Друзья поневоле - Юрий Волошин

После полудня, проснувшись, Гардан у самого лица увидел большую желтоватую ящерицу. Почти инстинктивно он молниеносным движением прихлопнул ладонью, и та затрепыхалась под ней.

– Петька! Обед поспел! Вставай!

Петька вяло приподнялся, но, увидев ящерицу, стал живее.

– Сейчас сдеру кожу и слопаем.

– Сырую? – безразлично спросил Петька.

– А что? Да и воды в сырой больше. На, бери и жуй, – Гардан протянул другу половину ящерицы, выскоблив предварительно внутренности, оставив печенку и сердце.

Петька посмотрел, как Гардан за обе щеки уплетает ящерицу, и не стал ждать повторного приглашения. Оказалось, что мясо ее довольно вкусное, а главное – сочное. Да и ящерица попалась большая, больше ладони, даже если мерить без хвоста.

Проглотив добычу, ребята посмотрели друг на друга, и каждому было понятно, что таких ящериц надо было бы им штук по пять каждому.

– Может, поищем их кругом, а, Петька?

– Думаешь, их так просто поймать?

– Попробуем. А вдруг удастся. Вставай, пройдемся. Малость подкрепились, и то слава Аллаху! Пошли!

Час спустя им посчастливилось поймать пеструю змею фута в три длиной. И несмотря на отвращение и страх, они слегка поджарили ее на костре и с аппетитом съели.

– Вкусно, – констатировал Гардан, – но мало. Еще бы мясца. И воды бы, но где ее взять…

Петька молчал, с трудом ворочая распухшим языком, потом сказал:

– Надо к морю идти и парить морскую воду, Гарданка. Собирай вещи.

Пришлось тащиться с милю до океана. Там удалось найти три устрицы и немного освежить рот. Отвращения они уже не чувствовали. Голод и жажда делали свое дело.

Всю ночь они парили морскую воду и собрали с пинту пресной. Напившись, они испытали такое наслаждение, что перестали палить костер и тут же уснули, не дожидаясь восхода солнца.

Глава 27

Маконги

Гардан внезапно проснулся. Было позднее утро. Солнце уже припекало, во рту было совершенно сухо и шершаво. Он лежал на боку, и его глаза уперлись в странное видение. В двух ярдах от себя он увидел несколько босых пыльных ног небольшого размера. Ноги эти были желто-коричневого цвета.

Сердце скакнуло к горлу и забилось загнанной птичкой, сдавливая дыхание. Гардан вскочил и ошалело уставился на толпу невысоких желтоватых людей, сделавших осторожный шаг назад.

В руках нескольких мужчин были копья, направленные в его грудь. Остальную толпу составляли женщины и дети. Все грязные, с курчавыми волосами, растущими пучками, сквозь которые просвечивала блестящая и темная кожа. На некоторых были кожаные шнурки по низу живота или набедренные повязки из кожи животных и волокон травы или кустарника.

Весь скарб, состоящий из мешков, корзин и оружия, был у них на плечах и за спинами. Глаза внимательно и со страхом взирали на ребят. Несколько мужчин со сморщенными лицами настороженно сжимали в руках копья и луки. Гардан почему-то обратил внимание на их огромные ягодицы, которые сильно выпячивались назад, что было комично и странно.

Гардан протянул руку к другу и толкнул его, не спуская глаз с гостей. Те придвинулись ближе, подняв копья.

– Петька, вставай. Принимай гостей, – слова с трудом проходили через засохшие складки рта. Язык едва умещался во рту.

Петька вскочил и, ошалело уставившись на странных людей, спросил осипшим и тихим голосом:

– Откуда они?

– Попробуй спроси. Однако в котелке есть малость воды, давай попьем, а то и не достанется. Язык-то уже не двигается.

Медленными движениями, опасаясь, что быстрота может спровоцировать дикарей на нападение, Гардан взял кружку и сделал три небольших глотка, едва удерживая себя от соблазна выпить больше.

– На, допивай. Хоть мало, но есть. И не спеши.

Петька жадными глазами следил за глотательными движениями Гардана и быстро схватил кружку. Живительная влага тут же всосалась как бы сама собой, и Петька ошалелыми глазами осмотрел пустую кружку.

– Что будем делать, Гардан? Эти черные не очень-то дружелюбны.

– А что ты хочешь от них?! Они, поди, впервые видят белых людей.

– Может, у них вода есть?

– Погоди с водой. Сперва познакомиться надо, – и Гардан, став на колени, поднял обе руки вверх, ладонями вперед. Губы растянул в улыбке и замотал головой, сопровождая эти движения непонятными для дикарей словами.

Те сразу загалдели странными тонкими голосами, в разговоре постоянно слышались какие-то щелкающие звуки. Странный язык. Они немного придвинулись ближе, лица самую малость смягчились.

Гардан встал и протянул руки к старшему мужчине. Тот, поколебавшись малость, сделал шаг вперед и протянул свою маленькую ладонь. Они пожали друг другу руки.

Гардан ткнул себе в грудь пальцем и сказал:

– Гардан, – потом показал на Петьку, – Петя.

Ему казалось, что так им легче будет запомнить. Он повторил имена еще несколько раз, пока старший из туземцев не произнес их, пусть исковерканно, но вполне понятно.

Гардан согласно закивал, заулыбался и похлопал ладонью по плечу дикаря. Их окружили плотным кольцом и стали трогать руками одежду, руки, лицо и вещи.

Мужчина стал называть своих соплеменников, но запомнить их непривычные имена оказалось очень трудным делом. Но имя старого мужчины они постарались запомнить и стали произносить как Онго. Тот довольно закивал и заулыбался.

Не прошло и часа, как все перезнакомились. Дикари оказались совсем не злобными, а даже вполне дружелюбными людьми. Одна женщина протянула Петьке огромное страусовое яйцо, вытащила затычки, сделанные из веточек, и показала, что надо делать.

– Гарданка, они же нам воду дают! – сказал тот и жадно присосался к отверстию. Но не успел он сделать и пяти больших глотков, как женщина оттащила от него яйцо и протянула его Гардану, что-то говоря и улыбаясь.

Вода была с неприятным запахом, но это была вода. Ребята сразу почувствовали большое облегчение, и настроение их быстро пошло вверх.

Они заметили, что женщины почти ничего не носили и только щеголяли браслетами из волосяных тесемок и волокон травы да из кожи. Они украшали так руки, ноги и шеи. В ушах женщины носили серьги из камушков различной расцветки и каких-то косточек, окрашенных в яркие цвета.

На мужчинах ничего подобного не было.

– Петька, а ты заметил, что мужчин у них почти нет? Смотри, всего-то шесть человек, а баб-то примерно двадцать.

– Видно, у них война была с кем-то. Видишь, раны у почти всех мужчин еще не совсем зажили.

– Всюду идет война, Петька. И даже в этой пустыне. Хотя что им тут делить?!

– Как что? А угодья, а воду. Как без этого им прожить? Видно, без войн человек не может.

– А ты заметил, какие у них животы и зады? Вот чудно! А волосы как шерсть барана, только короткая. Зато стричь не надо, не то что у нас. Вон мы какими лохмами заросли.