Десять правил обмана - Софи Салливан

– Ты – классная. Я не устану это повторять. – Эверли с удивлением увидела слезы, блеснувшие в глазах подруги.

– При всем этом я устала. Я готова к тому, чтобы все вернулось в привычное русло. Что бы это ни значило.

– Уже скоро. А пока ты делаешь невероятные вещи. Все это так далеко за пределами твоей зоны комфорта, что ты, наверное, даже не видишь забор вокруг нее. Я тобой горжусь. Не все справились бы с таким.

– Ты бы смогла. – Эверли подняла голову, вздернув одну бровь. – Ты бы и во сне смогла это сделать.

Стейси крепко сжала губы. Затем наклонилась и прошептала:

– Потому что я вообще боюсь влюбиться.

– Что? – Эверли не была уверена, что правильно услышала. Она положила руку на лодыжку Стейси.

– Ты была права, когда говорила про Роба. Я странно себя вела потому, что у меня появились странные бабочки в животе. Обычно они просто от возбуждения, когда возле меня какой-нибудь милашка, но эти были не такие.

– Я стараюсь понять, но бабочки это что, синоним для чувств, да? – нахмурилась Эверли. – Если да, то можно было так и сказать.

– Я так часто меняю парней, потому что меня ужасает мысль о встрече с Единственным. – Взгляд Стейси изменился, стал более игривым. – Мне же тогда придется перестать встречаться с другими, – добавила она драматично.

– Не могу понять, шутишь ты или нет, – заметила Эверли.

Явно устав от разговора, Стейси спрыгнула с кресла.

– Я тоже. В этом и дело, Эв. У всех нас есть свои заморочки. Даже у Криса, наверное. Так что заканчивай шоу, а затем настанет время задать себе один важный вопрос.

Когда Стейси не продолжила, Эверли спросила:

– Какой?

– Встретила ли ты свою судьбу? – Губы подруги скривились, и было непонятно, это улыбка или гримаса. – Или она была у тебя под носом все это время?

У Эверли встал в горле ком, по коже побежали мурашки. Нет, она не хотела задавать себе эти вопросы. Они только привыкли к дружбе, она знала, что небезразлична Крису, но не нравится ему как девушка. У него было полно возможностей показать свои достоинства (она поморщилась, радуясь, что не сказала это вслух), если он хотел большего.

Она бы смогла понять, если бы она нравилась ему. Крис подарил тебе продуманный и милый подарок на день рождения. Последние десять месяцев он называл ее мисс Дин.

Зато он переживал за твою руку, когда ты обожглась. Он только недавно начал смотреть ей в глаза. Его голос смягчается, когда он называет твое имя. Тем не менее Крис почти не разговаривал с ней с тех пор, как они начали вместе работать. И все же придумал, как спасти твою работу. Он активно помогал ей найти парней для свиданий. Но прибежал в ту же секунду, когда ты позвонила, без лишних вопросов.

Эверли откинулась в кресле. Жизнь после тридцати должна быть легче. Понятнее. Она должна была чувствовать гармонию с собой, или как там пишут в «Космо». Ей полагается точно знать, чего она хочет, и иметь подробный план по достижению этого.

Стейси внимательно наблюдала за ней, в ее взгляде читалось веселье. Эверли вздохнула.

– Ну давай, смейся. Вот оно тридцатилетие! Я пока хреново справляюсь, но скоро настанет твой черед, дорогая. Ты следующая.

26

Крис встал из-за стола и направился к мини-холодильнику за банкой газировки. Ему нравилось задерживаться в офисе допоздна. Вечером было тише, проще сосредоточиться. Легче не думать об Эверли и ее свидании. Вроде бы. Он сгорбился у окна, открыл банку и отхлебнул, глядя на парковку. Она практически пустовала. Кроме уборщика, в здании никого не было. По субботам вечерний эфир вел диджей, работающий из дома.

Возвращаясь за стол, он ослабил узел галстука, стянул его через голову и отбросил на диван. Он сел, отставив газировку подальше от документов, и посмотрел на свои записи. Показатели станции были хорошие. Они утроили прибыль с рекламы за одно только шоу Эверли. Он злился, что отец продал издательство до того, как Крис узнал, чего мог бы добиться, но от этого другим компаниям достанется больше бюджета. Harco Media Entertainment, все еще включающая в себя станцию, компанию разработки программного обеспечения, рекламное агентство и фирму кибербезопасности, могла стать одной из важнейших корпораций отца.

Он недавно составил список всех его компаний, чтобы начать продумывать свой план их объединения.

У Натаниэля всегда было разнообразное портфолио, потому что он хотел заполучить по кусочку всего, что мог предложить ему мир. Он планировал воплотить несколько идей, чтобы связи между компаниями помогли увеличить прибыль. Хотел перестать избавляться от корпораций, которые работали неидеально. Крис был почти уверен, что если бы отец делал хотя бы вдох между куплей и продажей компаний, они могли бы поднять его имя в список Fortune 500[7].

До возвращения в Нью-Йорк он хотел объединить радиостанцию с тремя непосредственно связанными компаниями. Он только что закончил черновик письма, адресованного каждому из управляющих, в котором приглашал их на встречу. Им нужно работать сообща, объединить усилия, использовать нынешнее удачное положение. Крис хотел посоветоваться с Уэсли, его повернутым на технологиях братом, насчет идеи слияния компании разработки программного обеспечения и фирмы кибербезопасности.

Он надеялся, что если у них получится соединиться успешно и с положительными результатами, то можно будет провернуть такое же с другими холдингами отца.

Крис как раз собирался открыть компьютер, когда с порога послышался знакомый голос.

– У тебя всегда такая скучная работа?

Крис поднял голову. Его брат, Ной, опирался о дверной косяк с глуповатой улыбкой (которая, несомненно, была такой же, как у Криса). Крис встал, они встретились посреди комнаты и обнялись, похлопав друг друга по спине и радостно здороваясь.

Когда брат отстранился, Крис оглядел его. Господи, как он скучал! Они постоянно созванивались и переписывались, но это не то же самое, что живое общение. В отличие от Криса, Ною нравился стиль миллионера-плейбоя. В дизайнерских джинсах и рубашке, с тщательно уложенными волосами (навык, который он довел до совершенства, бесконечно занимая ванну в подростковом возрасте) он выглядел хорошо, хоть у него уже появились морщинки в уголках глаз. Ной обладал беззаботным характером. Уэсли был гением-интровертом. Крис не мог точно сказать, кем являлся он сам среди братьев. Может, он выяснит это, когда окажется на своем месте, в Нью-Йорке?

– Хреново выглядишь. – Ной хлопнул его по спине. – Словно ты слишком много часов подряд пялился на скучные бумажки. Ты хоть иногда выходишь отсюда? – Брат подошел к столу и провел пальцем упомянутым