Шаг в триста лет в прошлое (авторская редактура) - Михаил Леккор

Annotation

Нет, вы только не подумайте, я не алкоголик. Просто я как бы россиянин, а любой россиянин вкушает водку (разведенный спирт) стаканами. Вот мы и авторитетно вкусили и, очнувшись с похмела, я понял, что спьяна где-то нагулялся примерно на 300 лет в прошлое. Не виноватый я, так получилось! Став попаданцем и оказавшись в теле сына боярского (мелкого дворянина то есть) Дмитрия Кистенева я сразу понял, предварительно пролив по себе грешному, что, во-первых, я попал в эпоху радикальных реформ и таких же радикальных карьер, а во-вторых, никто за меня эту карьеру тянуть не будет.

О. Н. Леконцев

Пролог

Книга I

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Санкт-Петербург

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Эпилог

О. Н. Леконцев

Шаг в триста лет в прошлое

Пролог

Сегодня мы, старые перечницы, у которых уже прилично сыпется песок при ходьбе и даже при обычном неподвижном стоянии, прилюдно решили, несмотря ни на что, взять и отпраздновать. Отпьянствовать в дупель. Так, что даже бревна дачного дома вздрогнули бы от зависти и захрустели.

Мы – это дружная компания из семи человек, помнившая о себе еще с беззаботного молочного детства, когда окружающий мир еще ни чем не снабжал, а только снабжал недурной обстановкой.

С той поры прошло много лет, кому-то повезло, и им улегся на кладбище, кто-то не угадал, получив от судьбы тепленькое местечко в министерстве или в банке, и ушел от вас.

Но эти семеро устояли, закалялись и были готовы идти за друзей до последнего – хоть до последней пули, хоть до оставшейся рюмки.

Шли по Зубовскому бульвару после окончания рабочей недели и громко весело разговаривали, как будто мы еще искрометная молодежь и нам по семнадцать – двадцать лет, а не по под сорок.

И пусть особого повода для пьяного веселья не было – найдем! Целую неделю парни (или уже мужики, если учитывать наплывающий возраст) работали в поте лица, чтобы и семья не голодала и самим не чувствовать скуления желудка в наше непростое время. И ничто не затрагивало нервы – ни каприз посетителей, ни ворчание начальства, ни очередное извержение вулкана Кракатау.

Но вот пришла суббота, и все решили – пора вздрогнуть! У одного из нас как раз по случаю возникла канистра технического спирта. Глупая начальница купила, чтобы протирать детали электроники.

Вот и протрем, только не электронные потроха, а человеческие. А повод есть. Витька – штатный шутник и балагур, – почесав голову (как он сам говорил – помассировав тыковку) и посмотрев карманный календарь, громко объявил о приближении общечеловеческого праздника – день независимости США.

Некоторые, конечно, могут сказать, что мы не американцы и их праздник – это не наш праздник. Мы так не считали. Считают же в ООН общечеловеческим достоинством любой национальный памятник – хоть географический, хоть человеческих рук. И ничего, выделенные еще гордятся.

Витька вообще считал, налив первую пайку, что нет национальных праздников, есть дефицит спиртных напитков. А поскольку у них этого дефицита сегодня не существует, то в чем проблема?

Саша Семенов хмыкнул, посмотрел на посуду на правах хозяина (сегодня гуляли на даче Саши). Полюбопытствовал у Витьки:

– Сам делал емкости?

– Ага, – не стал кочевряжиться Витька, – цинкового железа немного оставалось, вот я и наштамповал. Всяко на пользу человечеству. Не все же на могильную оградку пускать.

Витька работал в небольшой мастерской, в которой на выбор готовили жестяные цветы на могилы, различные украшения на дачные участки, металлические таблички на двери квартир и просто объявления типа «осторожно, злая собака», или «по газонам не ходит, убьет электрическим током».

Короче, любую глупость за ваши деньги. Что закажут, то и сделают в раках существующей квалификации и наличия искомого оборудования. А на остатках сырья он штамповал уже себе самому различную посуду (от рюмок до стаканов), которую, как правило, щедро раздавал на их попойках в алкогольной щедрости.

На этот раз Витька приготовил то ли рюмки – переростки, то ли небольшие стаканы. Витька не занимал себя классификацией их объема. Наливай да пей, какие ваши годы.

На них четко виднелись летающие, кажется, чайки. Хм, а может, и летучие мыши? Это точно украшения, а не нечаянные повреждения в процессе работы?

Саша выпил свою долю разведенного спирта. Первый стаканчик, как всегда, зашел колом, отдавая нехороший привкус горячей резины. Немного потошнило. Саша долго запивал холодной водой, потом заедал заготовленной закуской, какой бог дал.

Когда ЖКТ (желудочно-кишечный тракт для неграмотных) успокоился, как в частности, так и по отдельным органам, а в голове замутилось алкогольным туманом, он принялся рассматривать нюансы и мелкие детали своего стаканчика. Спросил у Витька интересующийся вопрос:

– А на хрена ты на посуде чаек наштамповал? Или летучих мышей? Или они сами нечаянно появились?

Народ был еще не пьян, весьма разумен, и поэтому немедленно притих и навострил уши. Что бы Витька да не замочил после ста грамм спирта!

Витька народ не разочаровал, активно подав голос.

Даже не глядя на то место, которое показывал Саша, он отрицательно покачал головой:

– Это не чайки и не мыши! И не брак производственной работы! Технология, понятная только избранным!

– Ну ни фига себе! – удивился Саша, налил