Восхождение - Дуэйн Джеймс

– Ч-черт, – прорычал Каверс. – Это может быть от планеты. Она почти как солнце, и эти бури…

– Капитан, – перебила его Ван, – капитан-лейтенант докладывает… – Тут она словно оцепенела. – Шесть корветов класса эсминцев в эскорте… и линейный крейсер, – отчеканила она. – Неизвестной конфигурации, и компьютер не находит соответствия.

– Это наверняка повиане, – напряженно заключил Каверс. – Если только мокаки себе других союзников не нашли.

Мерзкая кислятина древнего кофе бурлила у него в желудке. Быстроходного авианосца и двух истребителей было вполне достаточно для обеспечения космического превосходства над небольшой базой с легкой обороной… но теперь на них целая боевая группа надвигалась.

Теперь, когда все «спиды» и «психи» вылетели, Редеру и его людям нечего было делать, кроме как готовиться к их возвращению, а что касалось самого Редера, наблюдать, что они там делают. Особое внимание он уделял приключениям Сары Джеймс, пока она обыскивала рассеянные камни и льдины в кольце газового гиганта. Он слушал, как ее ровное контральто докладывает о вражеских кораблях.

При этом известии кровь отхлынула от его лица.

«Боже, – подумал Питер, – и ведь я ничем не могу помочь». Ему просто требовалось быть в «спиде», хоть что-нибудь делать.

– Будь оно все проклято, – прошептал он. – Сидишь тут в конторе как привязанный.

Редер испытал лишь легкое облегчение, когда Сара доложила о том, что корабли чужаков почти наверняка их не видят.

«Пока что, – добавил предательский разум. – Дело плохо, – подумал Питер, более масштабно оценив ситуацию. – Есть только два варианта: бросить все и бежать – или сражаться. У нас всего два истребителя против их шести. Да у них еще и линейный крейсер». А это означало, что им противостоял корабль вдвое больший по размеру, более тяжеловооруженный и почти такой же быстроходный, как «Непобедимый». Дело действительно было табак.

– Думаю, они могли нас засечь, – спокойно произнес голос Сары. – Курс… – рявкнула она затем пилоту. А вскоре тем же спокойным голосом сообщила: – Да. Они нас засекли.

«Беги, Сара! – мысленно подстегнул ее Редер. – Беги! Не дай им тебя достать». Его самого удивила сила того покровительственного чувства, которое вдруг его обуяло. Еще более страстно он желал пристегнуться к сиденью «спида» и полететь к ней на выручку.

– Возвращайте ваших людей на базу, – говорил тем временем Каверс.

– Принято, – четко сказала Сара.

Тут ее голос внезапно оборвался, а на пульте у Редера вспыхнула красная лампочка. Затем загудел характерный сигнал, означавший, что капитан срочно созывает селекторное совещание.

Каверс сидел в своем капитанском кресле, а экран перед ним делился на квадратики, и они один за другим заполнялись лицами его старших офицеров.

– Итак, выбор прост, – начал он. – Мы можем бросить войска и бежать к точке Транзита. Или мы можем принять бой. – Глаза у Каверса были полузакрыты, точно у сонного ястреба. – Десантное командование прикидывает, что ему потребуется приблизительно два часа, чтобы вернуть всех людей обратно на «Неутомимый». Какие будут предложения? – негромко произнес он.

– «Непобедимый» гораздо меньше линейного крейсера, сэр, – заметил Труон Ле, начальник тактической группы. – Зато мы значительно быстроходнее и в обычном космосе, и в Транзите, и у нас есть поддержка «спидов». У повиан их нет, поскольку десантники захватили весь флот мокаков.

– Мы также гораздо слабее вооружены, – указал квартирмейстер.

– «Спиды» возместят этот фактор, – задумчиво произнесла Ван. Затем она покачала головой. – Если бы не те шесть корветов.

– Может ли кто-то из десантников на мокакских «спидах» лететь? – спросила Ашли Люрман, астронавигатор.

– Они еще не взяли контроль над базой, – отозвался Каверс. – Я бы не хотел уменьшать их ряды.

– Но если мы не сделаем этого, сэр, может статься, нам придется их бросить, – сказал Труон Ле. Взгляд его темных глаз был почти умоляющим.

Наполовину разум Питера по-прежнему оставался зациклен на улетающих от врага «психах» и Саре. Но в затылке у него сидело что-то еще. Сара что-то такое сказала. Что-то насчет…

– Капитан, – сказал Джон Ларкин. – Поверьте, сэр, я испытываю глубокое уважение к способностям наших людей. Но у нас два корвета, практически безоружный штурмовой транспорт и мы сами. Хотя у нас и есть «спиды», – продолжил он, невзирая на протестующие возгласы остальных, – мы должны быть реалистами. Мы не чета линейному крейсеру и шести корветам класса эсминцев, пусть даже им очевидно поддержки «спидов» недостает. Думаю, нам следует отступить.

– А как насчет наших десантников? – спросил капитан. Голос его ничего не выдавал – ни согласия, ни осуждения.

– Сэр, десантники и их транспорт уже фактически потеряны, – скорбно произнес Ларкин. – Как мы можем их спасти, если мы даже себя не в силах защитить?

Лицо Каверса вдруг как-то заострилось, а взгляд стал как у орла.

– Если мы побежим, – прорычал он, – вся концепция легких авианосцев будет дискредитирована. Те, кто утверждают, что мы слишком легки для какой-то полезной работы и что наша скорость хороша только для отступления, получат все карты в руки. Не говоря уж о непростительных потерях в живой силе. Предлагайте еще, люди, вы способны на лучшее!

Питер ненавидел саму идею о том, чтобы вот так кого-то бросать, проверяя тем самым представления мокаков о милосердии.

Судя по выражениям лиц, глядящих на него с экрана, так же думали все остальные, включая Ларкина, который это предложил.

– Мы не можем позволить запугать себя до такой степени, чтобы забыть о тех тактических преимуществах, которые реально у нас есть, – высказался Труон Ле.

– Капитан! – с жаром вмешался Редер. – Наша главная трудность – линейный крейсер. А согласно донесениям капитан-лейтенанта Джеймс, он запакован в лед в кольце планеты. Так?

– К чему вы клоните, коммандер? – холодно поинтересовался Каверс.

– Почти весь тот лед, сэр, тяжелый, с дейтерием вместо водорода. Позвольте «спидам» атаковать, пока повиане все еще в него закованы. Если они будут наносить из своих орудий скоординированные удары пучками частиц, они смогут сжать дейтерий настолько, чтобы запустить термоядерную реакцию.

– Бога ради, Редер. Вы думаете, повиане будут просто так там сидеть и позволят нашим «спидам» это проделать? Вы с ума сошли! – воскликнул Ларкин. – Сэр, – обратился он к капитану, – я взываю к вашему благоразумию. Я понимаю, что очень тяжело отступить и бросить двадцать две сотни людей. Но у вас есть еще свыше шестидесяти шести сотен жизней, которые вы можете спасти. Прошу вас, не делайте эти жизни ставками в подобной безумной игре. В этом плане есть слишком много «если» и «может быть».