Изгнание и объятия - Кира Коул

просто сказал, что мы выполнили свою часть сделки и между нами все кончено. Он не хочет меня видеть. Он сказал, что собирается отправить мне мои вещи обратно.

— Сделка?

— Я притворялась, что помолвлена с ним. Ему это было нужно для работы, а мне нужен был кто-то, кто отвез бы меня в Орегон и при необходимости связал бы с людьми, которые могли знать нашего отца.

— Ава.

— Я знаю. — Я провожу рукой по волосам, сдерживая слезы, которые грозят вот-вот пролиться. — Мне следовало держаться от него подальше, но он был всем, чего я хотела, Зои. Даже в плохих моментах. Я не знаю, что, черт возьми, мне теперь делать.

— Послушай, я все еще собираюсь приехать за тобой, но, по-моему, это неправильный шаг.

Я сошла с эскалатора в самом низу, уворачиваясь от женщины с тележкой, доверху набитой багажом. — Нет. Он сказал мне, что я для него никто. Я влюбилась в него. Я думала, что он влюбился в меня. Оказывается, я ошибалась.

Зои глубоко вздыхает. — Не отрывай мне голову, но я думаю, что тебе следует поехать домой.

— Какого черта мне возвращаться туда, когда он сказал мне, что между нами ничего нет? — Мой голос звучит сдавленно, и незнакомые люди бросают на меня странные взгляды, прежде чем продолжить путь по аэропорту.

— Это появилось из ниоткуда. Из того, что ты сказала о нем, мне трудно поверить, что он не влюблен в тебя, даже если он пока не хочет признаваться в этом. И я вижу, как ты загораешься, когда говоришь о нем. Черт возьми, когда я высадила тебя некоторое время назад, ты подпрыгивала на месте, готовая отправиться домой и повидать его.

— Это было до того, как он мне позвонил.

— Похоже, это был довольно странный звонок. — Она стонет, когда на заднем плане начинает сигналить машина. — Похоже, впереди произошла авария. Потребуется время, чтобы приехать. Но я действительно думаю, что тебе стоит подумать о том, чтобы сесть на этот самолет.

— Я уже на улице и жду тебя. — Я поднимаю свою сумку повыше на плечо. — Я даже не знаю, что бы я ему сказала, если бы вернулась.

— Как насчет "какого хрена", сразу после чего рассказать ему о своих чувствах? Худшее, что он может сделать, это сказать то же самое.

— Не знаю, смогу ли я услышать это во второй раз.

Зои вздыхает. — Я хочу, чтобы ты был счастлив, Ава, и если этот мужчина делает тебя счастливой, то ты обязана ради себя попытаться все наладить. Ты же не хочешь, чтобы груз твоих чувств лежал у тебя на сердце месяцами.

— А что, если он все равно не хочет меня? — Кажется, что из-за комка в горле невозможно говорить. — Зои, сесть в этот самолет — значит попросить его разбить мне сердце еще сильнее, чем он уже разбил. Я не знаю, как я могу это сделать.

— Ты самый сильный человек, которого я когда-либо встречала. Сядь в этот самолет, скажи ему все, что ты чувствуешь, и если он все еще не захочет тебя, тогда я одолжу самолет у Камиллы и приеду за тобой.

— Ты обещаешь?

— Я всегда буду рядом с тобой, Ава. Ты пожалеешь, если не поедешь.

Она права. Я знаю, что это так.

Человеком на телефоне был Финн, но это был не он. Он сказал мне то, чего Финн никогда бы не сказал.

Даже если он не любит меня так, как я люблю его, я должна вернуться и выяснить, что не так и почему он меня отталкивает.

Потеря его уничтожит меня, но я должна попытаться.

Я с трудом сглатываю и разворачиваюсь, шагая обратно к эскалатору. — Я собираюсь пройти проверку безопасности через несколько минут, но я отправлю тебе сообщение, когда самолет приземлится. Спасибо, Зои. Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, Ава. Иди за своим мужчиной.

Звонок заканчивается, и я засовываю телефон обратно в карман. Сходя с эскалатора, я беру паузу, чтобы собраться с мыслями.

Может быть, сесть в самолет — ошибка. Еще не поздно перезвонить Зои и передумать.

Нет. Мне нужно поговорить с Финном.

Прежде чем я успеваю встать в очередь на охрану, кто-то встает передо мной, преграждая мне путь.

Мое сердце замирает в груди, когда Деклан улыбается мне сверху вниз.

Его темные глаза такие же безжизненные, как всегда, но пистолет, спрятанный у него за поясом, проделывает во мне дыру.

Деклан протягивает руку и заправляет прядь волос мне за ухо. — Привет, Ава. Давно не виделись. Я думаю, нам с тобой давно пора немного поболтать о том, что моя женщина делала тайком с моим братом.

— Я не твоя женщина.

Его рука сжимает мое запястье, когда я пытаюсь сделать шаг назад, другая скользит в карман и забирает телефон. — Ты пойдешь со мной, или я прикажу человеку, который в настоящее время преследует Финнигана, убрать его с дороги. Выбор за тобой.

Мой позвоночник напрягается.

Может, он и не любит меня, но я все еще люблю Финна. Я не могу быть причиной того, что ему сделают больно. Я бы не смогла жить с этим. Какой бы короткой ни была эта жизнь теперь, когда Деклан здесь.

Я киваю.

Деклан переплетает свои пальцы с моими, как будто мы влюбленная пара, удерживая меня в плену, пока мы спускаемся вниз и покидаем аэропорт. Его хватка жесткая, и с каждой секундой моя рука болит все сильнее.

Деклан тащит меня через парковку к поджидающему фургону. Он распахивает раздвижную дверь, прежде чем взглянуть на меня сверху вниз. — Залезай.

— Какого черта ты, по-твоему, делаешь? Я бросила тебя много лет назад. Я свалила к чертовой матери из Вирджинии. И я не хочу иметь с тобой ничего общего.

Он хватает меня за бицепс и толкает к машине.

Я спотыкаюсь, ловя равновесие как раз перед падением.

Деклан указывает подбородком на пустой пол фургона.

— Залезай нахуй, Ава. Я не хочу убивать тебя прямо сейчас, но убью, если придется.

Именно от слов прямо сейчас у меня по спине пробегают мурашки.

Я сажусь в фургон, перемещаясь, пока не оказываюсь спиной к противоположной двери.

Деклан протягивает руку и берет мою сумку, прежде чем захлопнуть дверь.

Как только он уходит, я хватаюсь за ручку, пытаясь дернуть ее на себя.

Передняя дверь открывается, и он садится внутрь. — Замки защелкнуты. Можешь откинуться на спинку сиденья и наслаждаться поездкой, Ава. Это будет долгая прогулка.

Он не произносит больше ни слова, покидая аэропорт.

Дорога туда, куда