Атомная крепость (Книга 2) - Иван Цацулин

- Формально вы будете числиться в штабе генерального инспектора, выполнять отдельные поручения военного министра, но основное - и в этом смысл моего обращения к вам - вы будете одним из моих военных советников, станете вместе со мной трудиться над обеспечением... существования нашего государства в определенных границах и при нами определенной внешней и внутренней политике...

Штрадер произнес целую речь. Шулленбург не без основания заподозрил, что напускным пафосом при этом тот постарался прикрыть нежелание сказать ему четко и ясно, чего от него, собственно, хотят. Штрадер говорил очень долго. Вкратце речь его сводилась к нескольким основным положениям: за четверть века усилий Франца Штрадера и его единомышленников, с помощью американцев, Федеративную Республику удалось довести до такого состояния, при котором она была абсолютно готова к ведению любой войны, большой или малой, - этому способствовал и захват немцами важнейших позиций в аппарате НАТО; Европу Штрадер хотел бы видеть "объединенной" под главенством Германии, в свою очередь "объединенной" силой оружия; в Европе должен быть снова установлен "новый порядок" с учетом "мощи Германии". Францию надо любыми средствами возвратить в НАТО, и ее армию снова отдать под команду генералов бундесвера, как это уже было недавно. "Объединенная" (западными) немцами и американцами Европа позволит Штрадеру и его хозяевам "без единого выстрела получить все то, за что вел войны на Западе Гитлер". Однако, к несчастью, - тут Штрадер буквально задохнулся от злобы, - ни о захвате Западной Европы, ни о молниеносной атаке на восточных соседей сейчас и думать нечего! - в ФРГ нашлись "предатели", вступившие в сговор с Москвой, признавшие как существующие границы по Одеру и Нейссе, так и между Федеративной Республикой и ГДР. Эти "предатели" провозгласили отказ от применения силы при решении споров в Европе и таким образом "продают Германию русским". Вывод: Германию надо срочно "спасать".

- Что же вы намерены предпринять? - прямо спросил Шулленбург.

- У нас имеется немало возможностей, я постепенно введу вас в курс, заверил его Штрадер. - Но уже сейчас следует признать: рассчитывать на приход к власти так называемым демократическим путем, по-видимому, нельзя... Красные сбили народ с толку, и выборы в земельные ландтаги привели к совершенно неудовлетворительным результатам...

Шулленбург повторил свой вопрос. Штрадер остановил на нем острый взгляд и резко, с нескрываемой злобой ответил:

- Народ не всегда знает, что ему надо... Поэтому мы с вами должны действовать, и как можно скорее. Я пойду своим путем. У меня есть тщательно разработанные планы, и я уверен, что мои друзья за океаном отнесутся к ним положительно, они нам помогут...

- Боюсь, что для меня все это слишком сложно, - задумчиво произнес Шулленбург. - Я всего лишь строевой командир.

- Никакой ошибки нет. Приглашая вас сюда, я имел в виду прежде всего вашу военную специальность, герр генерал-полковник.

- Танки?

- В частности и танки. А вообще-то умелое командование сухопутной армией в условиях войны. - Штрадер сказал это, подчеркивая каждое слово, и снова пытливо посмотрел на Шулленбурга.

- Это уже понятнее, - сказал тот искренне, - можете располагать мной. Вы, вероятно, учитываете в ваших планах: армии стран Варшавского договора мощная сила.

- Это не может остановить нас, - решительно заявил Штрадер. - Все будет как и раньше: тактика молниеносной войны, внезапное нападение - ныне этот принцип имеет неизмеримо большее значение, чем когда-либо прежде... Направление главного удара...

- Мы дадим вам новейшее вооружение, - вмешался Карл Функ.

Его дополнил генерал Кривель:

- И отличный, специально подобранный нами командный состав.

Вот теперь Шулленбургу стало ясно, чего хотят от него собравшиеся здесь заговорщики.

О деталях будущих действий по выполнению планов Штрадера и его компании во время этой встречи разговоров не было, но своего удовлетворения результатом переговоров с Шулленбургом Штрадер ни от кого не скрывал.

- Вы даже не представляете себе, граф, как я счастлив иметь такого военного советника, как вы, - откровенно и с чувством признался он. И Шулленбург тотчас отметил фальшь в его словах: то, что сказали здесь Функ и Кривель, свидетельствовало о том, что ему, генерал-полковнику фон Шулленбургу, отводится роль отнюдь не советника, что в советниках он должен ходить до какого-то заранее определенного Штрадером и его бандой часа, после чего действовать придется в соответствии с военной специальностью.

- А пока у меня к вам два предложения, - продолжал Штрадер.

- Слушаю.

- Первое - прошу сегодня вечером приехать ко мне - фрау Штрадер и я будем с нетерпением ждать вас, граф.

Шулленбург поблагодарил, предложение принял.

- Затем - в ближайшее время вам придется сопровождать меня за океан. Мы отправимся, конечно, неофициально и без шума: я, вы, командующий военно-воздушными силами генерал Хубер и гауптман Лунг. В Вашингтоне нас ждут, мы будем гостями Пентагона. Осмотрим на континенте Северной Америки базы авиации дальнего действия, стартовые площадки для запуска межконтинентальных ракет, полигоны.

- Я готов сопровождать вас, - сказал Шулленбург.

Все зашевелились, заговорили, послышался смех. Генерал-полковник почувствовал: они уверены, что он будет безропотно и ни о чем не спрашивая делать то, что они ему прикажут. И уж, конечно, все они знают в деталях чем именно предопределено ему заниматься но замыслу баварского "фюрера".

До машины Шулленбурга провожал адъютант военного министра, он же связной Штрадера, гауптман Вилли Лунг, скромный, подтянутый. Генерал-полковник шел по-военному выпрямившись, четко чеканя шаг. Неожиданно он почувствовал - Лунг хочет что-то сказать ему, и обернулся. Лунг молчал, светлыми глазами не мигая смотрел прямо к лицо Шулленбурга, повел головой в сторону. Шулленбург осторожно проследил за его взглядом: сзади неслышно двигался человек - генерал узнал оберста Дитца и в гневе сжал зубы... Вот оно что! У машины он сказал с признательностью:

- Благодарю вас, гауптман Лунг.

Тот понял - его предостережение понято и, отдав честь, возвратился в здание. Автомобиль тронулся с моста... Шулленбург размышлял - почему Лунг предупредил его об установленной за ним слежке? Кто же он, этот человек, друг или провокатор?

Штрадер нажал на кнопку звонка, и в кабинете появился Дитц.

- Шванке, - обратился к нему бывший военный министр, - с Шулленбурга не спускать глаз.

- Слушаюсь, экселенц.

- Постарайся войти к нему в доверие, Шванке. Ты же знаешь, чем ему придется заняться... Когда недавно Шулленбург поднялся с этого кресла, он и не подозревал, что с этой минуты он - командующий всеми войсками страны по осуществлению моего оперативного плана "Рейх-IV". - Штрадер самодовольно ухмыльнулся. - Об этом его фактическом назначении знали все здесь присутствовавшие, кроме него самого... Ты отвечаешь за него головой, Шванке. Ты знаешь - теперь мне шутить некогда, советую запомнить мои слова. Следи! Разговоры графа фон Шулленбурга, встречи, новые знакомства, попытки кого бы то ни было связаться с ним - обо всем этом ты обязан докладывать мне ежедневно. Возьми себе в помощь сколько хочешь людей из контрразведки военного министерства, но наблюдение обеспечь.