Зов пустоты - Максим Шаттам

в кабинете вместе с ними и с озабоченным видом изучал результаты анализов.

– Может, они ошиблись при взятии образцов? Или в лаборатории? Такое уже бывало.

Сеньон бросился к телефону и позвонил в институт криминалистики. Его тут же переключили на Форно, и он попросил:

– Капитан, мне нужен еще один анализ ДНК.

– Прокурор одобрил?

– Одобрит, дело срочное.

– Хорошо, конечно. Если вы объясните, в чем дело, постараемся сделать быстро. Получите результаты завтра днем.

– Нам надо сегодня. Прямо сейчас.

– Но это невозмо…

– Тот метод, который вы разработали для анализа ДНК менее чем за два часа, – тот, о котором вы на днях рассказывали, – он ведь работает?

– GendSAG? Да, но мы используем его в особых случаях, когда нужно обработать много образцов: например, если произошла авиакатастрофа или…

– …если пропала коллега. Речь идет о жизни жандарма, капитан. Результат нужен прямо сейчас.

Форно выдохнул в трубку.

– Скажите, чем я могу помочь, и все тут же будет сделано, – заявил он.

– Фаллопиевы трубы обеих жертв еще у вас? Мне нужен повторный анализ.

Сеньон решил не называть имя Людивины, боялся встревожить капитана, но он и сам не осмеливался произнести его вслух, чтобы не сломаться. Он не мог представить, каково ей прямо сейчас, – у него тут же голова шла кругом.

Опрос соседей ничего не дал. Никаких свидетелей, кроме девочки, которая толком ничего не помнила. Ни единой камеры наблюдения. Криминалисты не собрали на месте происшествия никаких улик. Мобильный телефон Людивины замолчал ранним вечером воскресенья, вскоре после того, как она вышла из казармы.

Сеньон метался по кабинету, как зверь в клетке. Он с трудом мог читать дела насильников. А если прямо сейчас кто-то из них измывается над его подругой?

Шли минуты – тяжелые, жуткие. Всякий раз, когда стрелка настенных часов двигалась по циферблату, Сеньон словно умирал, вновь и вновь. Он боялся позвонить жене, рассказать ей, раскрыться, снять броню – пусть даже на краткий миг…

За окнами неумолимо темнело.

Они отобрали двадцать четыре дела насильников, находившихся на свободе в момент совершения убийств, подходящих по возрасту и живших не более чем в часе езды от цыганского табора в то время, когда погибла Джорджиана Нистор.

Полковник Жиан ходил туда-сюда между кабинетами, где работали группа Магали и Сеньон с Гильемом.

– Двадцать четыре! – причитал он. – Сужайте дальше! ГВНЖ и ОНОВ[27] могут взять всех разом, но мы не сможем их всех обработать! Мы не можем арестовать их одновременно, и у нас нет времени собирать подмогу и всех инструктировать на случай, если преступник удерживает у себя лейтенанта Ванкер… Я не стану так рисковать. Пока не стану. Нужно сузить круг. Работайте!

Сеньон и Гильем взяли профили подозреваемых и прогнали их все через доступные базы данных. Более тридцати баз, куда всякий раз нужно было вводить полную информацию о преступнике.

Минуты шли и превращались в часы.

Жива ли еще Людивина?

Сеньон не хотел об этом думать. Ни секунды.

Предполагать самое ужасное он просто не мог.

Они сузили круг поиска и отобрали шестерых мужчин, живших в непосредственной близости от цыганского табора. Всем было от двадцати пяти до сорока – идеальный возраст. Все имели технические профессии или работали в одиночку.

Сеньон боялся упустить преступника, ограничив поиск так сильно. Психологический портрет вообще нельзя было считать безошибочным методом, а их окончательные критерии казались слишком узкими. К тому же файлы, на основе которых они отбирали подозреваемых, тоже оставляли пространство для ошибки, поскольку многие давно не обновлялись.

– Мы зашли в тупик, – взволнованно бормотал он себе под нос.

Гильем помахал перед ним листком бумаги:

– Этот мне нравится, он безработный, времени у него полно, а нашему парнишке время нужно.

– Продавец кухонного оборудования может составить удобное расписание, – заметил Сеньон. – И сантехник тоже. И программист-фрилансер. Даже мусорщик заканчивает работу довольно рано и тут же может браться за дело.

В кабинет заглянул полковник Жиан:

– Как успехи? Я уже мобилизовал ГВНЖ. Они в Сатори, готовы начать по нашему сигналу.

– Работаем мы, работаем, – сердито бросил Сеньон.

– Я не стану ждать еще одну ночь, мы слишком многое знаем об этом извращенце. Нужно что-то делать. Сообщите, как будете готовы. Мне нужны имена, адреса и краткие сведения о том, почему вы отобрали именно этих людей.

Опасная игра, думал Сеньон. Если они потратят все силы и то небольшое время, которое у них есть, чтобы попытаться спасти Людивину, идя по ложному следу, он никогда себе этого не простит. Его воротило от мысли, что они рискуют жизнью подруги, ткнув пальцем в небо, не имея убедительных доказательств, без единой наводки… Он заставил себя вернуться к делу, чтобы двигаться вперед и не думать о худшем.

Сеньон взял в руки досье тридцатилетнего актера и отложил в сторону. Не то. Почему-то не то, и все. Интуиция подсказывала. Дважды разведен, двое детей, серьезная судимость – развратные действия, изнасилование. Но семья у него была, а значит, он способен поселиться с женщиной. Но жил он в Гризи-ле-Платр, в десяти минутах езды от цыганского табора. Сеньон не решался исключить его из списка подозреваемых.

– Офигеть! – воскликнул Гильем, глядя в монитор. – Проверь почту, пришли результаты от Форно. Он все сделал сам на этой вашей штуковине, GendSAG.

Сеньон ухватился за эти слова, как канатоходец хватается за шест, скользя над бездной. Он слушал, не в силах спросить, что же дальше, оцепенев от ужаса при мысли о том, что Форно ничего не нашел.

– Он пишет, что его результаты не совпадают с результатами лаборатории, – продолжал Гильем. – Он получил в обоих случаях одинаковую ДНК! Слышишь? Одну и ту же! Меррик был прав: лаборатория ошиблась…

Зазвонил телефон. Высветился номер НИИ криминалистики. Естественно, звонит Форно, сказать, что все им отправил и у него важная информация.

Не поднимая трубки, Сеньон судорожно замахал Гильему:

– Дальше, дальше!

Слишком невероятно, чтобы быть правдой. Ошибка лаборатории? В двух анализах? Сомнительно.

Гильем принялся читать дальше под звон телефона:

– Он пробил по базе НБД и… нашел совпадение! Результаты анализа ДНК совпали, он нашел имя!

Гильем наклонился, вглядываясь в монитор, энергично кивнул, порылся в стопке дел и вытащил папку.

– Он в нашем списке! Сеньон, мы его нашли!

Только теперь Сеньон поверил и с грохотом вскочил с места.

39

Мир ускорился. Пейзаж исчезал быстрее, чем появлялся, размытый, неосязаемый, и даже фары других машин, огни фонарей и фасады домов уплывали на край кадра – окна полицейского фургона, где сидел Сеньон.

Включив сирены и мигалки,