Империя Тени. Эормия (СИ) - Анна Таира

— Ты мне что ли запрещать будешь? Я маг!

— Вот именно. Ты маг. Причём очень сильный. Ты знаешь сколько магов-проводников в Империи?

— Нет.

Глаза Огелана вновь стали добрыми. Такими их видеть было привычнее. И Тара даже почувствовала укор совести.

— Вы с Асари, возможно, единственные во всей Империи маги-проводники, — ласково пояснил Огелан.

— Единственные… Стой. А почему Асари не испытывает этого отката? Она же тоже маг-проводник, как и я!

Огелан попытался сделать шаг к Таре поближе, но резко остановил себя. Тара чувствовал в нём непонятное для себя беспокойство.

— Потому что она прошла через обряд соединения, — сказал Огелан. — Она пользуется не своим потоком, а потоком мужа. Присмотрись к ней как-нибудь, и сама поймёшь.

Тара осмотрелась, будто искала взглядом Асари, но на арене никого кроме них не осталось, да и солнце уже садилось, раскрасив небо оранжевым цветом. В груди всё ещё давала знать о себе жгучая боль, но Тара уже давно научилась не обращать на боль внимание.

— И всего-то? — сказала Тара. — Стоит соединить свой поток с потоком какого-нибудь другого мага?

Тара слегка пошатнулась при новом повороте головы. Всё же, в своих попытках призвать крылья она слишком переусердствовала, и теперь от резких движений слегка кружилась голова.

— Какого-нибудь… — прошептал Огелан. Он поддержал Тару за плечо, как будто боясь, что она упадёт. — Далеко не самая лучшая идея.

— Почему?

— Такие условия, что девушки сами выбирают магов не случайны. Лишь женщина может выбрать подходящего для себя мужчину. Вы каким-то образом чувствуете общую сигнатуру. Если женщина выберет того, кто ей не нравится, основывая свой выбор лишь на выгоде, то она может не сойтись потоком с мужем. И это её скорее всего убьёт.

Огелан больше не закрывался от Тары, да и его прикосновение позволяло явственно его чувствовать. Тонкая льняная рубашка этому не мешала, а свою изумрудную мантию Тара сняла ещё в начале занятий, как и большинство студентов.

Огелан полностью оправдывал обе свои стихии. Как маг земли ощущался надёжным, заботливым и тёплым. Как маг воздуха — рассудительным, открытым и лёгким. Причудливая смесь, но манящая.

— Почему же они выбирали не Императора? — спросила Тара, сама не особо понимая почему заговорила именно о нём. — Ведь это же лучше?

— Император не участвует в выборе. Он не женат и жениться не собирается.

— Почему?

— У Императора на то свои причины.

— Какие?

Огелан вновь разозлился, и Тара поняла, что её попытка перевести тему не удалась.

— Что с тобой? — резко спросил Огелан, нахмурившись. — То бледнеешь от одного его упоминания, то интересуешься его личной жизнью? Если так интересно, что у него за причины, то поди спроси у него сама. И перестань переводить тему. Ты необручённый проводник. И твой откат никуда не делся. Я не могу позволить тебе дальше учиться магии.

— Попробуешь мне запретить, и я уйду. Честно.

Тара также разозлилась. Пусть Огелан и пытался проявить заботу, но вновь контролировать себя она не позволит. С неё достаточно. То этот Тёмный со своими на неё планами, то отец, потакающий своему Владыке. Хватит!

— И куда ты пойдёшь, позволь спросить?

— Куда угодно.

Тара попыталась уйти с арены, но Огелан остановил её, схватив под локоть.

— Стой, — уже спокойно сказал Огелан. Тара со злостью покосилась на то, как он ухватил её руку, и Огелану пришлось примирительно отпустить. — Не злись. Я просто переживаю за тебя. Ты ещё столько не знаешь. Ты можешь сильно навредить себе этим откатом.

— Не маленькая уже. Прожила же как-то с ним столько времени.

— И сдалась тебе эта магия…

— Сдалась. Как ещё мне себя защищать?

— Тебе и не нужно самой. Доверься уже наконец кому-то!

— Ага. Одному уже доверилась. Он сам же меня в руки Тёмному и кинул.

Тара почувствовала, как ёкнуло сердце Огелана.

— Я — не он, — даже голос его стал другим, но Тара не смогла себя успокоить.

— Допустим. Но ты и не можешь быть всегда рядом. Что мне делать, если я опять окажусь один на один с ним? В прошлый раз меня спасло чудо! Я не могу надеяться на такую удачу во второй раз. Я должна быть готова к встрече с ним. Как ты не понимаешь?

— И ты упрямо продолжишь учиться управлять магией?

— Да.

— И что мне с тобой делать…

— Учить. Как я того и прошу.

Огелан замолчал. Он всегда стоял с гордо выпрямленной спиной, но сейчас Таре казалось, что плечи его опустились.

— Ладно бы ты просто училась магии. Я бы научил тебя использовать ритуальный круг как посредник. Откат бы не так сильно тебе вредил. Но ты то хочешь научиться боевой магии! Это совсем другое дело! Прямое применение силы тебя вовсе убить может!

— Я должна научиться сражаться.

Почти минуту двое смотрели в глаза друг другу. Одна смотрела с твёрдостью, другой с замешательством. Огелан глубоко вдохнул и медленно выдохнул, вновь выпрямившись.

— Хорошо. Но, прошу, дай мне время обдумать твою проблему. Оставь пока на время попытки призвать крылья. Изучай теорию. Ладно?

— Теорией я себя защитить не смогу. Не книгами же мне в демонов кидаться?

— Как же ты упряма.

— Поверь, я это часто слышала.

— Почему-то не сомневаюсь. Ещё раз прошу, дай мне время. Мне нужно всё обдумать.

— Хорошо… — наконец согласилась Тара.

— Идём, — сказал Огелан не до конца поверив Таре. — Займёмся твоей раной.

Глава 23. Доран. Наместник Столицы

Доран не решался явиться в Академию даже с визитом. Раньше он и сам проводил регулярно летние лекции, его любили слушать студенты, а сейчас он боялся переступить даже «порог».

То ему казалось, что его появление в Академии вскоре после обряда, привлечёт слишком много внимания. То у него попросту не было времени. То он боялся, что следившие за ним люди Торха узнают что-нибудь лишнее.

Он уже давно попросил Астарха разобраться со слежкой, и лучший в Империи разведчик оказался бессильным что-либо предпринять. Ему катастрофически не хватало людей, почти все они оказались запертыми в других мирах.

Доран мог с лёгкостью повидаться с Асари хотя бы иллюзией, но побоялся что ему придётся снова объяснять почему она должна быть в Академии, а не с ним. И нужно признать, он боялся, что приведённые доводы не убедят даже его самого.

Слишком сильно было желание обнять Асари. К ней тянуло каждую секунду, тянуло каждую частичку его тела. Оказывается, что это было невыносимо больно находиться так далеко от своего проводника. Что же чувствовал тогда Кендрик, находясь вовсе в другом мире, в