Подвалы твоего сердца (СИ) - "hazy forest"

Малфой напряженно вглядывался в темнеющий воздух и нервно барабанил по палочке пальцем. Мечась из стороны в сторону, он то и дело устремлял свой взгляд вверх, будто надеясь на то, что сумеет увидеть фигуру Грейнджер. Её не было около двадцати минут, и с каждой из них Драко нервничал все больше. Пару раз он хотел её окликнуть, но в последний момент осознавал, что Грейнджер вряд ли его услышит, и потому хмурился, сжимая губы. План по добыче артефакта был такой сумбурный и ненадежный, что юноша с трудом верил в его осуществление.

Но вот в пределах видимости что-то шевельнулось, и, разглядев отчетливо дрожащее тело, Драко понял, что безумная гриффиндорка сделала это. Украла магический артефакт мирового значения. Его сердце заколотилось о ребра, чувство триумфа и опасности остро пульсировало в висках. Малфой было ринулся к пирамиде, но вовремя остановился, вспомнив про купол.

— Ну что? — внезапное появление Забини заставило юношу едва заметно дрогнуть и закатить глаза.

— Она спускается, — раздраженно ответил Малфой, одернув мантию. — По периметру все в порядке?

— Встретил парочку магглов, — пожал плечами Блейз. — Но они были такими уставшими, что сразу же заснули.

Малфой одобряюще усмехнулся, неотрывно наблюдая за спускающейся по древней постройке Грейнджер. Казалось, напряжение, разросшееся в воздухе, можно было помешивать ложкой, словно густой кисель. И, когда Гермиона все-таки ступила на твердую землю, оба слизеринца не сдержали облегченного выдоха. На негнущихся ногах девушка миновала пределы магического купола, а потом пошатнулась и чуть не упала. Подстраховал подбежавший ближе Забини, схватив Гермиону за плечи и слегка облокотив на себя. Волшебница прикрыла глаза, измученно улыбнувшись. Страх быть обнаруженной куполом и упасть с огромной высоты запоздало нахлынул на неё одной мощной волной.

— Ты достала камень? — Драко взволнованно осмотрел гриффиндорку с ног до головы, но не обнаружил артефакта.

— Да, — слабо откликнулась она, рукой скользнув в сумку. Вскоре взору молодых людей предстал блестящий многогранник. Драко затаил дыхание. Получилось. Грейнджер сделала это.

— Надо убираться, — спустя несколько секунд Драко отмер и, выхватив камень из ослабших пальцев Гермионы, решительно посмотрел на Блейза.

— Сейчас я не готова к полету, — девушка встревоженно оглянулась на Забини и помотала головой. — Я не смогу…

— Сможешь, — Драко стиснул зубы и схватил Гермиону за руку, тут же вытягивая из сомнительных объятий Блейза. Тот недоумевающе наблюдал за разозленным слизеринцем.

— Малфой! — волшебница попыталась вырваться, но получила только наскоро брошенный ей гневный взгляд. Она искренне не понимала, почему юноша злился.

— Грейнджер, — ехидно передразнил её Драко и призвал метлу. — Забирайся. Полетишь спереди меня, а то, не дай Мерлин, еще свалишься.

Словив на удивление сочувствующий взгляд Блейза, Гермиона приблизилась к метле и с мученическим видом занесла ногу. Драко одной рукой скользнул к стволу и крепко обхватил его, другой же обвил талию Грейнджер и крепко прижал к себе. Её тело оказалось на удивление хрупким и очень холодным.

— Ты безумная, Грейнджер, — шепнул ей Драко перед тем, как подняться в воздух. — Но смелая. Ты справилась. Молодец.

Путь до поместья отчима Забини прошел почти гладко за исключением того, что Драко постоянно отвлекался от полета на развевающиеся прямо перед лицом волосы девушки. Аромат, исходящий от них, заставлял его предаваться совершенно неуместным в складывающейся ситуации воспоминаниям. Невольно Малфой вспомнил о её неожиданном «появлении» в его жизни, о чарах, о ночи в хижине, наполненной болью и одиночеством, о золотом снитче и жаркой перепалке на лестнице в башне Гриффиндора. А Грейнджер, словно ничего не подозревая, изо всех сил вжималась в тело Малфоя, жмуря глаза и остервенело цепляясь за метлу.

По прибытии в поместье они поняли одну очень неприятную вещь: Гермиона больше не могла перемещаться по каминной сети.

— Идите, — волшебница устало опустилась в шикарное кожаное кресло. — Я подожду здесь. Думаю, Теодор справится с зельем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Не глупи, Грейнджер! На тебе заклятье, и через минуту-другую после нашего отбытия ты прикончишь себя каким-нибудь глупым маггловским способом.

— Я мог бы остаться, чтобы проследить за ней, — с готовностью отозвался Блейз, сложив руки на груди.

— Невозможно, — тут же пресекла идею Гермиона. — В зелье требуется кровь творящего, доброжелателя и родственная. Ты обязан там быть.

— Она права, — мрачно ответил Малфой на вопросительный взгляд Забини. — Хорошо, ты останешься здесь.

— Драко, ты же сам… — Блейз вскинул брови, но тут же замолк. Малфой ловко выудил из внутреннего кармана мантии палочку.

— Инкарцеро!

Запястья, ноги и талию девушку тут же обвили веревки, надежно зафиксировавшие её в одном положении и пригвоздив к тяжелому креслу.

— Малфой, ты совсем спятил?! — прорычала Гермиона, тут же выходя из себя. — И это твоя благодарность?

— Она и есть, — Драко быстро подошел к девушке и, наклонившись над ней, пристально посмотрел в глаза. — Так ты себе не навредишь.

— Но вдруг что-то… — она рассеянно отвела взгляд, чувствуя, как сжимается от такой близости все её существо. Определенно, Малфой умел подавлять и подчинять одним лишь твердым взглядом.

— Ничего не случится. Обещаю, — он, повинуясь наваждению и порыву, провел рукой по непослушным волосам, растрепавшимся во время полета. — Все будет хорошо. Я вернусь сразу же, как закончу в Мэноре.

— Поспешите, — сдавленно прошептала Гермиона, смиряясь со своей участью. Разумеется, смысл в словах Малфоя все-таки был, и девушка понимала, что последствия заклятья вряд ли заставят себя ждать слишком долго. — Осталось мало времени. Я справлюсь.

— Я знаю это, — вкрадчиво произнес Драко и, напоследок сжав ладонью плечо гриффиндорки в скупом жесте поддержки, развернулся и направился к камину.

— Быстрее, Блейз, — Малфой, почерпнув немного пороха из мраморной вазы над камином, шагнул внутрь и вскоре исчез в ярком зеленом пламени.

Забини, все эти минуты ощущающий себя совершенно чужим в этой комнате, вздрогнул и стремительно приблизился к камину. Последний раз с сожалением и некоторым недоумением посмотрев на прикованную к месту гриффиндорку, он четко произнес место назначения и оказался в Малфой-мэноре.

В особняке пахло смертью. Малфой хорошо запомнил этот запах еще со времен пребывания здесь Темного Лорда. В этих стенах было убито столько невинных людей, что Драко удивлялся, как призраки до сих пор не выселили его мать из комнат. И этот запах, на первый взгляд обманчиво сладкий, но на деле тошнотворно-гнилой, словно выполз из темных углов поместья, поджидая полуночи.

Твердые шаги юного лорда будили от тревожного сна портреты предков, и все они едко перешептывались, наблюдая неестественно прямую спину потомка. Драко не слышал ничего кроме своего оглушительно бьющегося сердца. Преодоление расстояния до лаборатории далось ему с трудом. Мысли нестройным гулом голосов струились в голове, вызывая болезненное ощущение лихорадки.

Теодор уже ждал в лаборатории Люциуса, чем-то напоминающей кабинет профессора Снегга. Вслед за Драко в помещение влетел разгоряченный быстрым шагом Блейз. Никто до конца не верил в происходящее. Ни Нотт, без особой надежды все-таки начавший готовить зелье, ни Малфой, из-за предубеждений не верящий в силы обыкновенной девчонки, ни Блейз, наблюдающий за происходящим, словно через туманную дымку. Факт добычи последнего ингредиента был подобен чуду, и оттого не хотел укореняться в измученном реальностью сознании каждого из присутствующих.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Трое юношей окружили котел и, в неуверенности переглянувшись, одновременно коснулись разных шипов на цветке. Болезненно зашипел только Блейз, остальные же были слишком сосредоточены на результате. Капли крови, скользнув по шипам и матовому серебристому стеблю, обрушились в котел. В следующую секунду за ними полетел и цветок. Жидкость забурлила, и, густо заалев, вспыхнула магией.