Идентификация Борна - Роберт Ладлэм

Мари точно выполнила все его указания.

— Как теперь?

— Уже лучше, — заявил он, изучая ее. Изменения были незначительными, но эффект превзошел все ожидания. Они полностью изменили Мари. Она искусно и неуловимо превратилась из элегантной и привлекательной женщины в ее грубое и резкое подобие. По крайней мере, с первого взгляда она не напоминала ту женщину, чья фотография заполонила страницы газет, а это было все, что было нужно.

— Когда мы доберемся до Билланкорта, — прошептал Джейсон, — ты должна выйти и отвернуться в сторону. Не допускай, чтобы водитель смог тебя разглядеть.

— Теперь уже поздно об этом говорить, не так ли?

— Ты просто делай, что я тебе сказал.

«Слушай меня. Я хамелеон, которого зовут Кейн, и я могу научить тебя многим вещам, учить которым я тебя не должен, но и выхода у нас другого нет. Я могу изменять свою внешность и прокладывать путь сквозь обычные и человеческие джунгли. Альфа, Чарли, Дельта… Дельта для Чарли и Чарли для Кейна. Я — Кейн. Я несу смерть! И я должен тебе рассказать, кто я на самом деле, чтобы потерять тебя».

— Дорогой мой, что это?

— Что?

— Ты смотришь на меня, но кажется, что не видишь. Твое дыхание почти остановилось. Как ты себя чувствуешь? Все в порядке?

— жаль, что я напугал тебя, — произнес он, глядя в сторону. Его дыхание вновь становилось ровным. — Я думаю независимо от наших действий. И я теперь знаю, что делать, когда мы приедем на место.

Через несколько минут они въехали в пригородную деревню.

— Высадите нас где-нибудь на стоянке, где вам будет удобнее, обратился он к водителю, чтобы пресечь дополнительные вопросы.

— Непременно, месье, — ответил тот, кивая головой и пожимая плечами, что видимо должно было означать, что его клиенты весьма осмотрительная парочка.

Моросил дождь, подобный туману. Такси укатило. Борн и Мари оставались в тени деревьев, пока оно не исчезло совсем. Джейсон поставил чемоданы на мокрую землю.

— Подожди меня тут, Мари.

— Куда ты идешь?

— Вызвать по телефону такси.

Второе такси отвезло их на Запад, в район Монтре. На этот раз водитель был менее разговорчивым и не обращал внимания на невыразительную парочку, которая наверняка приехала из провинции подыскивать себе дешевую квартиру. Если он и видел газету с фотографией канадской француженки, замешанной в серии убийств и в воровстве в Цюрихе, то ему не могло придти и в голову, что женщина в его машине на заднем сидении и женщина в газете одно и то же лицо. Мари ничем не напоминала ему об этом.

Обер дю Кон не соответствовала своему названию. Это была не причудливая сельская гостиница, расположенная в укромном и уединенном загородном уголке. Напротив, это было большое плоское двухэтажное заведение, находящееся в миле от главной дороги. Если оно что-то и напоминало, так это мотели, которые испортили окраины всех городов мира, причем единственным их достоинством была гарантия анонимного проживания их гостей. Нетрудно было представить недельное проживание по счету, который был выписан на несуществующее имя.

Поэтому они зарегистрировались под вымышленными именами и получили пластмассовую комнату, где каждый предмет, стоимостью выше 20 франков, был привинчен к полу или к стенам болтами, которые было невозможно отвернуть. У этого места тем не менее были и положительные качества, к числу которых относилась и машина по производству льда. Они знали, что она работает, так как могли слышать ее при закрытой двери.

— Теперь, кажется, все в порядке. Кто же собирался послать нам сообщение? — поинтересовался Борн, вращая в руке стакан виски. — Кто?

— Если бы я знала, то попыталась бы связаться с этими людьми, промолвила она, сидя у маленького столика, отодвинув стул и внимательно наблюдая за его реакцией. — Это могло быть связано с тем, почему ты хотел исчезнуть.

— Если бы это было так, то это была бы ловушка.

— Это не могло быть ловушкой. Человек, подобный Вальтеру Апфелю, не станет делать то, что связано с ловушкой.

— Я не был бы в этом так уверен, — Борн подошел к единственному пластиковому креслу и сел. — Это сделал Кониг. Он указал на меня как раз в комнате ожиданий.

— Кониг был пешкой, обыкновенным служащим и действовал в одиночку. Апфель наверняка в этом не замешан.

— Что ты имеешь в виду? — посмотрел на нее Джейсон.

— Заявление Апфеля должно быть подтверждено его начальником. И это было сделано от имени банка.

— Если ты так уверена, то позвони в Цюрих.

— Они бы этого не хотели. Они или подали нам знак, или еще что-нибудь в этом духе. Последние слова Апфеля были о том, что «они не имеют дальнейших сообщений ни для кого». Это тоже была часть сообщения. Мы должны войти в контакт с кем-то еще.

Борн выпил. Он ощущал в этом необходимость перед началом повествования.

— И к чему мы тогда вернемся? — осведомился он. — Назад, прямо в ловушку?

— Ты думаешь, что знаешь, кто это? — Мари потянулась за сигаретами. — И поэтому ты собрался исчезнуть, так?

— Ответ на оба вопроса может быть только «да». Наступил решающий момент. Это сообщение было послано Карлосом. Я — Кейн и ты должна меня покинуть! Я обязан расстаться с тобой. Но сперва о Цюрихе, чтобы ты могла меня понять. Эта статья сфабрикована, чтобы обнаружить меня.

— Я не желаю с этим соглашаться! — взорвалась Мари, удивив его этим. — У меня было время подумать. Они знают, что все доказательства сплошная ложь, откровенная до нелепости. Цюрихская полиция ожидает, что теперь я должна войти в контакт с посольством Канады… — Мари умолкла, держа в руке незажженную сигарету. — О, мой бог, Джейсон, вот что они хотят заставить нас сделать!

— Кто этого хочет?

— Пославшие нам сообщение. Они знают, что у меня нет иного выхода, как позвонить в посольство и попросить защиты у правительства. Я не думала об этом, потому что уже разговаривала с человеком по имени Дэнис Корбельер, и он абсолютно ничем мне об этом не намекнул. Он сделал лишь то, о чем я его попросила… И больше ничего. Но это было вчера… Не сегодня, не ночью. — Мари потянулась к телефону, стоящему возле кровати. Борн мгновенно поднялся, чтобы перехватить ее руку.

— Не надо, — твердо заявил он.

— Почему?

— Потому что ты ошибаешься.

— Но я права, Джейсон! Разреши мне это доказать.

Борн выпрямился.

— Будет лучше, если ты сначала выслушаешь меня.

— Нет! — выкрикнула она, стоя на своем. — Я не хочу этого слушать. Не сейчас!

— Час назад в Париже это было единственным, что тебя интересовало. Послушай, что я тебе скажу!

— Нет! Час назад я умирала! Ты вбил в свою башку, что должен сбежать от меня. И я знаю, что это может случиться снова и снова, пока все не остановится. Ты слышишь слова, видишь картины и отдельные фрагменты прошлого, которые к тебе возвращаются, но ты не можешь их понять и только поэтому осуждаешь самого себя! Ты будешь делать это до тех пор, пока не появится кто-то и не докажет тебе, что все, что с тобой случилось, это результат использования тебя другими людьми, которые принесли тебя в жертву собственным интересам! Но ведь должен же быть кто-то, кто хочет помочь тебе, помочь нам! Вот что означает это сообщение! Я и хочу доказать тебе это. Разреши мне высказаться!

Борн держал ее руки и молчал. Ужасная боль наполняла его существо. Возможно, это будет для нее лучшим путем. Она убедится сама и ее страх будет помогать ей слушать и понимать. Больше ничего другого не оставалось. «Я — Кейн!»

— Хорошо, ты можешь позвонить, но это будет сделано так, как я себе представляю, — он подошел к телефону и набрал номер дежурного по отелю. — Говорят из номера 341. Я только что беседовал с друзьями из Парижа. Они хотели бы встретиться здесь с нами и провести в дружеской компании денек-другой. Нет ли у вас для них номера? Желательно рядом с холлом… Прекрасно! Их фамилия Бриггс, это американская парочка. Сейчас я спущусь и заранее оплачу их номер, а вы дадите мне ключи от него… Чудесно! Благодарю вас.

— Что ты делаешь?

— Стараюсь тебе кое-что доказать. Помоги мне переодеться. Кстати, одно доказательство ты уже получила.

— Что?

— Если хочешь позвонить, то будешь делать так, как я тебе скажу.

— Это ужасно! Ты просто невыносим. Почему ты мне не веришь?

— Я просто не могу допустить ошибки, — Борн подождал, пока она не открыла чемоданы и взял оттуда брюки и рубашку. — Дай платье!

Через 15 минут номер для мистера и миссис Бриггс был готов. Он находился через шесть дверей от номера 341 и по диагонали через холл. Одежда была размещена там соответствующим образом, а все лампочки, за исключением специально выбранных, были вывернуты. Если не произойдет непредвиденного, то все должно было обойтись наилучшим образом.

Когда Джейсон вернулся обратно, Мари находилась возле телефона.