Паутина "кровных" уз - Ева Николская

Киприн сбросил свою пассажирку с весьма приличной высоты, и это можно было, вполне, считать большим везением. Но городская площадь неумолимо приближалась, а растянувшееся в девичьем сознании время садистски издевалось над той, которая никак не могла вспомнить зазубренные когда-то заклинания. Ни одного! Самоуверенная моэра в мгновение ока превратилась в растерянного ребенка, который не желал умирать. Не желал настолько, что плюнул на все изученное за последние годы и, доверившись инстинктам, разразился оглушительным криком лейры. Так пронзительно и тонко могли голосить только представители морских народов, да и то не все. Врожденная способность Мага Воды призывать родную стихию оказалась куда действенней уроков по разным видам чар и магических формул, вычитанных в книгах. С бешеной скоростью обтекая, а порой и сметая препятствия, многочисленные капли и струи соединялись в потоки и летели к ней отовсюду, чтобы слиться воедино и принять хозяйку в свои мокрые объятья.

Спасти, защитить, приласкать…

Ырли, как в бассейн, упала в огромный водяной шар, зависший в метре над площадью. Он принял ее нежно, без всплеска. Тело девушки не ударилось о воду, несмотря на то, что летела моэра спиной вниз. Несколько раз прокрутившись в прозрачной ловушке, синеволосая "рыбка", наконец, перестала дергаться и позволила себе расслабиться. Бешеный стук ее сердца по-прежнему отдавался в висках, напоминая о пережитых минутах отчаянья, но эти отголоски лишь усиливали чувство облегчения и радости, разлившееся по всему телу. Какое-то время лейра нежилась в ласкающих ее потоках, которые циркулировали во всех направлениях и замыкались друг на друге. Со стороны этот водный шар напоминал беспрерывно пульсирующего, круглого монстра, который то громко булькал, выпуская на поверхность пузыри, то не эстетично плевался какими-то трудноразличимыми в темноте предметами, по очертаниям похожими на растения. Не удивительно! Вода для создания спасительной сферы собиралась по всей округе, не особо церемонясь с тем, что попадалось на пути. Огибая твердые препятствия, она скользила по клумбам и кустарникам, унося с собой листья и бутоны цветов. Теперь же, баюкая в своей колыбели молоденькую лейру, огромный шар постепенно избавлялся от всего инородного, умудряясь при этом не потревожить заключенное в нем сокровище.

Поймав проплывающий мимо цветок, Ырли сжала его в руке и зло улыбнулась. Она непременно устроит киприну еще один водяной капкан, как тогда, на озере, но на этот раз ловушка будет смертельной. Смакуя планы грядущей мести, девушка сладко потянулась и плавно перетекла в вертикальное положение. Одежды ее кружили в медленном танце, повторяя движения гибкой фигуры. Они промокли насквозь, так как моэра не наложила на ткань защитные чары перед погружением, да и до них ли ей было? Хотя все это, конечно, сущие мелочи по сравнению с тем, что она жива, здорова и способна к дальнейшим действиям.

Щелчок пальцев, мысленный приказ — и прозрачная сфера рассыпалась миллиардами мелких шариков, которые, вспомнив о силе притяжения, полетели на каменные плиты городской площади. Среди этого сверкающего дождя на землю шмякнулась и сама Ырли. Потеряв поддержку родной стихии вместе с приятным ощущением невесомости, девушка запуталась в мокрых юбках отяжелевшего свадебного платья, и вместо грациозного приземления на ноги, с громким всплеском плюхнулась в самый центр лужи, в которую превратилась отпущенная на волю вода.

— Ну, здор-р-р-рово! — прорычала ночная гостья, проклиная свою непредусмотрительность.

Следовало подумать о последствиях прежде, чем устраивать шоу для выскочивших из переулков собак и застывших статуэтками стражников. Они в количестве четырех штук стояли у ворот, до которых было метров двадцать от места эффектного приводнения моэры и последующего ее падения в лужу.

Ну, надо же! Снова она оказалась в собственной стихии, но не как королева, а как замарашка какая-то. Нет, кто-то должен за это ответить, обязательно должен. И ответит!

Стрельнув глазами в сторону не подающих признаков жизни мужчин, девушка решила, что помощи от этих истуканов ждать можно долго, и начала подниматься сама, попутно пытаясь расправить тяжеленные складки облепившей тело одежды. Первая стрела застала ее в переходе из сидячей позы в вертикальное положение — этакий вариант буквы "Z", верхняя часть которой плавно отклонилась, уйдя в сторону от остроконечной убийцы. Прищурившись, Ырли резко распрямилась и прогнулась, словно лопнувшая струна.

— Какого мирда?! — она метнула гневный взгляд на четверку у ворот, но те, как и прежде, не шевелились, разве что глазами хлопали да и то с большими интервалами. Круглыми такими глазами, в которых, как в зеркале, отражалась высшая степень изумления, помноженная на растерянность.

Да уж, эта скульптурная композиция отомрет еще не скоро.

Острое зрение моэры позволяло разглядеть окружение до мельчайших подробностей. Стражники в отличие от гостьи, по большей части принадлежали к людскому роду-племени и подобными качествами не обладали, несмотря на регулярное применение всевозможных целебных настоев Сэн. Они смотрели, приоткрыв рты, на странную пляску темного, и, судя по формам, женского силуэта, выпавшего из водяного шара. Необычное, надо признать зрелище, а уж какими красочными эпитетами оно сопровождалось…м-м-м… заслушаться можно! Выдаваемые мелодичным голоском проклятья попеременно переходили то на визг, то на рык, то снова начинали напоминать песню нецензурного содержания.

А танец тем временем набирал обороты. У правой тройки, находившейся на стене, похоже, не выдержали нервы, и эти ярые блюстители порядка решили прежде пристрелить ночную визитершу, а уж потом разбираться, что она за зверь. Однако вышеупомянутая особа почему-то не стремилось обрастать деревянными спицами с пушистым оперением. Она с нечеловеческой гибкостью ускользала от стрел, выделывая такие пируэты, что глаза бедных стражников продолжали округляться, хотя, казалось бы, куда уж больше-то? Стрелявших тоже можно было понять. До сегодняшнего дня на кипринах летали только аше-ары, а поквитаться с ними за все их деяния — было мечтой практически любого горожанина, владеющего оружием. Вот только с каких это пор маги жизни начали практиковать призыв стихий?

— Мать вашу за ногу, ай… уроды… чтоб вас… безмозглые… — Шаг в сторону, наклон, треск неудобного платья и, как результат — повисший на плече рукав. — У-у-у-у-у, твар-р-ри! Наряд испортили. Кретины ту-го-дум-ны-е, а-а-а-й… недоноски в доспехах… вы на кого руку, тьфу… на кого арбалеты подняли?!