Невеста клана - Ольга Шах

После чего, дождавшись, когда на Берни закроется дверь, продолжил:

- А теперь о главном: о деньгах. У тебя деньги-то есть свои собственные?

Несмотря на нарочитую грубость Маркаса я понимала, что стоит за этим вопросом. И это вовсе не желание меня унизить. Поэтому я и ответила честно, как оно есть:

- Боюсь, что нет! И взять мне их неоткуда. Правда, Якоб предлагал мне не стесняться в расходах, поскольку у него имеются личные средства, но…

- …но ты думаешь, что это не самая здравая мысль, не так ли, милочка? – ехидно протянул дедуля, заставив меня уныло кивнуть – И ты права, девочка! Потому как расходы – они расходы и есть, а вот доходы – принадлежат клану. Чую, сработаемся мы с тобой, Полли! Вот интересно, что за невеста досталась моему младшему внуку? Надо бы проявить любопытство…

Глава 32

Глава 32

Познакомиться с Эйлис? Отличная идея! Конечно, непременно познакомимся, но только попозже. Когда она выздоровеет. Если мы помним, то свадьбу Эйлис и Ричарда отменили именно по этой причине, не так ли?

Именно это я и попыталась донести до Маркаса. Дедуля немного попыхтел, но был вынужден согласиться с моими доводами. Я мысленно выдохнула – ну, уже что-то…

Свекровь, поняв, что я не собираюсь рассказывать дедушке ничего, что могло бы стать для неё фатальным, немного успокоилась и вполне равнодушно относилась к нашим долгим посиделкам с её отцом.

- В общем, так! – поучал меня дедуля – На первое время денег много для твоей задумки не понадобится. На тебе основные заботы – это производство ковров, не хуже арнийских, а на мне – сбыт их на рынок. Все риски делим поровну, впрочем, как и прибыль. Твою долю расходов беру на себя, отдашь мне по мере возможности!

Я молча кивала, довольная уже оттого, что дед принял меня всерьёз. Да и ещё прибыль сулит!

Маркас, видя мой очумевший вид, подмигнул мне.

- Если Даниэль станет руки протягивать, требуя отдавать деньги ему, как главе клана, будь добра, передай, что… - далее развеселившийся дедушка наклонился ко мне и на ухо сообщил всё, что я должна буду ответить свёкру.

Я с трудом сдержала смех, но ответила, что я всё передам в точности.

- Вот и славно! – закончил дедушка – Что же по поводу твоего «производства», то и тут есть у меня некоторые задумки. Много людишек погонят с земли лендеры, ох, много! Нужно, чтобы знающие толк в этом деле к нам ехали. Заметку, что ли, какую в газеты дать?

- Боюсь, что вряд ли крестьяне читают утренние газеты, дедушка – осторожно усомнилась я – Хотя… читать-то они всё равно умеют. Вы слышали про такое понятие – рекламный баннер на перекрёстках?

В результате неподалёку от наших земель появилось объявление примерно такого содержания: «Ты потерял работу и землю? Ты умеешь обращаться с овцами? Тогда тебе к нам»! Текст этого сообщения придумывал сам дед, отчего был весьма горд, и даже стал меньше придираться к своей дочери и гонять бедного секретаря. Так что, во время прощания дед был в приподнятом настроении, «порадовал» Кейтлин тем, что вернётся скоро обратно – больно уж ему любопытно стало, чем закончиться наше «сомнительное предприятие». Ну, и посетовал на то, что так и не дождался возвращения Даниэля и Ричарда и Якобом.

Свекровь, умильно сложив руки на груди, заверила, что ей тоже очень, очень жаль, утверждала, что непременно передаст все приветы и пожелания, и всё в этом духе. Потом долго стояла на крыльце и махала вслед отъезжающей карете отца батистовым платочком. Однако едва он выехал из замка, как она ворчливо сообщила, что нечего тут на ветру стоять, за это, мол, не заплатят, и гордо удалилась.

Я же стояла, не замечая порывов холодного ветра, и чувствовала, что в моей жизни грядут перемены…

Вернувшимся с патруля Даниэлю и Якобу тут же было доложено о том, что в их отсутствие у нас был незапланированный подарок – визит дедушки.

- Прости, дорогая! – виновато глядя на меня, сказал Якоб – Вот уж не ожидал, что дед решится на такое длинное путешествие, да ещё и зимой. Мне очень неловко за то, что ты была вынуждена с ним общаться. Он тебе что-то сказал?

- Да нет, всё в порядке – успокоила я мужа – дедушка назвал меня шумной, наглой, и хамкой к тому же.

-О! Да ты ему понравилась, дорогая! – порадовался он за меня – Быть может, это потому, что у вас много общего?

Я с дрожью представила себе пронзительный взгляд выцветших голубых глаз, раздражительность и мерзкий характер дедушки, и решила, что Якоб просто преувеличивает. Новости о том, что так называемый Овечий закон действительно принят, докатились до Дейтона, и случилось то, что и предрекал дедушка – началось недовольство, брожение умов. Причём, как среди простых крестьян, так и людей благородного сословия, тех, что владели землями и занимались разведением овец. Ходили слухи, что государь только пожал плечами, когда к нему на приём пробились лендеры Дейтона, и сказал, мол, не вижу проблем – занимайтесь чем-нибудь другим… вон, хоть фрукты выращивайте. Правда, не сказал, как именно это сделать на небогатой и каменистой почве… дедушка где-то раздобыл ткацкий станок, старенький и весь поцарапанный, и передал нам его с просьбами поспешить с наладкой производства.

И потянулись к нам крестьяне… и даже больше, чем мы ожидали. Впрочем, обо всём по порядку: однажды вечером со стороны надвратной башни пришло сообщение, что несколько людей спрашивают, действительно ли мы можем дать кров и работу для тех крестьян, которые занимались овцеводством.

Даниэль с усмешкой посмотрел на меня – он вполне искренне считал нашу затею не чем иным, как прихотью вышедшего из ума старика. Ну, а я подвязалась на это дело исключительно от тотального безделья.

Как бы то ни было, но я тут же подорвалась и поспешила к входным дверям. Якоб меня сопровождал. Вероятно, ему тоже было любопытно посмотреть, что выйдет из нашей идеи.

Переселенцами оказались несколько крепких мужиков, с опаской осматривающихся возле нашего крыльца.

- Мы вот… надпись увидели вашу и думаем, почему бы и нет? Съездим, осмотримся, даст Великий, может и срастётся чего… - туманно начал один из них, так объяснив причину своего приезда.

- Ну, что же! – обрадованно