Полет миражей (СИ) - Александрова Дилара

Ветер окончательно затих. Без резких порывов, взвивающих податливый пух, все окружающее казалось неестественным. Нереальным. Обманчивым.

— Давай пойду я…

— Его не обмануть.

Резко развернувшись, Ашера схватила Медею за плечи. Ровно мгновение она глядела в бирюзовые, абсолютно спокойные глаза:

— Хорошо. Ты пойдешь. Но перед тем, как это случится, ответь мне на вопрос… Ты готова убить? Убить… Ради Фидгерта.

— Да.

Ашера разжала пальцы. Попятилась, отступив на несколько шагов назад.

— Прощай…

— Прощай.

Фигуру удаляющейся Медеи окутал потревоженный пух.

— Медея! — вдруг окликнула Ашера.

Та остановилась, но не обернулась.

— Ты не слабая. Просто мир — дерьмо.

Развернувшись, Ашера побежала в противоположную сторону и больше не оглядывалась. Впереди ждала долгая дорога.

Глава 17. Ошибки будущих надежд

Прошло уже почти два года с тех пор, как храмовники запретили опыты над людьми. После неудачного дебюта разгорелся огромный скандал. Церковь заняла твердую, непримиримую позицию, пойдя на нешуточный конфликт с правительством. Тогда дело удалось замять, но пересуды не унимались еще очень долго. За ОМК осталось право проводить исследования, но при условии, что в них не будут задействованы человеческие ресурсы.

Жизнь научного центра Кассини потихоньку входила в свое привычное русло. Стояла ранняя весна, и впервые за две недели солнце выглянуло из-за плотных туч. Ласковые лучи пробивались в широкие окна столовой на пятом этаже. Сотрудники различных отделов лениво доедали свои не в меру полезные обеды, где обилие витаминов было явно единственным преимуществом. С высоких потолков свисали кудрявые растения, отдаленно напоминающие плющи. Через каждые пару метров у стен красовались казенные пальмы в горшках.

Руководство центра поощряло стремление общественности к здоровому образу жизни. Считалось, что обилие зелени и широкие картины с изображением фруктов улучшали пищеварение и успокаивали нервную систему. Как и живые повара, призванные улучшить психоэмоциональное состояние работников. Предполагалось, что они будут создавать атмосферу заботы, участия и домашнего уюта. Кажется, по этому поводу даже было проведено несколько исследований и написана парочка увесистых диссертаций. Правда, докладчики не учли такие такие факторы, как «встать утром не с той ноги» или «крайняя усталость после выходных». Посему работники пищепрома частенько ходили с кислыми минами, не гнушаясь тратить рабочее время на сплетни и пересуды. Как говорится, утро добрым не бывает. Но что сделано, то сделано, и поменять порядки оказалось гораздо сложней, чем их создать. Бюрократия в очередной раз взяла свое, и замкнутые ученые вынуждены были задействовать все свои скромные социальные навыки для того, чтобы отобедать лучше, чем остальные. Впрочем, нет худа без добра, и со временем к пышным дамам в колпаках, с вечным румянцем на щеках и испариной на лбу привыкли все.

Солнце приятно грело кожу, и Фальх Диттэ находился в приподнятом настроении духа. Последние несколько месяцев его не отпускала сладкая эйфория. С лица не спадала легкая полуулыбка. Предвкушение чего-то глобального, грандиозного и, несомненно, очень важного основательно засело в душе.

Мужчина сидел за отдельным столиком, стоящим в огороженной зоне для высшего научного состава. В прозрачной кантарке лежал нетронутый салат из рубленного манго с арбузом. Отрешенно перекатывая кусочки фруктов, Фальх уже более получаса над чем-то усиленно размышлял.

— Приятного аппетита, — знакомый женский голос выдернул мужчину из приятной задумчивости.

— Благодарю, — отряхнулся от меланхолического оцепенения ученый, — Какими судьбами?

Поравнявшись со столиком, Лая Вайтфир широко улыбнулась и присела рядом. Рыбный пирог, чашка горячего чая, глазунья из одного яйца и зеленое яблоко — за два года отсутствия во вкусах девушки так ничего и не поменялось. Лая ушла из команды сразу же после инцидента в лаборатории. Что послужило причиной этого довольно серъезного решения, никто так и не узнал. Даже самые близкие коллеги. Поговаривали, что у ассистентки тогда случился нервный срыв. Впрочем, это были только слухи. Просто однажды она не пришла на работу, а потом, словно гром среди ясного неба, пришло известие о переводе девушки в академию Гекаты. Истинная причина ухода так и осталась загадкой для всех. Даже для Фальха.

— Не против, если я составлю вам компанию? — с вежливым напором спросила Лая.

— Буду рад, — с поразительной благосклонностью ответил мужчина.

— Сегодня хорошая погода. Приятно, когда солнце светит. Не люблю тучи.

— Вижу, у тебя хорошее настроение, — улыбнулся Фальх.

— Весна всегда так на меня действует…

— В академии Гекаты как раз сессионный зачет. Разве ты не должна быть там?

— Так и есть. Сейчас работы невпроворот, — улыбнувшись в ответ, кивнула Лая, — Но академия вполне справиться и без меня.

— Без тебя трудно справиться. После твоего ухода все еще долго шло кувырком.

— А я вот решила вернуться…

Повисла неловкая тишина.

Солнце начало припекать. Яркие лучи заполнили столовую, отражаясь от серебристых стен и глянцевых картин. Приходилось усиленно щуриться, чтобы разглядеть собеседника. Заработали световые фильтры, плавно затемняя стекла высоких окон. Буквально через мгновение им снова пришлось регулировать освещение, ибо на солнце наплыла увесистая пушистая туча.

— Многие ушли за тобой… Александр, Вонми, Бердант… Виктория. Честно сказать, твое решение всех нас повергло в шок, — слегка растеряв приподнятое настроение, задумчиво сказал Фальх.

— Вы на меня обижаетесь?

— Я стараюсь не иметь такой привычки, — отстраненно ответил мужчина, — Тем более после того, что сделали храмовники. Даже мне трудно было прийти в себя. Стать свидетелем двойного убийства… Потерять проект… Нет, Лая. Я не держу на тебя ни капли обиды.

— Тогда… Два года назад… Сразу после больницы… Ведь мы даже не успели толком поговорить, — замялась Лая, стараясь не смотреть бывшему руководителю в глаза, — Радостно, что мы объяснились. Если честно, я очень волновалась перед нашим разговором.

— Зря. Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к тем, кто посвящает науке всю свою жизнь.

— Если честно, хотелось бы и дальше продолжить… — еще больше замялась Лия, — Вернее, снова работать с вами.

— Боюсь, это невозможно. Сейчас я веду закрытый проект, — Фальх откинулся на спинку стула, перестав разглядывать уже надоевший салат. — Но в центре идет множество разработок… Ты же не вслепую подавала заявку.

— Нет… — смущаясь, кивнула Лая, — Но мне очень хочется закончить начатое. Думаю, это было бы справедливо.

— Ты о чем?

— Ходят слухи…

— Ох уж эти слухи, — рассмеялся мужчина, — В них нет и капли правды. Меньше верь тому, что говорят в перерывах между работой.

— Глупо слепо доверять сплетням, — поджала губы Лая, — Пришлось навести справки… Участились случаи нападения непроявленных монстров на людей за пределами городов. Пришельцев становится все больше, как и их жертв.

— Побочные эффекты при настройке стабилизаторов, — безразлично отмахнулся Фальх, — Разрабатывается новая модель, и пока ее не доведут до ума, телепорты будут давать утечки.

— Как удобно, — Лая откусила часть хрустящего зеленого яблока, — Увеличение количества монстров легко списать на несовершенство технологий. В конце концов, одним больше, одним меньше… И никто не догадается, что это был побочный продукт каких-то там опытов. Мы же с вами так и делали. Или вы забыли?

— Не забыл.

— Храмовники не имеют привычки вдаваться в подробности перед тотальной зачисткой. И какая разница, сделают они это в лаборатории или где-нибудь в поле, так?

— Эти фанатики действительно ослеплены собственной ненавистью. Им лишь бы все уничтожать… Однако, официальных обвинений научного сообщества от них не поступало.

— Потому что правительство продолжает спонсировать исследования тайно.