Витой Посох. Хроники Севера - Иар Эльтеррус

Увидев тело Элана, Альна сначала долго плакала, а потом вытерла слезы, встала и, не оборачиваясь, ушла в дом. Арен с Лоданом похоронили охотника и тоже пошли домой. Внутри уже был наведен порядок, насколько это вообще было возможно, даже на потолке почти не осталось следов сажи. Девушки ни в большой комнате, ни в кухне не оказалось, видимо, она ушла в предоставленную ей комнату. Только к вечеру Альна вышла к мужчинам, по обыкновению беседовавшим в гостиной.

Постепенно жизнь начала входить в привычное русло. Альна занялась домашним хозяйством. Лодан с Ареном отстроили новую мастерскую, потом пришла пора заготовки древесины на новые луки, и все пошло своим чередом. На свидания с девушкой молодой человек больше не отлучался, только буркнув на вопрос мастера, что она давно уехала обратно. Лодан пожал плечами, но расспрашивать ученика ни о чем не стал. Несколько раз Арен пытался найти Керта или хотя бы что-то узнать о его местонахождении, но тот как в воду канул.

Ночь, черно-синее небо над вершинами деревьев и тишина, изредка нарушаемая только шорохом сползающего и осыпающегося с ветвей снега. Одинокий человек в такое время в лесу — ничто. Любая случайность может прервать его путь, и он исчезнет среди камней, деревьев и снегов навсегда. Выросший в здешних краях Ролан как никогда почувствовал это, когда, уже возвращаясь домой с охоты, внезапно потерял равновесие на крутом склоне, припорошенном свежевыпавшим снегом, и покатился вниз по откосу с нарастающей скоростью. Удар о дерево — и темнота.

Когда охотник очнулся, то понял, что не так уж долго провалялся без сознания, судя по тому, что руки и ноги почти не потеряли чувствительности. Но, попробовав встать, молодой человек сморщился — правая нога была не то сильно растянута, не то сломана в лодыжке. При осмотре подтвердилось худшее. Сломана была и одна из лыж. Подстреленная вечером дичь затерялась где-то в снегу на склоне, с которого скатился охотник.

Вверх по такому склону сложно было подняться даже на здоровых ногах, и, прибинтовав поврежденную ногу к обломку лыжи, Ролан медленно поковылял вдоль склона, молясь только синекосой и синеглазой Охотнице, издревле правившей в лесах Севера, чтобы она послала ему возможность добраться до человеческого жилья прежде, чем у него иссякнут силы и начнется снежная лихорадка.

Он шел днем и ночью, останавливаясь только на краткий отдых, чтобы не замерзнуть. По счастью, морозы стояли пока небольшие, и движение согревало в достаточной степени. На третью ночь молодой охотник стал видеть синие всполохи на снегу — предвестники снежной лихорадки.

Снежная лихорадка была бичом Великих холмов и прилегающих к ним земель, а вот южнее и на побережье с ней не сталкивались даже в коварные зимы с частыми оттепелями. Самыми опасными являлись начало и конец зимы, в сильные морозы случаи лихорадки были единичны. Никто не знал, от чего она возникает, но обычно ею заболевали те, кто ослаб или получил серьезные раны. Спасение было только одно — корень ралхи. Это растение изредка встречалось по берегам лесных речушек и цвело в начале лета метелкой невзрачных желтых цветков, но ценился корень ралхи на вес золота в прямом смысле. Тогда еще юному Ролану много лет назад показала это растение Карада, и теперь у него был небольшой собственноручно собранный запас ралхи, но он находился в доме, до которого молодому охотнику в данной ситуации было не добраться.

В прежние годы он обязательно носил с собой хотя бы маленький корешок, но в конце этой осени из-за странных и неприятных событий в округе, переезда его сестры к мастеру Нэдри и нелепой гибели старого приятеля Ролан очень нервничал. Даже охота не приносила прежнего удовлетворения. В результате охотник начисто забыл проверить зашитый в одежду корешок и при необходимости поменять на новый в начале зимы, а прежний оказался испорчен из-за бестолковой беготни по холмам в конце осени под проливным дождем. И вот теперь Ролан с ужасом представлял, как у него сначала начнет пропадать зрение, потом станут трястись и неметь руки и ноги, а дальнейшее и так было понятно. На то, что первый встречный поделится драгоценным корнем с незнакомцем, особенно если он не собирал его сам, надеяться не стоило. До прибрежного поселка, где жила ведающая, тоже слишком далеко, поэтому молодой охотник надеялся только на то, что успеет добраться до мест, где может повстречаться с мастером Нэдри или Ареном.

На четвертый день рано утром, когда Арен спустился к ручью за водой, он увидел сидящего рядом с подернутой свежим ледком полыньей Ролана. Тот едва смог узнать парня, потому что при свете дня слепота начинала быстро усиливаться. Арен бросил ведро и хотел помочь охотнику подняться в гору сам, но, увидев ногу Ролана, побежал за мастером.

Так в доме Лодана Нэдри появился еще один жилец. Мастер в свое время тоже узнал, как выглядит заветный корень ралхи не только в сушеном виде, поэтому проблемы с лекарством не возникло. Тащить больного Ролана к Караде несколько дней зимой было огромным риском, поэтому Лодан занялся лечением брата Альны сам, и довольно успешно. Через две недели молодой охотник пошел на поправку, однако об охоте и любом сильном напряжении мастер и думать ему запретил, пока зрение не восстановится полностью, иначе могло начаться новое ухудшение, с которым справиться было бы значительно сложнее.

Со времени нападения бандитов на дом мастера прошло несколько месяцев, но Арен, Лодан и Ролан так и не смогли понять, почему Элан оказался в компании местного отребья. Когда-то он был веселым и уверенным в себе парнем, а потом что-то словно сломалось в нем. При Альне они старались не говорить на эту тему, видя, что та до сих пор переживает о случившемся с мужем. Но однажды молодая женщина случайно услышала отрывок их разговора об Элане из коридора.

Альна вошла и увидела смущенные взгляды резко замолчавших мужчин.

— Если хотите, — сказала она, — я расскажу то, что знаю, а дальше судите сами.

Как поведала Альна, родители Элана переехали в эти места, когда сыну было около семи лет. Отец постоянно пил и вскоре умер. Оставшись без мужа, мать Элана, ко всеобщему удивлению, повеселела, завела скотину и даже стала развозить на быках дрова по прибрежным поселкам, а обратно привозила вяленую рыбу и другие дары моря, продавая их в лесных хуторах. Элану с детства приходилось много работать, но бедности он не знал. Подрастая, юноша увлекся охотой. Старые охотники с удовольствием рассказывали свои премудрости ловкому и отзывчивому подростку. Тот учился легко и вскоре смог не только снабжать мясом мать, но и продавать излишки. Тогда мать забросила тяжелые дальние поездки и занялась только домашним хозяйством. Все шло хорошо, но однажды мать Элана нашли убитой в лесу. Убийцу так и не отыскали, возможно, это был беглый каторжник или другой подонок, случайно забредший в эти края. Элан долго горевал и большую часть времени стал пропадать в лесах, откуда возвращался только для того, чтобы продать добычу и приобрести что-то необходимое.