На Дальнем Западе - Эмилио Сальгари

— К реке! — не отвечая ему, скомандовал агент. — Если вам дороги ваши скальпы, удирайте!

— Индейцы? — задал вопрос встревоженный Джордж.

— Прислушайся! — ответил агент.

— Гонятся! Проклятье! — выругался Гарри, явственно расслышавший характерный звук: должно быть, целый отряд верховых мчался по лесу, прокладывая себе дорогу в зарослях. Под копытами лошадей трещали сучья; под напором сильных грудей разрывались ползучие растения. И шум приближался к реке с каждым мгновением.

— Но это было бы слишком глупо! — пробормотал, побледнев, Гарри. — Добрались мы до самой асиенды, и вдруг, когда я уже рассчитывал…

— Знаю, знаю, что ты хочешь сказать! Когда ты рассчитывал усесться за столом с добрым ломтем свинины и кружкой пива в руках, индейцы помешали твоим благородным намерениям! — отозвался Джон Мэксим. — Но теперь, друг мой, не до этого! Позаботься о том, чтобы хоть в пустой желудок не попал конец индейского копья или пуля из карабина!

С этими словами янки побежал к берегу, согнувшись в три погибели и таща за руку Миннегагу, злобно сверкавшую глазами, но не произнесшую ни единого слова.

Сломя голову беглецы спустились к крутому обрыву берега или, правильнее, скатились почти к самой воде. Теперь они находились под прикрытием сравнительно невысоких, но крутых скал.

— Надо было бы попытаться перебраться на ту сторону! — пробормотал Джон Мэксим, измеряя взглядом лениво катившиеся воды реки.

— За чем же дело стало? — отозвался Джордж.

— Да боюсь, тут слишком глубоко. Никак не удастся пробраться не замочив оружия. Брода нет, а если и есть, то у нас нет времени разыскивать его.

— Пустимся вплавь! — предложил Гарри.

— Нет, поздно! — почти с отчаянием откликнулся агент. — Не успеем доплыть и до середины реки, как индейцы будут на берегу. А если заметят нас плывущих, то как ни плохо они стреляют, но на таком близком расстоянии не промахнутся… Затем, ведь они на лошадях. Погонят коней в воду и настигнут нас, а бой в воде дает больше шансов всаднику, у него свободны руки, а у пловца заняты и ноги и руки!

Оглядевшись, Джон Мэксим радостно воскликнул:

— Сюда, друзья! Кажется судьба сжалилась над нами! Какая-то яма, вход едва виден над водой!

В самом деле, вблизи виднелось нечто вроде пещеры. Это была расселина в скале, по-видимому, образованная выщелачиванием слабой горной породы водами потока во время разливов.

Не дожидаясь понуканий трапперы бросились за мчавшимся уже к пещере Джоном Мэксимом. Буквально волоча за собою заметно упиравшуюся индианку, агент протиснул свое могучее тело в пещеру. Оказалось, что за узким входом в пещеру следовало порядочное расширение, и, как ни мала была пещера над рекою, все же она без особого затруднения могла дать приют по меньшей мере для полудюжины человек с их багажом.

— Недостает только появления на сцене Старого Эфраима, — проворчал, облегченно вздыхая, янки. — Я готов подумать, что мы снова находимся в той пещере в каньоне, где отсиживались от проклятого гризли! Но тут мы в большей безопасности: индейцы могут подбираться сюда поодиночке, и мы уложим их немало, раньше чем они смогут сделать с нами какую-нибудь пакость! Вот только мало зарядов — скверная штука! Мы бы выдержали тут долговременную осаду!

— А что стали бы есть? — осведомился неугомонный Гарри.

— Если ты так голоден, съешь индианку! — пошутил Джон Мэксим.

— Тьфу! Предпочту расхваленную тобой легавую собаку в сметане! — отплюнулся Гарри.

И, как ни печально было общее положение, все разразились смехом.

— Молчите! Ни звука! — через минуту скомандовал Джон Мэксим.

В самом деле, до слуха спрятавшихся в пещере явственно доносились теперь голоса перекликавшихся людей, топот и ржание лошадей.

— Неужели они выследили-таки нас и видели, как мы сбежали? — шепотом промолвил Джордж, сжимая дуло карабина.

— Ничего удивительного! — отозвался агент. — У индейцев какое-то чисто собачье чутье. Особенно когда речь идет о следах, оставляемых бледнолицыми. Вероятно, они чуют, что мы здесь, и теперь ищут…— Затем, обратившись к Миннегаге, он промолвил угрожающе: — Только пошевельнись!

Девочка досадливо пожала плечами, но ничего не сказала: она понимала, что ее жизнь в руках бледнолицых и что сейчас нет никакого смысла рисковать, ибо за предательство придется расплатиться слишком дорогою ценою.

А голоса индейцев звучали все громче и отчетливее, слышалось ржание и пофыркивание обрадованных приближением к реке лошадей.

У СТЕН ЖИЛИЩА ДЕВАНДЕЛЛЯ

Оставив Миннегагу на попечение Гарри и Джорджа, чтобы индианка не ускользнула из пещеры и как-нибудь не выдала местопребывания беглецов, сам Джон Мэксим с ружьем в руках приблизился к выходу и, прилегши на землю, наблюдал из-за камней окрестности.

То, что представилось его взору, было малоутешительным: небольшой отряд краснокожих воинов с копьями в руках спустился с берега в реку.

— Шесть человек покуда! — шепнул товарищам агент.

Индейцы, тщательно осмотрев побережье, направили коней в воду и разъезжали у берега туда и сюда, явно ища следы беглецов.

— С шестерыми мы, пожалуй, справились бы. Как вы думаете, парни? — через минуту вновь заговорил он. — Да кто поручится, что тут поблизости нет других?

В это время один из разведчиков вдруг приподнялся на стременах и, склонившись набок у какого-то камня, испустил торжествующий крик, далеко разнесшийся по реке.

— Ищейка напала на наш след! — сказал янки. — Похоже, индеец оповещает другой отряд, что мы отысканы…

Джон Мэксим осторожно ретировался к сидевшим в глубине пещеры товарищам, чтобы подробнее рассказать о виденном.

— Что долго думать? — встрепенулся Гарри. — Не хочу я больше ждать! Кишки пусты! С голоду, что ли, издыхать? Раз ты говоришь, что у этих собак огнестрельного оружия нет, то чего же проще? Стреляем мы все не по-детски… По два выстрела на человека, да еще из-за камней, — и мы снимем с седла всех шестерых!

— А если вблизи есть другие? — отозвался Джордж, более осторожный, чем его брат. — Выстрелы наделают много шума!

— Господи! Ты, кажется, хочешь подарить краснокожим свой скальп?

— Молчи, Гарри! Вот они!

— Значит, иного выхода нет. Придется стрелять, ребята! Да цельтесь получше!

— скомандовал агент, заметивший, что индейцы приближаются к пещере.

Понукаемые индейцами, лошади грузно ступали у самого берега, расплескивая воду копытами и ломая тростники. Индейцы перекликались гортанными звуками. По-видимому, они не подозревали, что беглецы находятся так близко от них.

Мгновение спустя в пещере сразу сделалось темно: какое-то тело загораживало вход, препятствуя проникновению лучей солнца.