Вернись и начни сначала - Марина Медведева

железной лестнице на четвертый этаж и постучала в хлипкую дверь. Пришлось ждать несколько минут, прежде чем дверь открылась, и появился бледный парень со светлыми волосами до плеч. Он был одет в рубашку и брюки и явно собрался выходить.

— Чего надо? – Джонс непонимающе уставился на меня.

— Заработать хочешь? – я помахала перед ним деньгами. Он открыл дверь и впустил меня.

Через двадцать минут, став беднее на тысячу долларов, я уже ехала в такси к отелю. Как я и предполагала, Джонс с радостью согласился остаться дома и продал мне свой пропуск на свадьбу.

Глава двадцать вторая. Окончание. Аня

Отель «Маджестик» располагался в богатом районе Хоупфул-Сити и славился неоправданно высокими ценами и жестким отбором клиентов. Чтобы поселиться здесь, недостаточно было иметь деньги и статус гражданина. Каждого, кто желал снять номер, просеивали сквозь мелкое сито – проверяли банковский счет, положение в обществе, репутацию. Меня всегда забавлял такой неуместный снобизм. И раньше я никогда здесь не бывала.

С виду отель напоминал средневековый собор с изящными стрельчатыми окнами, выступами—контрфорсами и фигурными каменными шпилями. Странно, что архитектор построил отель в псевдоготическом стиле. Больше в Хоупфул-Сити подобных строений не было.

До свадьбы оставался целый час, но к отелю уже подъезжали старинные лимузины, из которых выпархивали разодетые гости и скрывались за вычурными узорчатыми дверями.

Я решила, что обслуживающий персонал попадает в «Маджестик» через другой, более скромный вход. И вскоре его обнаружила. С правой стороны отеля виднелась едва заметная дверь, в которую торопливо проскальзывали люди в повседневной одежде. Туда я и направилась.

Чем ближе подходила к отелю, тем сильнее меня одолевал страх. Что, если меня не впустят? Обнаружат пистолет? Арестуют и закроют в камере? Пристрелит охрана? Я робко, на дрожащих ногах, подошла к двери и с облегчением выдохнула. Здесь не было сканера сетчатки. Вместо него стоял живой человек и всего лишь рассматривал пропуска и лица входящих.

— Харпер Джонс? – он недоверчиво уставился на фото. – Вы на себя не похожи.

— Старая фотография, — ответила я и порадовалась своему отдаленному сходству с Джонсом.

Он еще раз глянул на мое лицо и пропустил.

— По коридору налево раздевалка. Торопитесь.

На радостях, что меня не обыскали, я быстро проскочила в узкий коридор с мрачными коричневыми стенами и бронзовыми светильниками на потолке. Интерьер отеля тоже был оформлен в готическом стиле. На стенах висели картины с людьми в средневековых костюмах, а в центре вестибюля возвышалась статуя рыцаря в кольчуге с мечом в руке. Возможно, то был дальний предок владельца отеля?

В раздевалке мне выдали форменную белую куртку. Я надела ее поверх блузки и прошла в туалет. В полутемной кабинке подняла юбку и вытащила пистолет. Проверила затвор предохранителя – не дай бог прострелит мне ступню. Снова привязала оружие к ноге резинкой. Вынула из поясной сумки запасной магазин, опустила в карман форменной куртки. Туда же отправила блистер с таблетками слабительного. Глубоко вдохнула, выдохнула и вышла из кабинки. Теперь меня переполнял адреналин, поглотивший страх. Глянула в зеркало и улыбнулась своему новому отражению. Фальшивые светлые волосы рассыпались по плечам, на губах играла язвительная улыбка, глаза мрачно поблескивали.

Я вышла в коридор и поняла, что обслуживание началось. До свадьбы еще оставалось время, но гостей уже обносили бодрящими коктейлями. Меня отправили на помощь в бар отеля. Кристи разведала, что Буллсмит предпочитает одно солодовое шотландское виски. Я оглядела барную витрину, выбрала самый дорогой напиток и обратилась к бармену:

— Господин Буллсмит заказал виски с содовой.

Бармен, высокий, осанистый, с проницательным взглядом, усмехнулся и подмигнул мне:

— Не иначе хочет подкрепиться перед тем, как выдать единственную дочь за этого бабника.

Я поставила стакан на поднос и направилась в зал, где собирались гости. Оттуда уже неслась громкая, бравурная музыка. Перед тем, как войти, остановилась, украдкой огляделась по сторонам и бросила в стакан две капсулы слабительного.

Раньше я никогда не встречала мэра Буллсмита. Лишь видела его надменное лицо в новостных репортажах. Но сейчас быстро обнаружила его среди бурлящей толпы гостей. Самый низкорослый из мужчин в зале, он обладал странной внешностью. Короткие белокурые волосы завивались над высоким лбом тугими колечками, гладкое белое лицо напоминало лицо ребенка. Лишь глаза – стальные, жесткие, да упрямо сжатые губы с едва наметившимися морщинами в уголках, выдавали в коротышке сурового и непреклонного политика. Буллсмит стоял чуть поодаль от других, возле бюста Джона Райзингема, героя Межконтинентальной войны, и держался так, будто они вместе сражались в Тихоокеанском бою. Только Джон погиб, а Буллсмиту повезло остаться в живых. Я окинула взглядом гостей – невесты и жениха среди них не было. Наверное, дочь Буллсмита Патриция еще прихорашивалась в своем номере, готовилась поразить всех свежестью и красотой.

Я невольно вспомнила свою давнюю свадьбу с Филиппом, отцом Димки. Собственно, и свадьбы-то не было. Просто я залетела, и мы расписались. Мои родители изначально не одобряли Фила. Простой сержант ВВС не соответствовал критериям будущего мужа для их дочери. Мама заявила, что, если я выйду за Фила, она разорвет со мной отношения. Через несколько месяцев я поняла, что родители были правы. Фил не был готов к семейной жизни и через полгода после свадьбы бросил меня. Я рожала Димку в одиночестве и не знала, как буду жить дальше. Однако, все уладилось. Моя бабушка Вера пригласила нас с сыном переехать к ней, и мы, наконец, обрели дом и поддержку.

Я вновь перевела взгляд на Буллсмита и решила – пора. Медленно направилась к нему и постаралась придать своему напряженному лицу более учтивое выражение. Вот он, наш враг, из-за которого вскоре многие граждане Хоупфул-Сити станут изгоями и будут вынуждены прятаться в Трущобах. Из-за него погибнет Иван, ожесточится Кристи, а Сэм потеряет веру в будущее и решится на убийство. Я плыла сквозь лавину расфуфыренных господ и чем сильнее приближалась к Буллсмиту, тем больше ненавидела его.

— Ваш виски, сэр, — я протянула поднос.

Буллсмит поднял лицо и удивленно уставился на меня.

— Я не заказывал, — отрезал он.

Я улыбнулась как можно приветливее:

— Вон тот господин в зеленом галстуке распорядился принести для вас виски.

Буллсмит повернулся на движение моей руки и растянул губы в полуулыбке. Человек в зеленом галстуке, которого я знать не знала, приветливо помахал ему в ответ.

— Чарли знает, что мне нужно, — пробормотал