Венец Бога Справедливости - Елена Шихматова

— О Боги! — прошептала королева. — Неужели это круадэримор?

Круадэримор — хищное существо, питающееся болотными червями, а им в свою очередь весьма любили полакомиться змии. Лидия прижалась к матери: круадэримором маленьких эльфов пугали няньки, хоть и питались они по большей части червями, но охотно лакомились на обед забредшими на болото душами. Кругом зловещая напряженная атмосфера, все жители Темного озера замерли, и только отряд, посланный Алисией, приближался с одной стороны, и круадэримор с другой, очертания последнего очень скоро показались из полосы тумана. Яромир окончательно онемел: перед ним стояла большая, метра в два высотой, слизкая зверюга, чем-то напоминающая по форме ящерицу, и акулу по количеству и размеру зубов. Круадэримор вскоре остановился, вот-вот готовясь сделать прыжок. Избрав своей первой жертвой, как наиболее близко к нему расположенной, Георга, он прыгнул, но едва юноша простер руку, как бывший нападающий упал вниз, голова его легла на одну кочку, о хвост и лапы на другую, тело же удивительным образом не провалилось в трясину, хотя, казалось бы, и объем и скорость падения располагали к тому.

— Ты убил его? — шепотом спросила Руфина.

— Нет, только обездвижил, временно.

— Где эти противные змии?! — воскликнула девушка.

Она еще не успела убрать лук и весьма кстати: выползший на кочку червь крепко, одним махом, ухватился за ногу Яромира — мальчик взвыл — Руфина молниеносно выстрелила в обидчика, коего тут же настигла смерть, но вот добычи своей он так и не выпустил. Яромир в ужасе пытался скинуть с ноги червя, с криком он отскочил от того места, на котором стоял, но не видел куда.

— Нет, — воскликнул Георг, тщетно попытался он схватить и не дать ему скрыться под водой.

Яромир упал в болотное месиво, здесь не было мягкой кровати как в случае с круадэримором, мутная отвратительная на вкус вода — последнее, что он помнил, перед тем, как попытался закричать. Он видел: как Георг протягивал ему руку — она ведь была совсем рядом, в воде!.. Но вскоре для Яромира все погрязло во мгле, не стало ни света, ни боли в ноге, ни мира.

— Не, я не дам ему погибнуть!

Глупо, разумно ли он поступал, Георг не думал об этом, он прыгнул в болото вслед за Яромиром.

— Нет! — теперь уже закричала Руфина, едва не прыгнув вслед: королева успела схватить ее за руку. От резкого точка девушка упала, но в воду все-таки не скатилась. Может быть, это по ее меркам прошло слишком много времени, но они вынырнули на поверхность, точнее он, Георг, обхватив Яромира рукой. Руфина выкрикнув имя любимого, вместе с Амариллидой помогла ему выбраться на небольшой участок земли. Мальчик не дышал, но Руфина не обратила на это внимания, хотя Амариллида уже читала отходную молитву. Девушка молниеносно перевернула его на спину и стала стучать ему по спине, пытаясь изжить попавшую в его тело воду, когда он неожиданно для эльфиек закашлялся, а потом после искусственного дыхания задышал, они удивленно воззрились на Руфину — то, что после такого можно спасти они не верили, точнее, не знали. Георг, увидев открывшиеся глаза мальчика, облегченно вздохнул, теперь можно было подумать и о прочно повисшем на ноге мальчика черве, но едва он протянул руки, чтобы отцепить скользкое тельце, Руфина тут же остановила его.

— Нет, нет, с мясом выдерешь. Нужно сначала маслом полить, а потом выкручивать.

Лидия, до того сознающая себя просто ненужной, едва услышала эти слова, как сразу достала из своей котомки небольшой сосуд с маслом, данный им жителями деревни Красные Зори.

— Вот, еще осталось.

— Хорошо, — сказала Руфина и, взяв бутылочку, стала поливать маслом на голову червя и то место, где он приковался к Яромиру. Амариллида, также пытаясь помочь, подняв руку мальчика, дышала на нее, пытаясь согреть. Холодной рука мальчика была не только потому, что он едва не покинул это мир, но и потому, что вода в болоте была нестерпимо холодной. Как осиновый лист дрожал Георг, его мокрые вьющиеся волосы сделались чернее черного, по ним так и бежали струйки воды. Но сейчас дрожь волновала его в меньшей степени, поскольку со стороны леса доносились странные звуки. Тщетно Георг попытался увидеть что-нибудь: на глаза ему словно накинули полупрозрачную ткань. "Что там? — спросил он летавшую неподалеку сову.

"Наказание за предательство, — ответила ночная хищница, из чего следовало, что жители леса преградили преследователям дорогу — юноша молитвенно закрыл глаза, теперь у них появилась возможность не опасаться нападения хотя бы с этого фронта, а вот с другого… Георг посмотрел на пока еще не шевелящегося круадэримора и пелену серого тумана, кроме отдаленных всплесков воды он ничего не слышал.

— Георг, — окликнула его Руфина, — промой глаза, и не жалей воды.

— Что? Но…

— Два-три часа можно прожить и без воды, а вот оставшуюся жизнь без глаз…

Потеряв, было связь с миром, Яромир постепенно возвращался к жизни. Первым, что он увидел, были озабоченные лица его спутников, Руфины, Георга, волосы и одежда которого были насквозь мокрыми, потом дракон ушел, но куда, он проследить не смог: глаза словно заволокло густой пеленой тумана, вернулась боль в ноге и образ виновника этой боли.

— Яромир, — услышал он голос Руфины, — сейчас будет больно, нужно потерпеть, хорошо?

Мальчик хотел ответить, но почувствовал, что не сможет этого, и он только утвердительно моргнул. Не смотря на решение мужественно все перенести, мальчик громко кричал, когда Руфина выворачивала червя, наконец, она сделала последнее усилие. Это был паразит или просто кровопийца, с внушительного вида присоской, — всем очень хотелось верить, что он здесь один и собратьев его нет поблизости. Постепенно боль утихала, Яромир слышал, как Руфина обратилась к Георгу, а потом сказала Амариллиде промыть ему глаза. "Промыть…, а ему-то зачем? Мокрые волосы, он что, тоже упал в воду, как и я?" В то, что Георг может спасти его, Яромир не верил, точнее, не хотел верить, потому дал такое объяснение. Между тем у края леса творилось что-то невероятное, такого не было со времен основания Идэлии: чтобы животные нападали нам эльфов?! Это же, как надо обидеть лесных жителей, чтобы они нарушили данное с момента создания страны эльфов обещание: "не трогать умеющих говорить с ними жителей и гостей Идэлии" Нынче эти самые жители просто умоляли зверей уйти, но те методично расположились перед отрядом, преградив дальнейший путь. Командир отряда, поняв, что уговоры бесполезны, приказал ехать, не взирая на живую преграду — в то мгновение, как его конь только поднял ногу, самого эльфа выбил из седла мощный лев. Подчиненные приняли этот поступок льва как намерение перегрызть их начальнику горло, и выстрелили в грозного жителя леса сразу пятью стрелами. Завидев бездыханное тело вожака, остальные животные: львы, пантеры, волки зло оскалились, они поднялись с места, заняв угрожающие позы.