Восхождение. Янтарное взморье - Карина Вран

чистый урон от умений выше, чем от демонолога. У тех основной источник урона — их призванное существо, а скиллы бьют послабее. И контроля у тебя больше. Рассматривай потерю опыта как адекватный размен.

— Ты знаешь, что к чему, — Спиритус хлопнул эльфа по плечу. — Это — вложение. Догоню я вас, куда денусь?

— Я знаю, с кем ты будешь их догонять, — встрепенулась Мася. — У нас Локи нагрел местечко в группе. Это не насовсем! — гнома быстро замотала головой, отчего хвостики стали походить на пропеллеры. — Потом он — туда, — пальчик ткнул в сторону Лэндера и Бигбира. — А ты к нам обратно. Мы не оставим тебя под китайской диктатурой! Ой…

Мелкая-то подразумевала Лэя, их тренера. Казначей по делам клана в резиденции бывает часто, явно уже успела подглядеть, как гоняет китаец своих «падаванов» вместе с «дублями». А гоняет он их, Хэйт свидетель, в хвост и в гриву.

Однако в трактире была и Хель — тоже уроженка Поднебесной.

— В Китайской Народной Республике принята демократическая диктатура народа, — безмятежно высказала Хель. — Все верно. Познания маленькой старшей восхищают.

— К-хм, — закашлялась малая. — В общем, раз мы с рокировками решили, давайте и с Морским спрутом определимся.

— Фарш, — без раздумий дал подсказку Локи. — Жаль, что мне там делать нечего. Ладно, пойду познавать диктатуру… Удачи вам там.

Откладывать исследование корабля не хотел никто. Но идти, по итогу обсуждений, решили все-таки одной группой. Если на Морском спруте их ждут «трындец какие пилюли» (цитата Барби, в пилюлях ударение на последний слог), они кинут клич парням Сорхо. Спиритус временно «прикомандирован» к группе Хэйт.

— Отчаливаем, — с воодушевлением прикрикнул Рэй.

Наверное, вспомнил детство, кораблики, купание в мутной воде и разодранные портки.

В Ла Бьен и закрытый на ремонтные работы порт рванули сходу. Те, кто впервые посетил жемчужину Янтарного Взморья (ныне малость покоцанную), озирались по сторонам. Зеленокожая то и дело порывалась петь: «Йо-хо-хо и бутылка рому», — причем сундук мертвеца в тексте отчего-то заменился на фундук стервеца. Барби, что с нее возьмешь…

В порт все еще не пускали. Рэй сказал своим подождать, сам растворился в тенях. Вскоре вернулся, и не один. Подле убийцы опасливо шагал плюгавенький мужичок в рубахе мышиного цвета и широких грязно-бурых штанах, заправленных в кожаные сапоги.

Он-то, после уговоров и нескольких блестящих монет, что упали на грязную ладонь, объяснил, как найти Бухту Гнилозуба. Бухта почти круглая, скалы, образующие ее границы, похожи на щербатые зубы. Стоят скалы точно так, как если бы зубы через один кто-то проредил. Там, где «пасть схлопывается» (со слов местного), узкая полоса чистой воды, дальше рифы и моря бескрайняя гладь. Эта полоса — и есть Глотка Гнилозуба.

Она безопасна с виду, но коварна на деле. Сесть там на подводные рифы как нечего делать.

— Стремный такой дядька, — когда Рэй отпустил местного, высказалась Мася. — А романтик. Надо же. «Моря бескрайняя гладь»…

— Р-романтика суровых морских волков! — запрокинул голову, втянул воздух с запахом йода и свежести Рэй. — Смекаешь?

— Не Джек, — Барби выставила в усмешке клыки. — Не Воробей.

— Фундук жуй, — дал беззлобную рекомендацию кинжальщик. — Не чирикай.

Чтобы добраться до нужной им бухты, группа вышла через южные ворота. Дальше шли строго по дороге. Пешком: лошадки Туф-Туф остались в маноре. Но с такими видами грех было жаловаться на расстояние: дорога горным серпантином вилась вдоль береговой линии. По пути открывались такие виды, что дух захватывало.

Море тревожилось после недавних событий. Торопливо набегали на берег волны, пена задерживалась на гальке. Тучи хмурые скользили над взволнованным морем, только изредка приоткрывая «окна» для солнечных лучей. В этих редких высверках над морем и на гальке сияли капли морской воды.

Полноценные джунгли начнутся подальше от берега, тут же, возле дороги, пальмы соседствовали с лиственницами, соснами и кипарисами. Много ярких цветов, экзотические бабочки и птицы вокруг — красота.

Один раз почти что столкнулись со стаей седых павианов, с какими-то своими обезьяньими целями животные спускались к морю.

— Даже эти купаться идут, — Барби цокнула языком. — А вы хоть купальники с собой взяли?

Павианы на них не сагрились, так что Ненависть подождала, пока те проскачут по своим делам.

— Путь свободен, — доложила обстановку Хель. — Бегом марш!

Размеренные прогулки и любование природой — это не про демоницу. Видами наслаждались они на бегу. С утяжелителями, конечно: в Ла Бьен и окрестностях нашлось немало обломков и строительного мусора.

Домчали меньше, чем за час. И ничего, что ветер дул шквальный и преимущественно в лицо. Зато свежо-то как! А хлесткие капли дождя по прибытию — это как душ после пробежки.

— Айда купаться! — вскричала Барби.

И ломанулась на пляж с янтарной галькой, будто моря не видела полжизни, а не только с острова посреди океана прямым рейсом вернулась.

— Спрут мог идти с грузом, — охолонил подругу Кен. — Сомнительно, но мог. Купание подождет.

Портовый дядька описал Бухту Гнилозуба четко и узнаваемо. Мимо этих «редкозубых» скал не пройдешь, если глаза, конечно, не завязаны. Забыл только сказать, что вода в Бухте даже после шторма — что жидкая бирюза. Вода яркая, цвет насыщенный даже в непогоду, в солнечный день наверняка еще красивее. А что тут на закате…

Чтоб не возиться до заката с Морским спрутом, Хэйт деловито спросила:

— Воздухом или вплавь?

Недружелюбная призрачная дама не ошиблась. Корабль видно было с берега. Видно так себе по причине расстояния, но очертания над водой угадывались. Причем издали казалось, что вокруг судна туман. Нигде больше нет тумана, а парусник с обрывками парусов стоит, укутавшись клубами мги.

— Воздухом.

— Вплавь.

Мнения разделились. Рэй настаивал на воздушной разведке, Барби пританцовывала в бронелифчике и бронетрусах на кромке воды, остальные поделились поровну. С учетом Хэйт — ей полетать на Шерри всегда было в радость, а тут еще и повод есть.

Так в две подгруппы и выдвинулись. Шерри понесла тех, кто полегче, остальные же устроили заплыв на скорость.

Туман не примерещился. Стылая мутная хмарь заключила в объятия парусник. Негативных эффектов за нахождение в ней хмарь не навешивала, поэтому была сочтена за часть антуража.

Морской спрут сел на риф достаточно ровно, почти без крена. Шерри оставила пассажиров, сделала круг над остроносым судном, и улетела на ближайшую скалу. Отдыхать, наблюдать,