210 по Менделееву - Александр Смоленский

– Погодите, погодите, Леонид Сергеевич, дайте подумать!

Игорь прикрыл глаза и постарался максимально сосредоточиться на решении задачи. Минут пять он лежал молча, после чего произнёс:

– Леонид Сергеевич, а ведь первая часть плана операции «Джозеф» действительно вполне приемлема.

– Неужели?! – с язвительной интонацией в голосе воскликнул Мацкевич и озабоченно взглянул на часы. – Если ты что-то придумал, то излагай поскорее, ведь время идёт! Уже почти четыре часа…

– В общем, так, уважаемый Гуру. Если вы действительно горите желанием реально помочь мне, то нам надо действовать следующим образом.

Свиридов попытался спустить на пол ноги, как бы собираясь подняться. Но Мацкевич жестом его предостерег. Мол, лежи, пока мы еще не бежим…

– Как только стемнеет, мы с вами спустимся в подземный гараж. Там прошлой ночью я оставил малолитражку, которую недавно взял напрокат. Мы доберемся до Мейдстона, как вы и планировали, и в условленное время встретимся с вашими друзьями. Там они передадут нам свой контрабандный шедевр, после чего легально погрузятся в «Евростар» и через три часа будут в Париже. Убежден: нам с ними нигде нельзя появляться вместе. Риск колоссальный! У них контрабанда, а за мной шпионаж, убийство… Как говорится, почувствуйте разницу.

– Уже почувствовал. Но все-таки, как выбираемся мы? – пожав плечами, спросил Мацкевич.

– А мы тем временем берём такси и доезжаем до Фолкстона. Я являюсь членом тамошнего частного спортивного аэроклуба. Даже посещал его пару раз… Далее, мы фрахтуем легкий самолёт, записываем в пролетные документы маршрут прогулки над морем, а сами за полчаса перелетаем через Ла-Манш. Как вам мой план?

– Но кто поведёт самолёт?

– Как кто? Я, конечно…

– Одной рукой?! – откровенно удивился Мацкевич. – Ты ж и автомобилем-то управлять не в состоянии!

– Так то ж автомобилем! А легким самолётом – проще пареной репы! Набрал нужную высоту, включил автопилот, и всё. Единственная сложность – посадка. Но, думаю, вы мне поможете, если понадобится. Поверьте, дорогой Гуру, всё будет в полном порядке!

– Фу ты, чёрт… – с досадой выдохнул Леонид Сергеевич. – Тогда надо срочно позвонить друзьям. И дать понять, что в плане появились коррективы. Мы же рассчитывали осуществить операцию «Джозеф» дня через два, а теперь её придётся форсировать.

– С вашей помощью, с их помощью или без оной я намерен во что бы то ни стало к раннему утру добраться до фолкстонского аэроклуба! – с твёрдой решимостью произнёс Интеграл. Было очевидно, что силы возвращаются к нему.

– Риск-то какой, Игорь! Ты ведь пока едва держишься на ногах! – Леонид Сергеевич поднялся с кресла. – Ладно, погоди, я сейчас же свяжусь с Духоном. Несмотря на наши дружеские отношения, он всё-таки мой хозяин и от его решения зависит многое, если не всё.

– Смешно звучит в ваших устах слово «хозяин». Вы ж никогда не были слугой!

– Почему смешно? Нам к этому слову не привыкать! Разве не мы тридцать лет называли Хозяином генералиссимуса, а потом и других первых лиц государства? – парировал Леонид Сергеевич язвительный выпад Игоря.

– Простите, не хотел вас обидеть, – примирительно улыбнулся тот.

– Проехали. Я пошёл звонить. Лучше это сделать с городского телефона.

Мацкевич отсутствовал минут двадцать. Игорь изрядно нервничал, понимая, что если друзья Мацкевича откажутся от предложенного им сценария побега, для него создастся далеко не лучшая ситуация.

– Фу, как я перенервничал! Но слава богу, всё обошлось, убедил! Они согласны! – с порога прокричал повеселевший Мацкевич. – Ты знаешь, как Духон выразился? Мол, уступает только из уважения к подвигу разведчика. Так что давай готовиться к отъезду. Мы договорились, что Духон и Багрянский будут ждать нас ровно в десять вечера на привокзальной автостоянке в Мейдстоне. Учитывая моё плохое знание лондонских улиц и пригородных шоссе, нам надо будет выехать заблаговременно.

– Так и поступим, – облегченно вздохнув, произнёс Свиридов и устало откинулся на подушку.

Ровно в семь вечера они покинули квартиру и отправились в дорогу. Мацкевич впервые в жизни пожалел, что в машине нет навигатора. Впрочем, курс на восток он приблизительно себе представлял – перед выездом, пока Интеграл отдыхал в полудреме, Леонид Сергеевич внимательно изучал карту Лондона и его восточных пригородов.

Глава 19. Откровения Иуды

«Какие всё-таки славные мужики – бывший банкир и его приятель-журналист, не говоря уже о Леониде Сергеевиче! Мало того что приютили меня, так ещё обхаживают, как кисейную барышню, – размышлял Игорь, нежась в роскошной двуспальной кровати с балдахином в старинном нормандском замке. – Так бы вечность, как белый человек, отдыхать и наслаждаться жизнью, не зная забот и треволнений. Разве не заслужил?! Сюда бы ещё Наяду… – Всё больше погружаясь в несбыточные грёзы, Свиридов испытывал какое-то мазохистское удовольствие. – Проклятие! А ведь даже во времена наших ежегодных «свадебных путешествий» с Надей я не чувствовал себя спокойным и свободным. И всё из-за того, что каждую минуту ждал вызова из Центра или очередного задания. Сколько лет уже живу в постоянном напряжении, на привязи, как цепной пёс! Мерзкая профессия. Вот уж воистину, вечный незримый бой… Господи, как же хорошо я сделал, что ещё в Лондоне вырубил связь с Центром! Представляю, как сейчас там бесятся и ломают голову – куда вдруг исчез их бесценный суперагент? И жив ли вообще? Ну и шут с ними! После того что я вычитал в люсиновской флэшке, после всех моих лондонских злоключений я уже никому не доверяю. Никому! Даже себе. А впрочем…»

Тут Игорь вдруг почему-то вспомнил, как в момент прощания с Духоном и Багрянским в Мейдстоне олигарх-пенсионер предложил ему отлежаться после ранения в своем нормандском имении. Идею с энтузиазмом поддержали Мацкевич и Багрянский. Сам же Свиридов, вежливо поблагодарив Духона, не был склонен принимать приглашение – ему не терпелось быстрее вернуться в Москву. Тем более что после постоянного обдумывания истории, случившейся с Люсиновым, в его голове зародились смутные подозрения, которые надо было срочно проверить. Но всё обернулось иначе.

Шёл четвёртый день после их побега из Лондона. Никаких приключений не произошло, и старик «Джозеф» – подарок уже покойной леди Соутбридж – занял почтенное место среди картин в шато Духона.

Благодаря стараниям мужчин Свиридов довольно быстро шёл на поправку. Рана почти зарубцевалась, и полковник с каждым новым днём ощущал прилив сил. Порой драматические лондонские перипетии уже казались ему такими далекими и ирреальными, словно всё пережитое было лишь кошмарным сном.

Задуманный перелет через Ла-Манш в целом удался. Однако не обошлось и без накладок.

Сначала им пришлось долго уговаривать долговязого, как жираф, и упрямого, как осёл, владельца аэроклуба разрешить им немного полетать на легком самолёте с трогательным названием «Пчёлка». Хозяин долго упирался, но когда Интеграл выложил на стол весомый аргумент – десять банкнот достоинством в сто евро каждая, – сдался. Но выделил двум чудаковатым туристам пилота-инструктора.

Как только «Пчелка» поднялась в воздух и сделала круг над Фолкстоном, Интеграл решил, что пора действовать. Выждав удобный момент, он здоровой правой рукой резко вырубил инструктора, тот не успел даже охнуть. В следующее мгновение Игорь перехватил штурвал.

– Феноменально! – только и смог воскликнуть ветеран госбезопасности Мацкевич, глядя, как Интеграл одной рукой управляется с самолетом. – Но как-то все же неприлично. За что парень-то должен страдать? Ты об этом, сынок, подумал?

– Некогда думать, Леонид Сергеевич, вы лучше следите за показателями высоты и сообщайте мне, – отдал команду Интеграл и повел (нашел в себе силы!) самолет на бреющем в сторону берегов Франции. С помощью навигационных приборов он довольно быстро сориентировался в воздушном пространстве и уверенно держал курс. В наушниках стояла мертвая тишина, что не могло не радовать.

Полёт к северному Кану – столице провинции Кальвадос – длился ровно сорок три минуты. Игорь, оглядев с высоты окрестности, решил сажать самолёт в чистом поле, окруженном с четырёх сторон лесом и кустарниками. При посадке шасси «Пчёлки» мягко коснулось поверхности земли, и самолёт, замедляя ход, уже бежал по ровному полю, как вдруг внезапно прямо на пути крылатой машины вырос большой валун. Избежать столкновения не удалось, и «Пчёлка», налетев левым колесом на каменное препятствие, резко подпрыгнула вверх, а потом завалилась набок.

К счастью, ремни безопасности уберегли беглецов от серьезных травм, он отделались незначительными ушибами и ссадинами. Правда, у Свиридова после неудачного приземления вновь сильно разболелось раненое плечо, но он старался не обращать на это внимания. Времени было в обрез!