Запрети мне любить - Кристина Майер

как же хотелось схватить ее и зацеловать, но друг как Цербер над нами стоял. – Маша, иди, – повторил он. Пуговка послушалась. – А ты слюни подотри. Пока не поженитесь, Машку не получишь.

И ведь не скажешь ничего. Была бы у меня сестра, я бы вел себя так же. Надо подключать маму. Она умеет здорово, а главное, быстро устроить любое, даже самое роскошное мероприятие. Будем надеяться, недели ей хватит, чтобы организовать свадьбу…

* * *

Маша

– Маша, тебя отец зовет, – ворвалась к нам в спальню мама. Лицо бледное, осунувшееся, будто кто-то умер. – Что ты наделала?

– Ничего, – страх передался и мне. Я и без нее сидела тут и кусала губы от волнения. Нервничала, что за разговор у отца с Тигиевыми?

– Мам, не нагнетай. Маша сделала свой выбор, мы должны ее поддержать, – следом за мамой вошел в спальню брат. Жанна согласно закивала, а мама замотала головой.

– Егор, ты о чем говоришь? Отец никогда не примет…

– Хватит, – оборвал брат маму. – Почему мы должны выбирать свою судьбу, оглядываясь на ваше мнение? Твои родители счастливы были, когда ты замуж за бандита собралась?

– Егор!

– Что «Егор»? Они тебя и не видели. Умерли в нищете, не общались с единственной дочерью, потому что ей муж запретил знаться с ненавистной тещей, – маме стало стыдно, она присмирела. Не любила мама об этом говорить, но я знаю, что она переживала. – Жизнь – бумеранг, иногда возвращается и больно бьет за наши грехи. А ты подумай, хочешь так же, как бабушка закончить или научишься отстаивать свое мнение? Я помогу и поддержу, если ты от Маши не отречешься под давлением отца.

Мама молчала, а мы с братом вышли из комнаты.

– Не бойся, я рядом, – шепнул мне брат, когда мы подошли к кабинету.

Если и боялась, то не за себя.

В черных кожаных креслах сидели отец и Юрий Петрович. Миша стоял за спиной своего отца. Руки заложил за спину, будто пытался потянуть позвоночник. В кабинете стояло напряжение, даже дышать было тяжело, а он специально делал вид, будто расслаблен.

– Маша, – громыхнул своим голосом отец, как только я вышла вперед. – Это правда, что ты за него замуж собралась? – пренебрежительно он кивнул в сторону Миши. Генерал пристально на меня смотрел. Я вспомнила наш с ним разговор. Вот и пришел момент, когда я должна сделать выбор. Не подвести своего мужчину.

– Тигиевы – очень уважаемая семья, и они не стали бы тебе лгать. Да, я собираюсь связать свою судьбу с Михаилом, – ответила, глядя отцу прямо в глаза. – Я люблю его и считаю самым достойным мужчиной на земле. Все его поступки вызывают у меня восхищение и уважение, – голос не дрожит, уверенный. – Я горжусь тем, что они примут меня в свою семью, – лицо отца в такие моменты багровеет, и сегодняшний день – не исключение: я вновь бросила ему вызов.

– Посмеешь так поступить, никогда не переступишь порог этого дома! Я отрекусь от тебя! Ты мне не дочь!

– Я никогда ею себя не чувствовала.

– Лишишься моей поддержки, защиты, наследства! – будто не слыша меня, продолжал отец.

– Свою дочь я сумею и без тебя защитить, – встрял в наш конфликт генерал. Так неожиданно было услышать такие слова, что в носу защипало, и я еле сдержала слезы. – А что касается защиты и наследства, то защищать ее от тебя нужно, Лютый. А деньги они заработают даже без моей поддержки. Маша, а наследство я вам оставлю, бедствовать точно не будете, – ну и все, я расплакалась.

– Маша, подумай! – не унимался отец.

– Это вы подумайте, стоит ли терять дочь? Я Машу в обиду не дам. Отречетесь от нее сейчас, второго шанса на примирение не будет! – жестко произнес Миша.

– Маша, не забывай, у тебя есть брат, – добавил масла в огонь Егор. – Кстати, достаточно состоятельный.

– А зачем ты ее сюда привез, если сам защитить мог?! – закричал отец на брата.

– Чтобы твои друзья-враги коршунами над твоей головой кружили, раздражали тебя, а ты их в последний путь проводил, – все поняли, что речь идет о Быкове. Отца всего перекосило.

– Ты на что намекаешь, щенок?!

– Прямым тексом заявляю.

– Я сделаю вид, что не слышал этого. Лютаев, это моя последняя поблажка тебе. Родственником своим я тебя считать не буду, хотя уверен, что моим именем ты будешь прикрываться, когда в политику полезешь, но если ты попытаешься протянуть руку в мою семью, я тебя с лица земли сотру.

– Не надо мне угрожать, – отец не любил, когда последнее слово оставалось за другими, но сейчас всем было ясно, что он проиграл. Папа выглядел понурым. – О матери подумай, – решил он напоследок на меня надавить.

– Это родители должны думать о своих детях, – не дал мне ответить Егор.

Не прощаясь, мы покинули кабинет, а потом и дом. Мама проводить нас не вышла, а я не стала ее искать. Ей сейчас тяжело, я это понимала, но решать только ей.

– Жанна, Маша, ко мне в машину, – скомандовал Егор.

– Маша – ко мне в машину, – надавил интонацией Миша. – Я ее две недели не видел.

– Ладно, за мной езжайте, – усмехнулся брат. Так и хотелось треснуть ему за «великодушие».

– Я предлагаю собрать парней и отметить нашу помолвку.

– Тигр, ты куда спешишь? – обернулся Егор.

– Егор, я тебя сейчас пошлю. Свадьба через неделю – и ни днем позже!

– Через неделю? – удивленно переспросила Жанна.

– Какого хрена? – к ней присоединился мой брат, а следом и генерал:

– Миша, ты с ума сошел? Мы не успеем