Черная свита - Василий Сахаров

Неприятности обрушились на голову герцога, и в итоге, сломленный и разбитый постоянными нервными стрессами, он оказался совсем один. У Шэхира не осталось ничего – ни богатств, ни владений, ни товарищей, ни любимой. Он сидел на развалинах своего родового замка, и перед ним появился тот самый пожилой бродяга, которого он всего несколько лет назад пнул вблизи Старого дворца.

– Ты помнишь меня? – спросил старик.

– Да, помню, – ответил Шэхир.

– Хочешь попросить у меня прощения и признать, что я выше богов, демонов и самой судьбы? – задал ему следующий вопрос старик.

– А разве это ты виновник всех моих злоключений?

– Я! – ответил бродяжка, распахнул лохмотья и показал герцогу свой амулет – монетку с парусным кораблём и весами.

Что это за знак, Шэхир понял и признал, что старый умес по жизни круче всех людей и существ дольнего мира. Удовлетворённый старейшина покинул его, и в жизни герцога стали происходить новые события, как правило только хорошие. Нашёлся его казначей, который принял яд и оставил после себя покаянную записку с указанием, где спрятано похищенное им золото. Герцогу была оказана поддержка императора. Владение снова стало цветущим и богатым, и через год Шэхир женился на двоюродной сестре своей погибшей невесты, которая была похожа на неё, словно две капли воды. Правда, восстановиться аристократ так и не смог и стал последним герцогом Шэхиром. А история про одного из сорока старейшин клана Умес стала назидательной притчей, в которой не сомневался ни один из людей, населявших три восточные республики. Эту быль изучали в школах и благородных домах. И каждый учитель всегда внушал своим ученикам, что умесы не просто люди, а нечто большее, и встать на пути человека из этого клана равнозначно вступлению в противоборство с самой судьбой или богами.

Такая вот история. И после того, как я осознал, с кем решил потягаться, меня накрыла тоска. Но, прикинув, что поначалу против меня будут изгои, провинившиеся перед кланом неудачники, я решил, что шансы на победу имеются, а сдаваться глупо, и мне всё равно придётся драться. А раз так, то пропади всё пропадом. Я не пешка и не марионетка, которую можно смахнуть с доски или дёргать за ниточки. А Умесы, несмотря на всю наверняка весьма приукрашенную слухами рекламу вокруг их имени, имеют слабости и далеко не идеальны. И если это так, то побороться с ними можно, особенно если сделать удачный первый ход, привлечь к себе внимание старейшин и этим выиграть время.

На этом сбор сведений относительно клана Умес был временно окончен, а самокопания в душе были снова отодвинуты в сторону. Что мне делать и как поступать, я уже понимал, а потому с поправками на новую опасность продолжил жить привычной жизнью. Ночь провёл с Каисс и был счастлив. Утром отправился в Старый дворец, а вечером, вернувшись домой, встретил бывших тайных стражников великого герцога Эрика Витима. На моё приглашение откликнулись только семь человек из пятнадцати, все как на подбор одетые в удобную неброскую одежду, крепкие и внешне уверенные в себе мужики тридцати – тридцати пяти лет. И прежде чем принять этих людей на службу, я решил объяснить бывшим оперативникам и агентам, чего от них ожидаю и что могу дать за их работу и верность.

– Господа! – начал я, выйдя перед бывшими тайными стражниками на середину гостиной комнаты, где они расположились. – Меня зовут граф Уркварт Ройхо. И у меня неприятности, для борьбы с которыми мне нужны люди со специфическими навыками и умениями, такими, какими обладаете вы. Так сложилось, что я вступил в конфликт с серьёзной организацией и вокруг меня сжимается кольцо. Сам обнаружить врагов я не в состоянии. А нанимать непрофессионалов, которые только вспугнут охотников за моей головой, было бы глупо. Поэтому я навёл некоторые справки, узнал о том, что верные слуги великого герцога Эрика Витима были незаслуженно отстранены от своих непосредственных служебных обязанностей, а затем с позором уволены, и решил, что такие специалисты могут мне помочь.

– Короче, господин граф, – откликнулся один из агентов, кажется старший оперативник Ичхар, – скажите сразу, сколько вы намерены нам платить и что вы предлагаете, разовый контракт или постоянную службу с подписанием долгосрочного контракта?

– Для начала выполнение разовой операции, которая будет заключаться в том, чтобы обнаружить тех, кто ко мне подбирается. За это плачу по двадцать иллиров. Затем, если я останусь удовлетворён вашей работой, предложу контракт на три года, с ежемесячным жалованьем в полсотни золотых монет.

– А кто противник?

– Это узнают только те, кто примет моё предложение.

– Извините, граф. – Ичхар встал. – Но меня такая постановка дела и оплата не устраивают. – Он посмотрел на своих товарищей и спросил их: – Я ухожу. Кто со мной?

Встали ещё два человека, и, раскланявшись, три агента из семи покинули мой дом. За дверью их встретили мои мальчишки, которые следили за тем, чтобы слуги не могли ничего подслушать, и Арма проводил их к выходу. Шум в коридоре стих, и я обратился к оставшимся тайным стражникам:

– Итак, господа, вы готовы поработать по специальности?

– Да, – за всех ответил ещё один старший оперативник, по фамилии Керн, который кивнул в сторону двери и пояснил: – Ичхар бумажками всегда занимался, и на улицах столицы он никто. Его стезя – начальству угождать, и ему с нами не по пути. А нам работа нужна, и ваше предложение нас устраивает. Говорите, кто вам мешает, господин граф, и, если ваши враги в пределах Грасс-Анхо, мы их непременно отыщем. Но на мокрое дело не пойдём, это совершенно другие деньги.

Такой подход мне понравился, всё по-деловому, сухо и конкретно, и я сказал:

– Так случилось, что я перешёл дорогу старейшинам из клана Умес. Кто это такие, знаете?

Отставники не испугались, а лишь переглянулись, и снова ответил Керн:

– Понятие имеем. Какова причина их интереса?

– Родовой знак клана, который я снял с мёртвого убийцы во время мятежа гвардейцев.

Снова молчаливый обмен взглядами, немая беседа, в суть которой я посвящен не был, и Керн сказал:

– Мы берёмся за это задание. Но нужна более подробная информация, что, откуда, куда и почему.

– Это само собой.

В тот вечер я выложил перед отставниками все свои измышления по предстоящему делу, выплатил им задаток, и они ушли.

Оперативники начали работать, а я продолжил своё плавное течение по реке жизни и каждый день получал от Керна все данные о том, что вокруг меня происходит. Кстати, узнал много нового обо всех своих соседях и патлатом арбалетчике, который, как оказалось, караулил моего соседа барона Тангра. А вчера я получил исчерпывающие сведения о том, где находятся мои противники, которых оказалось четыре человека. Два бойца-изгоя, которые ранее уже оплошали и не смогли выполнить приказы своих старейшин, и пара одиночных наблюдателей. Пока они только опросили гвардейцев, установили, что амулет Аксы Умеса действительно у меня, и, не переходя к активным действиям, присматриваются к моему особняку, изредка проходя мимо. Действуют они чрезвычайно осторожно и явного интереса не выказывают. И поэтому Таин с Армой их не заметили – посланные по мою душу люди хоть и не элита, но всё же и не уголовники. Но зато враги попали под опытные взгляды отставников, а дальше всё было просто. Наблюдение за одним умесом в течение двенадцати часов вывело на остальных людей из враждебной группы, и на основании только лишь этого факта можно было сделать вывод, что против меня послали далеко не лучших воинов клана.

Что же касается тайных стражников, то они отработали чётко и очень профессионально, настолько хорошо, что я даже был сильно удивлён. Они локализовали всех умесов с указанием места жительства каждого, графиком передвижений республиканцев за сутки и возможными подходами к местам их явок. И, ознакомившись с тем, что нарыли люди Керна, я выплатил им вдвое большую сумму, чем мы договаривались, и предложил подписать договор о трёхлетней службе на графа Ройхо. Трое согласились, а один отказался. И, отпустив бывших тайных агентов, а ныне, по официальным бумагам, дружинников Ройхо на отдых, я ещё раз ознакомился с собранными данными.

Откладывать разборку с умесами я не стану, чёрт его знает, что у них на уме, а потому лучше всего нанести упреждающий удар, неожиданный и резкий, такой, чтобы старейшины клана заинтересовались мной. Как я собирался это сделать? Да очень просто. Каждую ночь, ближе к полуночи, умесы сходятся на квартире воинов в одном из ветхих, а потому слабозаселённых доходных домов и обмениваются информацией обо мне. И сегодня ночью, немного раньше наблюдателей, я навещу клановых изгоев.

Бойцов надо кончать сразу, так как неудачники неадекватны и им хоть как – не жить, а наблюдателей, которые явятся немного позже, изобью, припугну и отпущу. Они рванут на доклад к старейшинам, а те, если я их правильно просчитал, сделают ответный ход, более продуманный и рассчитанный уже не на грубую силу, а на аккуратный подход к объекту, то есть ко мне. Ведь я собираюсь сделать нестандартный ход, и это должно их заинтриговать. А если я ошибаюсь, такое, кстати, тоже не исключено, то меня тупо пристрелят на улице, или, по крайней мере, попытаются это сделать. Впрочем, что будет дальше, время покажет. А пока пора выдвигаться к месту, где засели бойцы умесов. И, переодевшись в одежду попроще, с кортом на боку я вышел на улицу.