Беспокойные звезды - Сюзанна Валенти

Берти поспешил к двери, и мы все последовали за ним, хотя я внимательно следила за Орионом, поскольку, казалось, только половина его тела вернулась под контроль, а другая половина все еще полностью спала.

Наконец Берти вывел нас наружу, открыл еще одну треугольную дверь у подножия горы, и холодный воздух хлынул вокруг нас, когда мы вышли.

Мое сердце остановилось, когда я обнаружила огромную толпу агентов ФБР, ожидающих снаружи. Я подняла руки, готовая пробиться отсюда вместе со своей семьей.

— Здесь очень много коров, — пробормотал Орион, оглядывая ряды агентов, натыкаясь на меня, и я поймала его за руку. — Мне нужно много доить. Это займет у меня всю ночь.

— Подожди, — пробормотал Дариус, когда я шагнула вперед, огонь обвивал мои пальцы. — Они не нападают.

Я нахмурилась, понимая, что среди агентов не видно ни единого проблеска магии, и меня охватило замешательство.

Женщина с темными косами и блестящим значком на груди вдруг упала на колени и заплакала.

— Слава Истинным Королевам!

— Это верховный главнокомандующий ФБР, — недоверчиво сказал Дариус.

— Ее придется немало доить, — пробормотал Орион.

Тори вырвалась из рук Дариуса, взяла меня за руку, и я притянула ее ближе, пока мы смотрели на море ФБР, мы двое слились в одно целое.

Остальные агенты последовали примеру своего командира, пригнувшись, чтобы поклониться и криком поприветствовать нас. Радость пронзила мою грудь, и победа окружила нас, когда я поняла, что мы только что одержали еще одну огромную победу над Лайонелом. Целый отдел ФБР больше не находился под его командованием. Оно было под нашим. Мы только что нанесли Королю Драконов удар, который эхом разнесся по всему королевству и проник в самые глубины его трусливого сердца.

ГЛАВА 15

Мои босые ноги были в крови, в синяках и болели от боли, которую я не могла почувствовать. Я онемела. Внутри ощущалась, лишь пустота.

Я могла ее видеть. Я могла ее видеть почти так, как будто я стояла вне себя. Там, где я должна была быть голодна, я лишь заметила урчание в животе. Там, где мне следовало бы бояться, я чувствовала только пустоту своего взгляда, а там, где мне следовало бы чувствовать боль кровоточащих ног, я чувствовала только пустоту всего, что я потеряла.

— Смысл в этом так мимолетен, — вздохнула тварь с лицом Дарси Вега, крепко прижав палец к моей щеке и следя за моими глазами в поисках реакции, которую я не могла вызвать. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что эти существа не были Истинными Королевами. Не то чтобы я знала, кто они, но я была совершенно уверена, что они вообще не были Фейри.

— Она знает, но ей все равно, — казалось, согласилась Тори позади меня.

Я тупо наблюдала, как эти существа убивали и сжигали землю, пока от мест, где они останавливались, не осталась ничего, кроме сажи и пепла. Я видела, как они наполняли свои желудки до предела, поедая всякие странные вещи. Я видела, как они ныряли в глубокую воду и бросались с высоких вершин. И я видела, как все это их не трогало, все это не имело для них значения. И все же они искали какой-то ответ, который не могла предложить ни одна из этих вещей.

Они голодали, но ничто не могло утолить мучивший их голод. И я могла только наблюдать, как они безрезультатно поглощали мир. Несмотря на все это, они охотились. Я заметила это. Они искали что-то, что ускользало от них, и злились, когда им снова и снова не удавалось это обнаружить.

Звук чистого разочарования вырвался из губ синеволосого существа, его ступня хрустнула о камень передо мной и образовала огромную трещину в центре, что выбило меня из равновесия. Существо наблюдало, как я споткнулась, затем выпрямилась, мое тело отреагировало, а лицо оставалось пустым.

Они обсуждали, как меня зарезать, чтобы посмотреть, закричу ли я, но не сделали этого. Мне следовало бежать. Но во мне не осталось ничего, что могло бы вызвать желание сделать это.

Мой взгляд скользнул от близнецов к берегу реки, на котором мы стояли, поток воды напоминал шелест сухих листьев, шуршащих по сухим камням. Было в этом что-то неестественное даже моему равнодушному взгляду.

Ствол дерева, которое нависало над нами, был черным, как полночь, с крошечными прожилками темно-красного цвета, прорезавшими шрамы на коре, отмечая ее, как будто кровью. Толстая ветка протянулась через воду, почти переправившись на другой берег. неестественной реки и заканчивался корявыми ветвями, растопыренными, как пальцы, словно пытавшимися ухватиться за далекий берег.

Движение привлекло мое внимание к центру ветки, где толстая веревка была привязана к петле и медленно покачивалась на ветерке, которого я не чувствовала.

Низкий, повторяющийся звук плеска заставил меня оглянуться назад, в сторону воды, и я замерла, заметив фигуру, приближающуюся издалека вверх по течению и использующую длинный шест, чтобы направить к нам плот. Он был весь в черном, его черты лица не были видны, и все же холод приблизился к берегу реки вместе с ним, и все в моих легких превратилось в воздух.

Близнецы тоже заметили его приближение и остановились перед ним на берегу реки.

— Почему существо без жизни ждет на пути к смерти? — Голос Паромщика прогремел над рекой, холод в воздухе усилился, словно ледяные пальцы пронзали мои кости.

— Я хочу торговаться, — сказали близнецы как один, и их голоса слились во что-то неземное, что-то более близкое к тому, что носило их лица. — Я не хочу участвовать в смерти.

Возможно, сейчас я ничего не чувствовала, но я могла сказать, что существа, претендующие на роль Королев Вега, не были Фейри. Я понятия не имела, какой монстр мог сотворить такую ложь, но время, которое я провела в их компании, показало мне это.

— Я не пойду на сделку с таким проклятым существом, как ты, — прошипел Паромщик хрупким, как лай, голосом. — За Завесой для тебя нет места. Ваш вид не сможет пересечь реку.

Близнецы переглянулись.

— Тогда ты нам больше не нужен.

Напряжение потрескивало в пространстве между невероятно сильными существами на берегу и существами в реке. я затаила дыхание, как будто ожидала, что мир упадет или небо взорвется.

Вместо этого Паромщик просто прижал шест к берегу реки и снова оттолкнулся от берега.

— Смерть не хочет нас, — сказала черноволосая близняшка другой, ее лицо было неземным и неподвижным, лишенным всякого выражения, каким, как я предполагала, и было мое.

— Что теперь? — спросила синеволосая. —