Шаг в триста лет в прошлое (авторская редактура) - Михаил Леккор

Прошел в комнату. Англичане, не чураясь, угощались ликером и закусывали сушеным мясом.

«Огородники, наверное, в восторге, – недовольно подумал Дмитрий, – только я не овощ. Нечего меня поливать. И зонтов в России еще очень мало».

С этими черными мыслями, он начал торопить людей, нервничая. И сделал почти чудо. Большой слиток меди был полностью слит в положенной форме через какую-то неделю. Все цепочка работала безукоризненно, давая продукцию на гора.

Вообще паровые машины в Англии делают, наверное, лет сто. Но как движители в машинах только начинают. И потому не все протекают нормально.

Дмитрий руководил созданием машины для собственного парохода. Но если получится, можно и заработать. Нет – не умрет.

Он быстро навел порядок, за одним поинтересовался, как идет металлургический процесс. Оказалось, к его крайнему удивлению, все нормально. При чем руду уже всю переработали в железо и чугун, а стали провели две успешные плавки. Сделали из них несколько экспериментальных клинков.

А вот если он не приду, это еще вопрос, простит ли. Возьмет и молча уедет. Или, еще проще и для него мучительнее, выйдет замуж на зла и из безысходности – совсем старуха!

– Злые приехали? – попытался угадать он.

– Невеста ваша и князь, ее отец, здесь были, откровенно удивлялись богатству, – сообщил библиотекарь, – княжна посмотрела аглицкие книжки, князь – оружие.

Сам Дмитрий ничуть не взволновался. Он, скорее, не понял бы, когда бы они не пришли. Ведь сообщал им он лично, с ремаркой, что готов за недорого продать. И вот он здесь, а они не пришли? Странно, они не хотят вытаскивать большие деньги из застрявшей в тупике машины.

– Государь издал указ о немедленном сборе нового налога, – виновато произнес тот, – на нас выпало 117 рублей. Пришлось отдать все живые деньги, в том числе и из жалованья. Недоимка будет еще хуже.

Пора было обратно в Санкт-Петербург, благо там у него накопилась масса дел и не только по металлургии.

Санкт-Петербург встретил его мелким дождем и теплой погодой. Был только полдень, то есть время с запасом, но немного.

Посмотрел на дом. Действительно за время поездки его достроили, хотя бы внешне. Еще бы. Сколько здесь было согнано строителей и сколько аккумулировано денег!

Тон получился холодный и равнодушный. Зато фон шумный и горячий.

У самих англичан работа не шла. Никак. Столько денег и времени ухлопали, а в конце застряли. И теперь по свету мыкают, ищут подсказку.

Дмитрий устало вытирал тряпкой руки, когда к нему подбежал один из мастерских и взволнованно сообщил, что приехали англичане и требуют, чтобы с ними поговорили о машине.

Прилюдно объявил:

«Толстоват, застрянет», – подумал Дмитрий и молодецки ударил. Вопреки его мнению, сабля легко развалила металл и наполовину вошла в дерево, где и застряла. Во как!

Взял саблю, на виду всех заменил старую, тоже острую, но хуже этой. И хотя она была красивей и представительней, только для клинка это не важно. Потому заменил без сожаления.

– Здесь хватит на двухмесячное жалованье, да дополнительную десятину всем пострадавшим. Остаток отдашь на машину, опять, наверное, им не хватает.

Андрей с удовольствием подбросил кошелек. Его тяжеловатый вес внушал парню определенный оптимизм на будущее. Он с удовольствием сказал:

– Держи наградные деньги! Кто сталь плавил?

Ну а что, он – бедный мужичок? – указал Дмитрий на упрек его совести, – дождь льет, как из ведра, холодно, да и, по большому счету, на корабле делать нечего. В городе другое дело.

Обратно он ехал относительно комфортабельно, в пассажирской каюте, которую ему сделали по личному заказу. Конечно, там не было электричество и новомодных штучек типа мобильных телефонов, но он чувствовал себя как дома!

В его доме сначала Дмитрий не рискнул создать такой санузел, но один его мастеровой, бывший а Англии и посетивший санузел нам корабле, спокойно отнесся к такой модели:

Вышел темноволосый, коренастый мастеровой, судя по внешнему виду ничего хорошего от барина не ждавший.

– Ну! – на тон ниже крикнул Дмитрий, – сам узнаю, хуже будет!

Было у него нехорошее предчувствие, как это раньше бывало, что без него либо кобыла сдохнет, либо всадник напьется, но до финиша они точно не соберутся. В общем, руда будет отдельно, уголь отдельно, а железо и сталь останутся в теории.

Они накоротке поговорили. Англичане его «проверили». Сначала попытались напугать, потом – задешево купить. Потом заговорили уже серьезно. Просители тут были именно они. И просили.

– М-м? – спросил он у казначея. Мол, куда деньги девал?

– Да, княжна первое, что сделала, привезла одежду. В том числе и вашу.

Мастеровые, наученные предыдущим плавильщиком, пошли немного свободнее. Они получили на двоих семь рублей.

– Ногами? – продолжил допрашивать он.

Два вертких мужичка выскочили из толпы, положили перед Дмитрием толстое полено, а на него кусок мягкого железа толщиной два дюйма.

Даша зачастую такая экспансивная… Внимательно осмотрел Андрея, только сейчас заметил синяки.

Но самое главное – они почти собрали машину, им осталось помочь совсем немного. Только несколько советов!

Дмитрию вручили сабельный клинок. Его сделали явно не сегодня, коли выточили и приделали рукоятку.

Но хозяйский глаз нужен. Перед встречей с Хилковыми ему нужно обязательно знать каково состояние его жилья. И спросить, понравилось ли оно его невесте!

Вскоре ушел и Дмитрий. Близился вечер, а с ними празднества… встреча с Хилковыми. «Господи, а страх-то какой».

– Замечательно. А ты, давай, рассказывай, что она еще натворила, пока была в Санкт- Петербурге.

Хилковы сделали все, как принято. Поэтому, вот будет скандал, если жениха не будет! Он уже смирился с тем, что дом будет немного недостроен. Можно даже сказать Даше, что не изнутри не достроил специально, чтобы она достроила под себя. Под свои вкусы и предпочтения. Умная Даша посмеется, поругается, поприкалывается, но все-таки простит.

Они вели этот разговор на улице. Тогда, по большому счету ему просто было не охота снова заходить в контору, и он отговорился тем, что деньги он отдаст завтра. А завтра совсем было некогда.

– Их сиятельства прибыли сегодня в обед. Их сиятельство был умеренен, а вот княжна много ругалась.

А еще неподалеку топчутся мастеровые, связанные с паровыми машинами, то ли идеи кончились, то ли деньги. А, скорее всего, и то и другое. И еще целая куча посетителей.

Попадаться на руку злому барину никто не хотел. Мужики заговорили, задвигались, но из толпы не шли.

– Кто плавил первостатейное железо? – сердито заорал он на мастеровых.

– Проводи их в гостевую комнату, – попросил он мастерового, – и налей в стаканчики вишневый ликер.

И спал, укутавшись в теплое овчинное одеяло.