Тень Шифира, или Семь мужей для попаданки - Надежда Олешкевич

тенью. Получив кивок, присела на пол и присмотрелась к той, что отбрасывал его стул.

Что это на самом деле? Игра света? Особая материя? Отголосок чего-то пока непонятно мне?

Я не спешила прикасаться, как в прошлый раз. Считала, что нужно четко определить суть моей обретенной силы для самой себя, чтобы больше не теряться. Прийти к конкретному выводу. Тогда будет проще, появится базовое понимание, от которого можно отталкиваться, как от самой надежной опоры, которую уже с места не сдвинуть.

Все-таки для меня тень - это стул. Такой же стул, просто темный. Вот его начало - ножки. Вот его конец - спинка. Более размытый по краям, немного прозрачный. Но ведь стул! Просто слишком отчетливо в моей памяти отложилось, как я спала на чем-то твердом, когда мы с Роларом шли по теневой тропе к его замку. Значит, при желании и это подобие мебели, которое разлеглось на полу, можно сделать таким же твердым, объемным. Точно, это стул, но он устал, потому и растянулся под ногами. А на нем еще несколько его братьев. Такая семейка ленивой мебели.

Я потянулась к тени, но мое запястье схватил Алард. Потянул за собой к свечам.

- До сих пор не знаю, откуда ты набралась этой гадости.

- Неудачный ритуал, - коротко пояснил Найард, на что литар поднял руку, словно слушать растана - это последнее, что ему сейчас нужно.

- И сейчас не важно, думаю. Но вот что важно, дерзкая дэя.

Мужчина раскрыл ладонь, на нее упал свет и будто бы стал жидким, потом превратился в набор маленьких крупиц, свернулся в клубок и снова распался, чтобы оказаться частью воздуха, но сияющего.

- Как я понял, вы пытаетесь освоить магию. И поэтому хочу заложить в твою голову одну мысль. Свет - это осязаемая реальность. Я им дышу, он во мне, он вокруг, даже в темноте, но слишком приглушенный, чтобы его видеть. Тень - это его противоположность. Тень - это оборотная сторона света, которую ты тоже можешь видоизменять.

- Делать лужей, твердым, рассеивать… - сказала я и снова посмотрела на стул. Алард сказал примерно то же самое, к чему пришла я.

- Не пробуй. Никогда не сомневайся. Ты умеешь взаимодействовать и взаимодействуй. Это энергия, это еще одно воплощение Шифира. Только тебе решать, что с ним делать и как с ним контактировать.

- Как тоннель для падающего на голову огня, - вспомнился мне самый впечатляющий момент из сражения с Дарканцами.

Алард не понял. Я же закивала, призывая его продолжать.

Он взял мою руку, снова превратил свет в жидкость и перелил ее в мою ладонь. В первое мгновение стало страшно. Это ведь не вода. А вдруг что-то произойдет, обожжет меня, как случилось с сияющими крупинками в темнице? Но нет, неприятных ощущений не появилось. И влаги - тоже…

Совсем не мокрая вода из света, как интересно. А если тень - это не просто обратная сторона света, а тоже свет, но словно перевернутый…

Я всмотрелась в свою ладонь. Нащупала внутри себя колючую энергию, словно проверила, находится ли она на месте и можно ли что-нибудь творить. Почувствовав слабые отголоски, решила воплотить дерзкую задумку в жизнь и представила, что жидкость из света - это множество перевернутых крупиц тени.

Миг - и белое стало черным. Я от радости едва не расплескала все. Алард удовлетворенно улыбнулся, что стало для меня лучшей наградой.

В закрытые ставни что-то ударило, появился мелкий скрежет, как если бы деревянную поверхность царапал буйный песок. Буря дошла до Тара?

Мужчины переглянулись. Литар потянул меня за локоть, сделал несколько шагов назад.

- Что происходит? - спросила я тихо.

С улицы донеслись истошные крики. Ставни задрожали под внешним напором. Не выдержали. Распахнулись, впуская в комнату черный песок… или не песок?

Я прикрылась руками, оказалась спрятана под расправленными крыльями Аларда. Почувствовал замогильный холод и звук, напоминающий далекий звон.

- Дхарг, - ошеломленно выругался Найард, и ставни закрылись.

Стало тихо. Удалось нормально вздохнуть и, едва литар убрал белую защиту из перьев, осмотреться.

Пол устилала мелкая мошкара. Мебель вроде бы стояла на месте. Никто не пострадал, даже ставни были целыми, хотя теперь их укрепляли зеленые плети.

Истан подарил мне недовольный взгляд, как если бы сказал, что не нужно было сюда ехать, здесь опасно. Вот только неизвестно, что случилось бы, останься я с Одиларом. Вдруг нам вдвоем не удалось бы справиться с Тэнши?

- Дхарг, - повторил растан.

- Не ругался бы ты при дэе, - с укором произнес безлик.

- В том-то и дело, что это было не ругательство, - нахмурился Найард и указал на окно. - Я видел дхарга! Вот это все из-за него!

- Их не существует, - скептически заметил Алард и стряхнул со своего и без того вымазанного сапога мошкару.

- А дары существуют? Кажется, мы недавно с одной встретились.

- Нашел, что сравнить. Дару и дхарга.

- Можно? - подняла я руку, чтобы они обратили на меня внимание. - А кто такие, эти дхарги?

- О-о-о, - одновременно выдали литар и растан, а Истан лишь нахмурился, всем своим видом показывая, что не следовало мне сюда ехать, ой, не следовало.

Глава 23

Прошло три дня. Три долгих и достаточно тяжелых дня, наполненных упорными тренировками и попытками подружиться со своими новыми способностями. Со мной постоянно находился кто-то из мужей: то Истан, который «стимулировал» мою Искру на более явное выделение необходимых потоков, то Алард, дающий очень ценные советы, которые удавалось благополучно применять на практике. Пока я осваивала магию в компании с кем-то одним, двое других мужчин занимались поисками Кеша и наблюдением за дорогами к городу, чтобы вовремя заметить приближение Тэнши и, как печально бы это ни звучало, сбежать.

Порой мне удавалось услышать их разговоры, из которых становилось понятно, что не только дара являлась причиной нашей остановки в Таре. Странная черная буря пошла на Запад, поэтому безопаснее всего сейчас было находиться здесь.

Я выматывалась настолько, что вечером с трудом добиралась до постели. Падала на подушку. Окуналась в глубокий сон и там лежала в обнимку с Одиларом, который не докучал расспросами и просто не давал кошмарам пробиться в мою голову.

- Кто такой дхарг? - спросила у него на третью ночь.

Другие мужья нагнали ужаса, объяснили невпопад, что не удалось толком ничего понять. Потом началось мое