Когда отцветает камелия - Александра Альва

– Мы можем связать девушку-призрака бумажными лентами, и она станет безвредной, потеряв всю силу, – предложил каннуси Кимура, коснувшись пальцами подбородка. – Возможно, её знания действительно помогут вам, господин, в поисках истинного виновника мора. Да ниспошлёт богиня Инари всем нам свою милость! – Священник глубоко поклонился.

– Или мы можем связать юрэй длинными чётками, раз уж на то пошло! Наши артефакты явно надёжнее бумажных лент! – возразил оммёдзи Итиро.

Юкио-но ками положил ладонь на лоб и потёр виски, словно ужасно устал от бесконечных людских перепалок, но из-за законов Посланников был вынужден выслушивать мнение служителей. Спустя пару долгих мгновений он огласил решение:

– Несмотря на все преступления, юрэй, я помогу тебе, но если захочешь схитрить, то от тебя не останется даже пепла. После смерти в лисьем огне ёкаи не перерождаются, держи это в уме.

– Благодарю вас, господин! Но позвольте сказать, что я смогу выполнить свою последнюю волю только в один-единственный день – седьмой день седьмого месяца.

– Невозможно.

– Прошу! – Юрэй указала почерневшей рукой в сторону веера-утива, который лежал рядом с хозяином святилища, и хрипло проговорила: – Я не смогу избавиться от сожалений, что отпечатались на моём веере, если не приду в дом семьи Такэда во время Танабаты. Тогда-то всё и началось.

Юкио-но ками перестал прокручивать между пальцами трубку, задержав её в воздухе, и спросил:

– Это все твои условия?

– Не сочтите за вольность, господин, но мне нужен особый сопровождающий – она!

На последнем слове юрэй повернула голову и встретилась глазами с Цубаки, которая всё ещё выглядывала из-за деревянной створки. Остальные тоже обернулись, и над залом прозвучал возмущённый вопль оммёдзи Итиро:

– Ты! Вот же шальная девка! Как ты посмела присутствовать на допросе, на который тебя не приглашали?! Господин Юкио-но ками, этот проступок заслуживает серьёзного наказания.

– Поумерьте пыл, господин Итиро, – вмешался главный священник. – Девочка не сделала ничего предосудительного.

– Простите… – прошептала Цубаки, выходя из своего укрытия и глубоко кланяясь.

Юкио-но ками же, поймав её озадаченный взгляд, просветлел и даже заметно расслабился.

– Зачем тебе моя акамэ? – спросил он у юрэй, но теперь всё его внимание было направлено на Цубаки.

– Она видит нас, и от неё так и веет сильной аурой. Моя последняя воля – не что иное, как разговор со старым возлюбленным. С помощью акамэ я смогу передать младшему господину Такэда послание и получить ответ.

– По этому вопросу я вынесу решение позже.

Юрэй смиренно опустила голову, принимая волю Посланника.

– А ты почему всё ещё здесь?! – зашипел оммёдзи Итиро, стоило только хозяину святилища отвлечься на разговор с призраком. – Хватит уже прохлаждаться! Кажется, сегодня ты должна заменять Харуку и сидеть вместо неё за столом, записывая прошения прихожан.

Если бы у Цубаки не горело всё тело, как при сильнейшем жаре, то она точно придумала бы остроумный ответ и дождалась окончания собрания, но сейчас голова пульсировала, а мысли путались: зачем же всё-таки ей понадобился Юкио-но ками?

Ещё раз поклонившись, Цубаки развернулась и побрела прочь из зала, еле переставляя налившиеся тяжестью ноги. Краем глаза она заметила, как кицунэ спрыгнул со своего постамента, словно собирался пойти следом, но путь ему преградил каннуси Кимура:

– Господин, вы ещё не уходите? У меня подготовлен еженедельный отчёт о молитвах. Также мико передали не меньше десяти эма со сложными запросами, и нам нужен ваш совет, чтобы верно их распределить…

Больше Цубаки ничего не смогла расслышать и, не разбирая дороги, покинула территорию старого святилища. Шум небольшого водопада сменился тихим шелестом листвы над головой, и акамэ очнулась только тогда, когда кто-то настойчиво повторил её имя.

– Цубаки! Цубаки!

– Да?

Она подняла голову и увидела перед собой Хару, которая выглядела так, словно собиралась на аудиенцию в императорский дворец: на ней было идеально чистое, без единой складочки одеяние младшего оммёдзи, стёкла круглых очков блестели, шапочка сидела ровно, удачно прикрывая слегка торчащие уши, а в руках девушка держала стопку книг.

– Мы же договорились, что ты меня сегодня подменишь! – напомнила Хару, указывая на солнце, которое уже поднялось из-за горизонта. – Знаешь, сколько мне пришлось прождать?

– Извини, я сегодня немного не в себе.

Каждое слово давалось Цубаки с трудом, и от слабости она еле держалась на ногах.

– С тобой всё в порядке? Ну-ка! – Харука переложила книги в одну руку и коснулась двумя пальцами лба акамэ. – Ты заболела?! То-то я думаю, откуда вокруг так много энергии ян106, а она, оказывается, от тебя исходит!

– От этого есть какое-нибудь лекарство?

– Сейчас, подожди.

Взяв Цубаки за рукав, ученица оммёдзи отвела её в сторону и усадила на каменную скамью под раскидистым клёном. Через мгновение на ладони Хару уже лежала коробочка с пилюлями, из которой она достала самый маленький шарик цвета молодой листвы.

– Съешь и запей водой, это поможет восполнить недостаток энергии инь в твоём теле.

– Хорошо.

Акамэ приняла лекарство, и девушки ещё немного посидели в тишине, наблюдая за младшими мико, которые подметали дорожки, усыпанные цветами. Почувствовав себя немного лучше, Цубаки заговорила:

– Ты куда-то уходишь? Выглядишь непривычно опрятно.

– И хватает же наглости, – пробормотала Харука, пройдя ладонями по складкам белых штанов хакама. – У меня важный день. Сегодня экзамен в Государственном бюро по изгнанию демонов, и мы с сенсеем приглашены. Даже поверить не могу! Я столько к этому шла, и вот мне дали возможность показать себя!

– Какие хорошие новости, Хару-сан! Поздравляю!

Цубаки искренне улыбнулась, но ей не давали покоя слова, услышанные в заброшенном зале святилища. Было не похоже, что оммёдзи Итиро хотел отдать свою помощницу в бюро, да и учил он её весьма странным заклинаниям. Если она пройдёт вступительные испытания, то сможет уехать в Эдо107 и обучаться искусству оммёдо у лучших мастеров, а такое вряд ли устраивало Итиро Нобу. Но имела ли Цубаки право что-либо советовать или предостерегать?

– Удачи тебе! Просто… будь осторожна.

– Я всегда внимательна и осторожна! – заявила Харука и поправила очки на переносице. – Ой, чуть не забыла! Несколько дней назад ты просила найти книги об акамэ, кицунэ и богине Инари. Я их отложила и даже кое-что интересное отметила и переписала хираганой108, чтобы ты смогла прочитать. Все свитки и книги я убрала в деревянную коробку, которая стоит под столом у северного окна читальни. Сегодня нас с сэнсэем точно не будет до второй половины часа Крысы109, и в это время ты сможешь всё изучить. Но умоляю, не попадись никому из мико или других служителей! Если в Яматомори узнают, что я нарушаю порядки, то для меня это плохо кончится.

– Да, конечно, я понимаю!