Илиада. Одиссея - Гомер

680 Сам разорвавши густые ряды аргивян щитоносцев,

Там, где суда и Аякса, и Протесилая стояли,

Моря седого на брег извлеченные, где аргивяне

Самую низкую вывели стену и где превосходных

Пламенных коней и воев ряды на сражение стали.

685 Там беотиян отважных, ияонов длиннохитонных,

Фтиян, и локров, и славных эпеян сложившиесь рати

Все на суда нападавшего с нуждой держали, но вовсе

Сил не имели препнуть Приамида, подобного буре.

Вои афинские были отборные; их ополченье

690 Вел Петеид Менесфей, и за ним устремляли дружины

Фидас, и Стихий, и Биас герой. Знаменитых эпеян

Вел Амфион, и Мегес Филид, и воинственный Дракий.

Фтийцам предшествовал Медон и дышащий боем Подаркес

(Медон, сын незаконный владыки мужей Оилея,

695 Был Оилида Аякса юнейший брат, но в Филаке

Жил, далеко от отечества, брося его как убийца,

Мачехи брата убив, Оилея жены, Эриопы;

Храбрый Подаркес Ификлов был сын, Филакидов потомок).

Оба они впереди пред дружинами юношей фтийских

700 Бились, суда бороня, с беотийцами вместе сражаясь.

Быстрый Аякс пылал не отстать от могучего брата;117

Близ Теламонида он, ни на шаг не отступный, держался.

Так плуговые волы по глубокому пару степному

Черные, крепостью равные, плуг многосложный волочат;

705 Пот при корнях их рогов пробивается крупный; но дружно,

Оба единым блестящим ярмом едва разделяясь,

Дружно идут полосой и земли глубину раздирают, –

Так и Аяксы, сложася, держались один близ другого.

Вслед Теламонова сына стремилися многие мужи,

710 Храбрые, ратные други; они его щит принимали,

Если усталость и пот изнуряли колена герою;

Но за вождем Оилидом никто не стремился из локров:

Дух не вытерпливал их рукопашного, стойкого боя;

Воинство их не имело ни медяных с гривою конской

715 Шлемов, ни круглых щитов, ни возвышенных ясенных копий;

Только на верные луки и волну, скрученную в пращи,

Локры надеясь, пришли к Илиону, и ими на битвах,

Быстро и метко стреляя, троян разрывали фаланги.

Тут, как одни впереди блестящим оружием разным

720 Бились с дружинами Трои и с Гектором меднодоспешным,

Локры стреляли, держась позади, – и уже забывали

Бранную храбрость трояне: смущали их стрелы густые.

Худо б им было, с стыдом от судов и от кущей ахейских

Трои сыны отступили б под шумную ветрами Трою,

725 Если б отважного Гектора Полидамас не подвигнул:

"Гектор, жестокий ты муж, чтоб других убеждения слушать!

Бог перед всеми тебя одарил на военное дело;

Ты ж и советов мудростью всех перевысить желаешь!

Нет, совокупно всего не стяжать одному человеку.

730 Бог одного одаряет способностью к брани, другому

Зевс, промыслитель превыспренний, в перси разум влагает

Светлый: плодами его племена благоденствуют смертных;

Оным и грады стоят; но стяжавший сугубо им счастлив.

Гектор! склонися к совету, который мне кажется лучшим.

735 Битва везде пред тобою, как огненный круг, пламенеет;

Мужи троянские, после того как ворвалися в стену,

С боя одни удалились с оружием, прочие спорят

В слабых толпах против множества, вдоль кораблей растянувшись.

С боя сойди и сюда призови ратоводцев храбрейших;

740 Здесь мы важнейшее дело решим совещанием общим:

Разом ли нам на суда многоместные ратью ударить,

Если бы бог даровал одоление, или немедля

Вспять от судов обратиться, пока не разбиты! скажу ли?

Я трепещу, да вчерашнего нам не отплатят ахейцы

745 Долга кровавого: муж при судах, ненасытимый бранью,

Ждет нас, который едва ли удержится вовсе от боя".

Так говорил он, – и Гектор одобрил совет справедливый;

Быстро с своей колесницы с оружием прянул на землю

И ему отвечал, устремляя крылатые речи:

750 "Полидамас, удержи ты здесь предводителей храбрых;

Дальше пойду я и противостану пылающей битве.

Я возвращуся немедля, вождям повеления давши".

Рек – и понесся великий, горе под снегами подобный;

С криком призывным толпы облетел он троян и союзных.

755 Все к Панфоиду, любителю мужества Полидамасу,

Бросились быстро дарданцы, услышавши Гектора голос.

Он же Гелена царя, благородного брата Дейфоба,

Азия ветвь, Адамаса, и Азия, отрасль Гиртака,

Ходя по сонмам передним, искал, не найдет ли героев.

760 Их он нашел, но не всех невредимых, не всех средь живущих:

В прахе из оных одни, у судов мореходных данайских,

Бледны лежали, под силой данаев предавшие души,

А другие страдали под язвами стрел или копий.

Только Париса брата, супруга Елены прекрасной,

765 Скоро нашел он на левом конце истребительной брани,

Дух ополчений своих ободрявшего к крепкому бою.

Став перед ним, укоризненным голосом Гектор воскликнул:

"Видом лишь гордый, несчастный Парис, женолюбец, прельститель!

Где у тебя Деифоб и Гелен, повелитель народа?

770 Офрионей знаменитый, Гиртакид воинственный Азий,

Где Адамас? Погибает сегодня, с высот упадает

Троя святая! Сегодня твоя неизбежна погибель!"

Быстро ему возразил Приамид Александр боговидный:

"Ныне угодно тебе обвинять и безвинного, Гектор!

775 Прежде я более мог нерадивым во брани казаться,

Прежде, не ныне, – меня не без доблести матерь родила.

С часу, как ты пред судами кровавую битву воздвигнул,

С оного часу и мы с аргивянами здесь беспрерывно

Сходимся в бой; но друзей потеряли, которых ты назвал.

780 Только герой Деифоб и Гелен, повелитель народа,

С боя сошли, от могучих врагов пораженные оба

Копьями длинными в руки; но Зевс их избавил от смерти.

Гектор, веди нас, куда ни влеком ты бестрепетным сердцем.

Все мы горим за тобою последовать; в храбрости нашей,

785 Льщусь, не найдешь недостатка, покуда нам силы достанет;

Выше же силы, хотя б и пылал кто, не может сражаться!"

Так говоря, укротил он великого Гектора душу.

Ринулись оба, где более битва и сеча кипела

Вкруг Кебриона вождя, непорочного Полидамаса,

790 Фалка, Ортея, подобного богу вождя Полифита,

Пальма, Аскания, Мориса, отраслей Гиппотиона,

Двух воевод, из Аскании прежним пришедших на смену

Только вчера; устремил их на брань всемогущий Кронион.

Шли на сраженье трояне, как ветров неистовых буря,

795 Если под громом Кронидовым грозная степью несется

И, с ужаснейшим воем обрушась на понт, воздымает

Горы клокочущих волн по немолчношумящей пучине,

Грозно нависнувших, пенных, одни, а за ними другие, –

Так илионцы, сомкнувшись, одни, а за ними другие,

800 Медью блеща и гремя, за своими вождями летели.

Гектор предшествовал всем, смертоносному равный Арею;

Щит перед грудью его обращался, круг необъятный,

Кожами крепкий и сверху обложенный множеством меди;

Окрест главы у него колебался шелом лучезарный.

805 Всем он фалангам везде угрожал, под щитом наступая;

Все он испытывал их, не расстроит ли наступом грозным.

Но ничем не смущал он бесстрашного духа данаев.

Сын Теламонов его вызывал, широко выступая:

"Ближе, герой, подойди! И зачем издали ты пугаешь

810 Воинов Аргоса? В бранном искусстве и мы не невежды;

Мы лишь Кронидовым тяжким бичом смирены, аргивяне.

Верно, ты в сердце надеждой горишь уничтожить сегодня

Наши суда? Но целы и у нас на защиту их руки!

И вернее, что прежде с высокими башнями град ваш

815 Нашими будет руками и взят, и во прах ниспровержен!

День недалек, объявляю тебе, как и сам ты, бегущий,

Пламенно станешь молить и Зевеса и всех олимпийских,

Ястребов шибче да будут твои долгогривые кони,

Коих погонишь ты в град, подымая лишь пыль по долине".

820 Он говорил, и незапно над ним заширялася вправе

Птица, орел небопарный; вскричали ахейские рати,

Все ободренные чудом. Но Гектор бесстрашно ответил:

"Праздные звуки, Аякс! велеречишь, огромностью гордый!

Если бы столько же верно я сын громовержца Зевеса

825 Был, бесконечно живущий, от Геры богини рожденный,

Славимый всеми, как славится Феб и Афина Паллада, –

Сколько то верно, что день сей погибель несет аргивянам

Всем совершенно! Погибнешь и ты, коль отважишься ныне

Встретить мой дрот сокрушительный: он у тебя растерзает

830 Нежное тело; и птиц ты пустынных и псов илионских

Туком насытишь своим, пред судами ахейскими павший!"

Так произнес – и пошел он вперед. Устремились трояне

С криком ужасным; крикнули с ними и задние рати;