрали внука в Кемерово, отправили в городскую школу. Купили Ларисе со Стасом квартиру. Учебную программу парню пришлось нагонять – какое преподавание в деревне? Учителя пытались скрывать от меня, но знаю, Стас на занятиях ленился, да и дома тоже быстро почувствовал себя царем. По малейшему его слову бабушка с мамой наперегонки бежали выполнять любое желание любимого чада. Бровью повести не успеет, все уже сделано. Избаловался в конец! И случилось это стремительно, в один момент. Почувствовал себя внуком губернатора, принцем крови. В школу и обратно Стаса возили на машине, так он и на водителя начал покрикивать. Учителя предпочитали не связываться: кто его знает, как оно выйдет, все-таки отпрыск Тулеева. Никто не осмелился прийти и сказать, что парень растет сложный, требующий особого внимания.

В свое время с генералом Сергеем Шумляевым, царствие ему небесное, я создал в Кемерове кадетский корпус радиоэлектроники при высшем военном училище связи. Заведение типа суворовского училища. Шел я однажды по промзоне какого-то завода и вдруг услышал голоса из трубы коллектора. Оказалось, в ней сидели оборванные, чумазые беспризорные пацаны, пытавшиеся отогреться в морозы. Тут-то я и задумался: сколько же у нас таких обездоленных детей, которых надо доставать из этих труб и выводить в люди?

Обратился за помощью в Москву, все сделал официально, чин по чину. По обыкновению, сначала получил от ворот поворот. Точнее, в правительстве идею с училищем не поддержали, но как бы и не запретили, прислав двусмысленный ответ из серии «денег нет, но вы держитесь». Мол, хочешь – делай, однако рассчитывай на свои источники финансирования, а не на федеральный бюджет. Но кадетов ведь надо поселить, обучать их, кормить, поить, покупать зимнюю и летнюю форму. А мальчишки в переходном возрасте растут как на дрожжах, только успевай шить. Тем не менее я от задумки не отказался и кадетский корпус открыл. Одних бизнесменов брал за горло, других увещевал подумать о бессмертной душе, но в итоге деньги достал, довел дело до конца. Сначала собрали детей из неблагополучных семей, потом многие ребята и из обычных, полноценных захотели стать кадетами, желающих было хоть отбавляй.

Правда, позже в ходе военной реформы, затеянной при министре Сердюкове, училище связи закрыли, но кадетский корпус я спас, договорился с Шойгу о переходе его под крыло МЧС. Сергей Кужугетович мне здорово помог тогда, предоставив тренировочно-спасательное оборудование. И сейчас не забывает моих кадетов. Кемеровский кадетский корпус вошел в систему учебных заведений Министерства обороны России, получил почетное звание президентского. Соответствующее распоряжение подписал Владимир Путин, и в 2019 году уже проводился первый набор курсантов.

Так вот, возвращаюсь к Стасу. Посмотрел я, как он резво начал, и подумал: а что же дальше будет? Словами и увещеваниями подростков не остановишь. Определил внука в кадеты. Тот в слезы. С Эльвирой Федоровной рыдали на пару. «Что плачешь? – спрашивал я Стаса. – Какая тебе разница, где учиться? Новых друзей найдешь». Жена со мной сначала ругалась, диктатором называла, потом месяц не разговаривала. Обиделась. «Пойми ты, нету другого пути!» – объяснял ей.

Со временем жена согласилась с тем, что я был прав. Как ни жаль было Эльвире внука, но она ведь тоже не слепая, видела, к чему дело идет. Стас тыкался то к маме, то к бабушке, искал «слабое звено». Перед поступлением поехал в летний лагерь при училище, где проверяют физическую подготовку ребят. Командира роты предупредили, чего ждать от моего внука, он был готов, что Стас придет и начнет ныть, жаловаться на здоровье, которое не позволяет ему стать кадетом.

«Все время отнимала работа, на семью его почти не оставалось. Сыновья росли под присмотром Эли. Старался освободить хотя бы воскресенье, чтобы посмотреть всем вместе кино и налепить пельменей»

фото 1–4 © Сергей Черемнов

фото 5–7 из личного архива А. Г. Тулеева

С женой Эльвирой Федоровной на прогулке. Кемеровский район, 2006 год

С женой и внуком. 2000 год

В храме. 2006 год

С сыном Дмитрием. 2008 год

Камень о закладке кедрового бора в память о сыне Андрее. 2003 год

Аман Тулеев и внуки Андрей и Тимур с кадетами. 2016 год

фото 1, 2 из личного архива А. Г. Тулеева;

фото 3 © Сергей Черемнов;

фото 4–6 из личного архива А. Г. Тулеева

С кадетами Кузбасса. Кемерово, 2008 год

Акция «Бессмертный полк». Аман Гумирович с портретом мамы, рядом сын Дмитрий, внуки Андрей и Станислав. Кемерово, 2016 год

из личного архива А. Г. Тулеева

Внучок не подкачал, оправдал ожидание: за пару недель до окончания сборов заявился к ротному и чуть ли не в ноги ему повалился: «Не могу больше, нет здоровья, меня надо отчислить!» Естественно, никто не внял мольбам, не пошел на поводу.

А со второго курса Стас втянулся и, хотя с математикой не все