Повелитель блох - Ирина Комарова

Бес снова вытянулся и прогавкал полагающуюся в таких случаях благодарственную формулировку.

— Можешь быть свободен, — махнул в сторону скамеечки у двери Шкелет и взял с подноса стакан.

Понюхал, сделал маленький глоточек. Вкус у напитка был странноватый. Еще глоток… сизая маринованная луковка попробовала проскользнуть в рот вместе с жидкостью, пришлось выплюнуть ее обратно в стакан. Глоток… Льдинка, слегка царапнув горло, успела проскочить, прежде чем он разобрался. М-да-а. Ну что ж, раз он теперь на должности младшего демона, ему в любом случае не годится самогон хлестать, как раньше. В конце концов к любому напитку можно привыкнуть. Снова с сомнением посмотрел на стакан, качнул его — кусочки льда возвышались над двойным бренди, словно верхушки айсбергов. Шкелет медленно выдохнул, мужественно сделал очередной глоток…

И едва не поперхнулся, услышав над своей головой голос Шнырка, искаженный микрофоном:

— Дозвольте доложить, там трое местных на дороге топчутся. Мне как, переехать их или остановиться?

— Пере… Остановись! — Шкелету пришло в голову, что вербовку не обязательно начинать в самой деревне. Раз у них передвижной вербовочный пункт, значит, можно вести работу, пока они в дороге. Так даже лучше — приедут они в деревню, он сразу и объявит… сколько там туземцев на дороге, трое? Ага, значит, можно будет объявить: «Уже тридцать три местных жителя выразили желание и, подписав соответствующие документы, были оформлены…» Шкелет поставил недопитый стакан на столик и повторил: — Остановись. Сейчас мы их вербовать будем.

Трейлер мягко затормозил. Надо будет Шнырку тоже устное поощрение вынести, за аккуратность. Так, к приему желающих поступить на работу, кажется, все готово… Шкелет звонко хлопнул себя по лбу:

— Как же я забыл! Пенделль ведь специально положил, в отдельный ящик… Дымок!

— Слушаю, — прохрипел бес. Как только трейлер остановился, он метнулся к шкафчику со спецодеждой и попытался, не развязывая тесемок, стянуть с себя фартучек заодно с галстуком. Естественно, рожки опять запутались в кружевах, а бабочка так крепко захлестнула шею, что начала представлять серьезную, опасность для жизни.

— Кончай возиться, — рявкнул Шкелет. Дымок испуганно вздрогнул, вцепился когтями в надоедливую ткань, дернул… обрывки фартучка и надорванная бабочка вернулись на полагающиеся им крючки, а бес застыл перед столом начальника, всем своим видом демонстрируя полную готовность немедленно выполнить любое поручение.

Шкелет тем временем достал из нижнего ящика стола аккуратно свернутый плакат и протянул ему:

— Закрепи снаружи. Только так, чтобы окна не загораживал. Плакат представлял собой все то же объявление о приеме

на работу, только увеличенное и гораздо более красочное. Пенделль предполагал, что он привлечет к трейлеру целые толпы заинтересованных местных поселян.

Дымок схватил плакат, выскочил на улицу, моментально вернулся, с треском захлопнув за собой дверь, доложил весело:

— Готово! Висит как родной!

— Что эти трое?.. — Шкелет не договорил, позволил вопросу повиснуть в воздухе.

— Стоят, — оскалился бес. — Обалдели, я думаю, от неожиданности.

— Надеюсь, они умеют читать, — вздохнул Шкелет. — Здешняя письменность такая сложная…

Он подождал еще пару минут, чтобы туземцы имели возможность тщательно ознакомиться с плакатом, и только после этого дал Дымку команду:

— Начинаем работу. Открывай.

Дымок немедленно развернулся, от излишнего усердия рванул дверцу так, что она едва не слетела с петель, закрепил специальным крючком и застыл рядом по стойке «смирно».

— Вилы, — ледяным тоном напомнил Шкелет.

Дымок охнул, упал на колени и, пошарив под шкафчиком со спецодеждой, вытащил оттуда легкие церемониальные вилы. Взял их «на караул» и снова замер.

Шкелет откинулся на мягкую спинку дивана и, глядя на распахнутую дверь, растянул губы в любезной улыбке номер два дробь восемнадцать. Именно этот вариант рекомендовался в пособии Пенделля как оптимальный для первой встречи с потенциальными пригодными для вербовки аборигенами. Прошла минута, вторая, удерживать улыбку становилось все труднее, а никто из туземцев так и не появился. Может, они пришли в себя, испугались и убежали? Черт расслабил лицевые мускулы и, приподнявшись с дивана, выглянул в окно. Туземцы были на месте. Они стояли, оживленно переговариваясь, кажется, даже спорили и с явным интересом разглядывали трейлер. Очевидно, стесняются. Пенделль говорил что-то такое о чрезвычайной скромности и стеснительности слаборазвитых народов. И еще у них очень сильны всякие там традиции и обычаи — предрассудки, одним словом. Может, здесь не принято заходить без приглашения? Никаких проблем, сейчас он их пригласит.

Шкелет наклонился над закрепленным на столе микрофоном, щелкнул кнопкой переключателя, деликатно кашлянул и, положив перед собой листочек с текстом, который вручил ему перед отъездом предусмотрительный Пенделль, заговорил мягким приятным голосом:

— Передвижной вербовочный пункт начинает свою работу. Приглашаем всех желающих! Быстрый карьерный рост и достойная зарплата вам обеспечены! Ознакомление с условиями и юридическая консультация — бесплатно! Небывало выгодные условия и широчайшие перспективы! Каждому завербовавшемуся на работу в компанию «Ад Инкорпорейтед» сувенир на память!

Он читал старательно, с выражением, но никакой реакции со стороны троицы на дороге не последовало. Шкелет вздохнул, взял брошюру, начал листать ее: может, там найдется подсказка, как заманить этих чересчур осторожных туземцев в трейлер? И настолько увлекся, что, только услышав какой-то посторонний шум, оторвал взгляд от текста. Поднял голову, и отрепетированная улыбка, точная копия цветной иллюстрации с приложения к инструкции по вербовке, сама собой расцвела на лице:

— Доброе утро, уважаемые господа! Вы желаете ознакомиться с условиями приема на работу?

— Что это? — спросила Арра.

— Больше всего похоже на дом, — честно ответил Джузеппе.

— Ерунда! Дома стоят на месте, а не разгуливают по проселочным дорогам. — Ганц был категоричен.

— Он не разгуливает, — уточнил магистр, — он двигается. Я бы сказал, катится… Кстати, не так уж и быстро. Пешехода этот «дом», оставим пока такое обозначение как условное, несомненно, обгонит, а вот бегущего человека вряд ли.

— Мне все равно, с какой скоростью он двигается. Дома, даже условно так обозначенные, должны стоять на месте, — настаивал на своем Ганц. — Я, конечно, слышал про то, как ураганы срывают с земли и переносят на другое место всякие халупы, но этот совершенно не похож на жертву стихии.