Девять поводов влюбиться - Сола Рэйн

медленно тянет руку к моему лицу, чтобы заправить волосы за ухо и подушечкой пальца вычертить круг на щеке. – Вначале ты, потом я.

– Нет, Себастьян, я не вспоминала, как ты прикасался ко мне. – Ложь. – Единственное, о чем я думала в тот момент: «Неужели я встретила нормального парня, который не забудет, что трахнул лучшую подругу на вечеринке!»

Он поджимает губы и делает шаг назад.

– Я здесь затем, чтобы вернуть свое.

Гребаное квипрокво, от которого я еще минуту неподвижно стою на месте, ощущая, что ноги заледенели от холода, и смотрю в пустоту, в которой исчез Себастьян, так и не сказав, что подразумевает под словом «свое», заставив теряться в пугающих догадках.

День пятый

Мэдисон

– Боже, Себастьян!

Я вскрикиваю и толкаю его в плечо. Хлоя остается внизу, у подъемника, одна с самым комичным выражением лица – ее сигарета падает на землю, а губы приоткрываются в изумлении. Не у нее одной. Он просто опередил ее и сел рядом со мной!

Вагонетка начинает движение, и у меня не остается возможности уйти. Я медленно передвигаюсь подальше к краю, чтобы увеличить расстояние между нами. Себастьян же выглядит как довольный кот.

– С тобой явно что-то не так. – Я качаю головой. – Сходи проверься у психиатра.

– Тут нет фиксированной очереди. Рядом с тобой мог сесть кто угодно.

– Да, и должна была Хлоя, – огрызаюсь я и устремляю взгляд вниз, замечая, что подруга не садится в другую кабину, отходит подальше от подъемника и наверняка закуривает еще одну сигарету, приходя в себя от наглости Себастьяна. – Какая-то новая цель – доставать меня?

– Цель все та же, Мэдс. Мне нужно вернуть свое.

– Что «свое»? Я у тебя ничего не забирала! – Складываю на груди руки и поворачиваю к нему голову. Он же смотрит прямо и всякий раз, когда я злюсь, проводит кончиком языка по губе, сдерживая улыбку. – Если тебе необходим компьютер, который ты подарил мне на прошлое Рождество, то можешь и не надеяться, я ничего тебе возвращать не собираюсь!

– Мне не нужен твой компьютер.

Естественно, я понимаю, что он здесь не ради вещи. Это так легко читается в нем. Себастьяну плевать на деньги и вещественные подарки – он не привязывается к ним. Поэтому я всегда старалась на праздники дарить ему что-то особенное.

– Тогда чего ты хочешь, хм?

– Вернуть тебя.

Я предполагала, что он имел в виду под «своим», но все равно спросила, надеясь услышать другой ответ. А этот бархатистый голос, которым он проговаривает фразу, невероятно злит!

– Все, я прыгаю. – Берусь за поручень, стараясь поднять его наверх. Высота примерно семь метров. Отделаюсь переломами, но хотя бы не буду вынуждена слушать этот бред. – Отпусти руки, Себастьян! Я серьезно говорю. Дай мне, черт возьми, прыгнуть!

Он одной рукой придерживает поручень, и против его хватки я бессильна.

– Ты с ума сошла, Паркер?

– Да! Ты сводишь меня с ума! – кричу на него и пытаюсь сползти, чтобы перелезть под низ поручня, пока высота не успела увеличиться.

– Да что с тобой не так?

Себастьян за талию притягивает меня к себе, обездвиживая.

– Что разозлило тебя?

Я делаю несколько безуспешных попыток вырваться из его хватки, но оказываюсь намертво приклеена к нему.

– Ты! У меня есть другие причины злиться помимо идиота, который… который пытается довести меня до психического припадка?

– Я даже не пытался! Ты задала вопрос – я ответил.

Я злюсь, наверное, ощущая себя загнанным раненым животным, которому побольнее пытаются надавить на рану. Себастьян прочел записку, проигнорировал мои чувства, ушел с Бетани на вечеринку. Плевать, что у них ничего не было. А сейчас просто заявляется ко мне с решением вернуть «свое»? Это ощущается так, словно он пытается забрать у меня остатки себя. Я уже давно многое отдала ему.

– Заткнись! – рявкаю на него. – Раз ты сел рядом, то соизволь закрыть свой рот!

– Знаю, я мудак, Мэдс, что не сразу вспомнил о сексе, – начинает откровение Себастьян, поражая меня, потому что подобная искренность не вяжется с ним. Он обычно отмалчивается, принимая извинения за уязвимость. – Но мне понадобился час, чтобы сопоставить все и наконец осознать, ясно? А потом… потом ты просто подошла ко мне и поблагодарила, сказав: «Я рада, что именно ты мой друг, Себ. Надеюсь, наша дружба будет длиться вечность». Лучшего способа отфрендзонить я еще не встречал!

– Невероятно! Ты просто, черт возьми, невероятен! Да дело даже не в сексе, Себастьян!

– А в чем?

Я замолкаю и зажмуриваюсь. Не могу выдавить ни слова о записке и чувствах, потому что дело касается задетого самолюбия. Слабости. Я показательно отворачиваюсь в сторону.

– Очень по-взрослому, Мэдс, – бурчит Себастьян, явно теряя прежнее спокойствие.

– Очень по-взрослому игнорировать лучшую подругу две недели!

Мы оба молчим, пока вагонетка не подъезжает к гостиничной базе. Ноль реакции друг на друга. Слишком много эмоций внутри, и стоит одному из нас открыть рот – полыхать начнет все вокруг. Наши родители были правы, когда сравнивали Себастьяна с огнем, а меня – с розжигом.

Гребаный пожар посередине горнолыжного курорта Брекенридж!

– Поговорим, когда ты успокоишься, – напоследок предлагает Себастьян и сразу идет к «Снежному дому».

– Отлично, значит это будет… никогда! – кричу ему в спину и ногой бью сугроб.

Весь следующий день я веду в голове мысленный диалог с Себастьяном, считая, что недостаточно колко отвечала, жалуюсь Хлое и провожу вечер в номере за просмотром дорамы, которая ничуть не уменьшает огонь внутри.

День седьмой

Себастьян

Я должен был послушать рассудок и не ехать сюда за ней, в место, которое ненавижу больше всего на свете – горнолыжный курорт. И мне никак не помогает компьютерное образование, которое мы с Тобиасом используем для достижения не самых легальных целей, занимаясь хакерством. Не то чтобы каждый день пытаемся взломать Пентагон, но иногда превышаем полномочия, как и случилось с Мэдс.

Тобиас пытался остановить меня, неся разумную херню о том, что она уезжает на неделю, не на вечность. Я не собирался прислушиваться к нему в тот момент, когда пришел к ее дому, а дверь мне открыла мама Мэдисон, радостно сообщив о каникулах, которые ее дочь резко устроила для себя и Хлои. Не смог удержаться от навязчивой мысли. Это же Брекенридж, место, где многие пары находят друг друга, ну или, по крайней мере, так считает мой мозг.

Естественно, я рад, что у нее ничего не вышло с Брейаном, потому что он маленький сопливый мальчик, не способный