Бюро-13 - Ник Полотта

– Инфракрасное излучение. – Я нажал подбородком на кнопку, включив прибор сверхвидения.

Мы все стояли на небольшой площадке, выступающей из стены черного дерева, – как протянутая рука нищего. Налево вниз уходила серпантином вьющаяся вдоль стены узкая дорожка: трубчатое ограждение не внушало доверия – того и гляди, сорвешься. Я перегнулся через перила и глянул вниз: черная бездна… У кого угодно голова закружится. Снизу долетало призрачное эхо, там мерцали огоньки: жгли что-то специфическое. Постельное белье, волосы?

– Глубока эта пропасть? – полюбопытствовал Кен, вытягивая шею.

– Бездонна, – ответила Минди.

– Это факт или метафора?

Странная у Сандерса манера выражаться.

– Строго научный факт.

– А на чем он основан? – поинтересовался Дон.

– Снаружи, с расстояния нескольких миль, кажется, что эти стены, как гигантский саркофаг, покоятся на бетонной подушке. Если же смотреть изнутри – нет ни дна, ни пола, ни… чего хотите…

Тина наморщила лоб.

– Как это?

– Попробуй ответить на этот вопрос – получишь от Горация Гордона премию миллион долларов и заслужишь вечную благодарность Технической службы.

Подняв голову, я различил во тьме смутные очертания свисавшего с потолка спрута, туловище его было заковано в средневековую броню. Дать бы всем конечностям по магическому жезлу – пусть каждая специализируется на каком-то одном чуде. Однако щупальца спрута пусты… Приглядевшись, я понял: панцирь – тоже.

– Ай! – воскликнула Минди, неожиданно приземлившись на мягкое место и больно ударившись ладонями о пол.

Курсанты бросились к краю площадки, где начиналась дорожка, – помочь ей встать. Как это ловкую Минди Дженнингс угораздило шлепнуться на ровном месте? Держась рукой за перила и стоя одной ногой на площадке, она очень осторожно поставила другую ноту в кроссовке на полого спускавшуюся вниз дорожку. И тут же отдернула.

– Полное отсутствие трения! – объявила Джессика, отступая от края площадки. – Если бы не подалась назад, сейчас уже полным ходом летела бы в Чистилище.

Пэтрика сплюнула на дорожку – слюна умчалась вниз, не оставив следа.

– Со скоростью миллион миль в час, – уточнила она.

Вот черт! Это неожиданность – в прошлый раз здесь были ступеньки. Я перекинул автомат через плечо.

– Ну ладно, давайте поищем кнопку, выдвигающую лестницу. Джордж, Сандерс, близнецы – на стреме!

Мы потратили несколько драгоценных минут на поиски лестницы – напрасно. Потом, вспомнив строку из любимой песни знаменитого русского барда: "Пусть он в связке в одной с тобой – там поймешь, кто такой", – привязались друг к другу ремнями и минуты две исполняли космический танец "Пьяный на льду": даже трубчатые перила оказались сделанными из того же скользкого материала.

Рауль посовещался с Доном и Тиной.

– Вездеходы? – закинул удочку Дон.

– Да, это лучше всего, – поддержала Бланко.

– Давайте я сделаю! – вызвался Рауль.

Он коснулся жезлом обуви каждого из нас, и она стала липнуть к скользкой наклонной поверхности. Минди со смехом взбежала вверх по стене и остановилась перпендикулярно к нам.

– Вездеходы! – самодовольно резюмировал маг. – Это вам не "Мейд ин Бюро"! То есть "мейд"-то "мейд", но само заклинание такое древнее, что я с трудом вспомнил порядок слов.

Мы заторопились вниз по дорожке.

– Для чего их изобрели? – полюбопытствовала Пэтрика, с преувеличенной осторожностью переставляя ноги. – Кому понадобилась такая обувь? Альпинистам? Матросам? Алкоголикам?

– Ворам… в законе.

– А-а-а…

Над нами в черной стене показалась ниша, а в ней – явно неработающая сигнальная система. Как это могло произойти? Пусть даже кто-то вырубил электричество – камера, снабженная независимым блоком питания, все равно должна обеспечивать безопасность на участке. Внешних повреждений никаких… Очень странно…

– Батареи сели? – предположила Конни.

Сомнительно… Задумавшись, я перестал следить сразу за всем, и в поле моего зрения случайно попал пикирующий на нас с высоты квадрат, словно сделанный из черного дерева. Я чуточку сдвинул щиток – видение стало отчетливее. О, дьявол!

– Нападение! – крикнул я, перекрывая голосом тарахтение своего "узи". – "Двенадцать часов", вертикально!

– "Римская свечка"! – крикнул Джордж, направляя ствол кверху.

Все точно с цепи сорвались. Лазерные лучи, дротики, пули так и посыпались на смертоносного летучего хамелеона. Вырывающиеся из многих дул вспышки создавали стробоскопический эффект. Чисто инерционная сила оружия удерживала тварь в одном положении над нашими головами, пока Тина не произнесла заклинание. Ретировавшись в черный ствол башни, этот чертов сын мгновенно исчез – словно опаздывал на свидание с прекраснейшей самкой хамелеона.

– Что ты сделала? – спросил Дон, перегибаясь через перила.

– Произнесла противолетное заклинание.

– Но эта мразь улетела!

– Туда, куда я ее послала! – с достоинством парировала Бланко. – С ускорением тридцать два фута в секунду – предельное для этого вида. Когда чары рассеются, хамелеон будет уже в краях не столь отдаленных, откуда не возвращаются. Если, конечно, по дороге не наткнется на магическую пересылку… или на дискуссию о черном квадрате.

Эта девчонка начинала мне нравиться – бьет без промаха. К несчастью, канонада привлекла внимание прочих обитателей тюрьмы. Едва доносившийся до нас рык сделался не столь отдаленным, как те края, куда Тина отправила предмет многолетних искусствоведческих баталий. Мерцающие огни устремились в нашем направлении.

– Удвоить скорость! Соблюдать тишину! – шепотом скомандовал я. – Оружие применять только с глушителями. Вперед!

Спускаясь по серпантину, мы стали натыкаться на уходящие в глубь стены боковые коридоры с рядами камер. Мы находимся в секции 3, – значит, нам нужен уровень 17, коридор 5, камера 12. Когда мы достигли уровня 17, рычание опасно приблизилось, а мерцающие огни превратились в огненные вспышки.

Все вбежали в коридор, замыкавший цепочку. Рауль попрыскал у входа дымящейся жидкостью – отверстие в стене намертво затянулось. Тишина как в могиле… По обеим сторонам коридора – серые двери: одни сорваны с петель, другие проломлены, иные вообще отсутствуют…

– Смотрите! – позвал Дон. – Эта дверь целехонька – и на запоре!

– Тем лучше! – Кен Сандерс насаживал глушитель на автоматический пистолет сорок пятого калибра. – Нам не помешает тот, кто там сидит! Идемте дальше!

Но любопытство взяло верх, и Саймон все же заглянул в зарешеченное окошко.

– Привет! – послышался его удивленный голос. – Что ты здесь… – Дон вдруг издал булькающий звук и, закрыв лицо рукой, отпрянул, увлекая за собой сестру.

Сандерс мигом выпустил в решетку несколько пуль, после чего я отважился сунуть нос в камеру: на грязном матрасе сидела маленькая девочка в рваном платьице и, тихонько всхлипывая, жалобным голоском укачивала куклу, напевая что-то вроде колыбельной:

– Не плачь, Мэри, не плачь… скоро мамочка придет… тебе "сникерс" принесет…

Господи, и когда кончится этот скулеж?!

– Слушай, Гектропа! Слишком сладко ты поешь! Но мы, видишь ли, те самые нехорошие дяди, которые тебя сюда упрятали.

Повернув одну лишь голову – плечи даже не шелохнулись, – сидящее на матрасе крошечное существо грозно зарычало и выбросило в мою сторону вилкообразный язык. Я успел пригнуться, и вся гадость врезалась в решетку, прилично погнув стальные прутья, – впрочем, они тут же выровнялись. Джессика напустилась на дрожащего от страха курсанта:

– Доналд, ты что, читать разучился?

– Что – читать? – огрызнулась Конни, заступаясь за брата.

Я показал на дверь.

– Но здесь ничего нет, справедливости ради заметим, – уточнила Минди.

Да ну-у?! Ах ты черт, они действительно поснимали предупреждающие таблички… Милые шуточки беглых бужумов!

– Извини, Дон, – покаялась Джесс.

– Почему это существо осталось в камере? – спросил Кен.

– Мадам Гектропа неравнодушна к стали, – объяснил я, – а здесь этого добра навалом.

Тина скорчила гримасу:

– Этакая невинная слабость!

– Несколько тысячелетий назад, в бронзовом веке, – серьезно произнес Рауль, – Гектропа была той еще громадиной. Но с приходом современной цивилизации… – маг усмехнулся, – мы поймали ее совковой лопатой – знаете, такими пользуются при загрузке товарных вагонов.

Курсанты развеселились, а из камеры послышалось угрожающее рычание. М-да, демоны еще и поэтому зовутся демонами, что у них напрочь отсутствует чувство юмора…

Мы продолжали свой путь и наконец очутились перед камерой 12, с южной стороны. Дверь держалась, и очень неплохо, но камера была пуста. Я вложил в щель в стене свое удостоверение. Что-то загудело, послышался щелчок – двадцатитонная дверь распахнулась, вместе с ней отошла часть камеры.

– Так Командный центр замаскирован в одной из камер? – Конни это поразило.