Воздушные рабочие войны (СИ) - Лифановский Дмитрий

Сашка с силой провел по начавшему отрастать ежику волос ладонью и хмуро уставился на Ивелича:

— Коля, с музыкой не подведете?

— Не подведем, — дернув щекой, заверил командира замполит, — лично все проверил. Лаврентий Павлович какого-то деятеля с радио прислал с оборудованием, так что все будет нормально.

— Ну, раз Лаврентий Павлович прислал, то да, — Сашка покрутил головой и пробежался взглядом по сидящим тут же с усталым видом Весельской и Никифорову. Эти несколько минут над Красной площадью вымотали их сильней, чем самый сложный боевой вылет. Наверное, надо было подбодрить, сказать что-то, но совершенно не было настроения. И что товарищ Сталин тащит сюда этого пиндоса с подпиндосником? Сидели бы у себя в посольствах, жрали свои чипсы с гамбургерами, или что там они жрут в этом времени и не мешали им готовится воевать. Американцев с англичанами Сашка ненавидел, пожалуй, даже сильнее немцев. Фрицы хоть и звери лютые, но враги честные, друзьями не прикидывающиеся, в отличие от этих «союзничков». А ведь придется общаться с ними, улыбаться. Иосиф Виссарионович, зная отношение Стаина к союзникам, лично просил об этом. Не приказывал — просил. А это для Сашки было важней приказа.

Разрывая тишину, раздался телефонный звонок. Стаин поднял трубку и, выслушав, что ему скажут, поднялся:

— Приехали. Петя, вы давайте на аэродром, готовьтесь. А мы с графом встречать гостей, — и махнув рукой Ивеличу, чтоб он поторопился за ним, выскочил из кабинета. Как раз вовремя. Едва успели выскочить на улицу, как у крыльца штаба корпуса остановился, сверкающий лаком в лучах весеннего солнца «Паккард» Сталина. Открылась дверца, и появился улыбающийся Иосиф Виссарионович. Настроение у него было отличное. Битва за московское небо была с успехом выиграна. По предварительным данным сбито около двухсот пятидесяти немецких самолетов. Наши потери составили 86 самолетов. 62 летчика погибло. Тяжелые потери. Но несравнимые с потерями Люфтваффе. А главное, ни один немецкий самолет не прорвался к Москве. Это был триумф! Триумф советской авиации, впервые нанесшей такое оглушительное поражение немцам в небе.

Следом за Сталиным из машины вылезли послы. Иосиф Виссарионович о чем-то перекинулся с ними слова, от чего лицо одного из них скривилось, будто он съел лимон. И на то были причины. Надо же было этому идиоту Харрису попасться в лапы НКВД! О чем он только думал?! А ему теперь выслушивать от этого азиата его дурацкие шуточки! Гребаное дерьмо! Теперь вместо того, чтобы лично сообщить в Вашингтон о новых танках и самоходках, появившихся у русских и новой политике СССР озвученной на параде, ему придется смотреть какое-то авиашоу, которое приготовил для них с сэром Керром Сталин. Можно подумать он покажет им действительно что-то стоящее.

В отличие от американца настроение посла Великобритании в СССР сэра Арчибальда Кларка Керра было просто великолепным. Русские знатно щелкнули по носу гуннов, нанеся их военно-воздушным силам самое крупное поражение со времен битвы за Британию. Бесноватый Адольф сейчас, наверное, рвет и мечет. А то, что решившие сыграть самостоятельную игру кузены с размаху, как им присуще, вляпались в шпионский скандал только добавляли изюминку в сегодняшний прекрасный денек. Да и в отличие от моряка Стэндли барону действительно было интересно, что им покажет дядюшка Джо, как недавно газетчики стали называть советского лидера. А о новых веяниях Советов в сторону эмиграции нужно думать не мимоходом, а очень серьезно. Тут есть как плюсы, так и минусы для британской короны. И что из них в конечном итоге перевесит, пусть думают на Даунинг-стрит. Он, конечно, выскажет свое мнение, но только когда сам для себя его окончательно сформирует. Размышляя, сэр Керр с любопытством поглядывал на совсем юного подполковника, отдающего сейчас рапорт Сталину и стреляющего при этом недобрым взглядом в них со Стэндли. Странно, чем они могли обидеть этого летчика? Надо будет разобраться, сделал для себя пометку в памяти барон.

Тем временем, Сталин о чем-то переговорив со своими офицерами, пригласил гостей на аэродром. Следом за ними потянулись и сопровождающие их лица. От внимательного взгляда британского посла не укрылось, что перед тем как проводить их на аэродром, офицеры переговорили о чем-то с Берией. Значит, детали сегодняшней встречи придется проанализировать гораздо тщательней, чем предполагалось раньше, раз отсюда торчат уши советской политической разведки. Да и задержание американского офицера русскими спецслужбами сразу заиграло новыми красками. Похоже, советы начали какую-то игру, и его наиважнейшей задачей становится, чтоб эта игра пошла не во вред Британии.

На аэродроме их ждал столик с коньяком и легкими закусками. Офицер, встречающий их, куда-то пропал, остался только второй, видимо заместитель командира части. Летное поле было абсолютно пустым, за исключением тех самых вертолетов, показанных последними на параде. Они не создавали впечатление грозных боевых машин, но британской разведке было достоверно известно, что именно эти машины внесли существенный вклад в победу под Москвой и деблокирование Ленинграда, а значит, что-то есть в них такое, что не видно с первого взгляда. Подобные разработки велись и у них в Британии и в Германии и в Соединенных Штатах, но видимо русским удалось первыми осуществить прорыв.

Вертолеты загудели винтами, поднимая с поля клубы пыли. Теперь понятно, почему столик оказался так далеко от демонстрируемых машин, будь он ближе, их бы накрыло этим облаком. Зазвучал марш, и машины вертикально взмыли вверх. Что тут же поразило присутствующих, так это синхронность выполненного маневра. Три машины действовали, как единое целое. Набрав высоту, они так же синхронно развернулись к гостям и склонили носы, будто приветствуя публику. Сталин с улыбкой поглядывал на удивленных послов. А крайние вертолеты тем временем отлетели в стороны от центрального, давая ему простор для маневра. И все бы ничего, но они отлетели боком, зависнув вдалеке по краям летного поля! Находящаяся по центру машина, сделала полный разворот на месте и закружилась в небе осенним листом, опускаясь все ниже и ниже, и когда всем показалось, что вертолет вот-вот ударится шасси об землю, он двинулся вперед и с набором высоты сделал крутой вираж, направившись к одному из своих ведомых.

Марш закончился, и над летным полем зазвучали звуки вальса. И две тяжелые и такие неповоротливые с виду машины закружились в танце, а спустя минуту, к ним присоединился и третий вертолет, создав своеобразный хоровод. И вроде не было ничего сложного в этих маневрах, но с каким мастерством они выполнялись! Но вот воздушный танец закончился, и машины вновь выстроились в линию, совершив своеобразный поклон и пойдя на посадку. Сэр Арчибальд не был летчиком и не знал насколько продемонстрированный пилотаж сложен в выполнении и каким образом он может быть полезен в бою, но то что он сейчас видел работу настоящих асов не вызывало никого сомнения.

Вертолеты сели, винты остановились, и Сталин радушно предложил:

— Ну что, господа. Пойдемте, поблагодарим летчиков за их мастерство. Заодно и осмотрим машины. Ведь вы так интересовались, что тут у нас производят. Не так ли, мистер Стэндли? — он со смешком посмотрел на американца, высокомерно поджавшего губы.

— Я уже довел до Вашего сведения лично и официально, через мистера Молотова, что это была инициатива молодого и горячего сотрудника нашего посольства, не имеющая целью как бы то ни было навредить дружеским отношениям между нашими странами. Просто лейтенант Харрис с детства болеет небом и услышав, что неподалеку от Москвы появились новые летательные аппараты не смог сдержать любопытства.

— Да, молодость склонна к опрометчивым поступкам, — покивал головой Сталин, — А вот и наши герои, — Иосиф Виссарионович показал рукой на построившихся у своих машин летчиков, — подполковник Стаин, капитан Никифоров, младший лейтенант Весельская.

То, что одним из летчиков оказалась женщина, да еще и такая красивая, весьма удивило присутствующих. Даже обиженно стиснувший зубы адмирал, сумел выжать из себя скупую улыбку, при виде младшего лейтенанта.