Последний аватар - Александр Зорич

Четкие контуры наземных строений энергостанции смазались в объективах от резкого внутреннего толчка.

Вся территория энергостанции вздыбилась, словно бы под ней раздувался воздушный шар.

В это время цель была поражена еще тремя ракетами "Джуно".

Исполинский воздушный шар местами продолжил вздуваться еще интенсивнее, местами, наоборот, начал стремительно проседать.

Рушились тысячетонные конструкции.

Словно перенагруженная струна лопнул в нескольких местах броневой кожух силового кабеля и только после этого на поверхность вырвались стометровые фонтаны расплавленного железобетона.

Зрелище было воистину апокалиптическим. Но Мак-Интайру из его дальнего далека показалось, что лопается мыльный пузырь. И только когда вертолет ощутимо тряхнуло взрывной волной, он смог ощутить, какая же чудовищная сила была высвобождена сейчас под землей.

Но это были еще только полдела.

Лишь когда с ведущего вертолета восточной группы, нарушая ставшее бесполезным радиомолчание, передали "Колпак снят", Мак-Интайр, изо всех сил ударив кулаком правой руки об открытую ладонь левой, проревел что-то победное, непереводимое, древнеирландское.

Под ноги Мак-Интайру просыпалась раскрошенная сигара. Но она больше не стоила его внимания. Получилось. Сработало. Он был прав. Неприметные строения действительно оказались энергоустановкой защитного поля!

Теперь Мак-Интайр уже не сомневался в победе. Главное дело сделано, а остальное – мелочи. Американская техника, английские солдаты – что может быть лучше этого?

5

В зале пахло розами.

Стройные девушки в аккуратных кружевных передниках обносили присутствующих напитками и рекламными проспектами систем "Асгард", танцоры выплясывали на сцене балетную композицию "Обретенный рай", а сводный ансамбль поп-звезд выводил на разные голоса гимн компании ВИН. Гимн был подозрительно похож на хит вековой давности "Подмосковные вечера".

Президент России сидел в окружении своей многочисленной семьи в специально отведенной ложе. И хотя все они – двое дочек с мужьями, четверо внуков с гувернантками и собаками, теща, свекор, а также первая и вторая жены президента – с трудом поместились в ней, все были довольны и радостно улыбались. Может – от скуки.

Наконец, гимн был спет до последнего, девятого, куплета. На подсвеченную прожекторами трибуну, выросшую над сценой как ядерный гриб над Пхеньяном, вышел господин Щюро.

– Дамы и господа! Мы перешагнули порог двадцать второго века гораздо раньше, чем календарь. Убедительное свидетельство этого – системы "Асгард", которые через несколько минут попадут к вам в руки. Я буду немногословен, ибо счастливый человек никогда не может найти нужных слов для выражения своего счастья. И все-таки, я скажу: Россия – самая прекрасная страна на Земле. Россия – родина системы "Асгард". Россия – интеллектуальный центр мира. Ибо здесь, только здесь могло зародиться, и именно здесь зародилось то ядро, вокруг которого сплотится человечество Земли. И это ядро называется системой "Асгард"!

Зал зааплодировал.

Аплодисменты переросли в овацию, а овация, в свою очередь, выродилась в овацию стоя.

Присутствующие в зале были возбуждены. Они радовались. Они были счастливы почти так же, как и сам господин Щюро, такой добрый человек, такой замечательный патриот.

Аплодировать зрителям помогали двести пятьдесят клакеров, которые кричали "браво!", размахивали российскими флагами и вообще весьма умело изображали патриотический экстаз.

"Подсадные утки" были одеты ничуть не хуже гостей (разве что бриллианты на дамах были фальшивые), а потому весь спектакль выглядел вполне правдоподобно.

Щюро воздел руки к небу, словно оперный бас в мгновения своего мефистофельского триумфа. Затем он скромно поклонился и ушел с трибуны, уступив место следующему номеру развлекательной программы.

Разумеется, сам господин Щюро в тот день был занят более важными вещами. Он вообще не любил тратить время на public relations.

6

Не одному только Департаменту Безопасности иметь на своих "Стрибогах" приватные виртуальные реальности.

Отец и мать русской ВР, производитель и дистрибьютор оборудования для половины Евразии, компания ВИН располагала своей собственной охранно-боевой виртуальной реальностью, интегрированной в периметр защиты Главного Корпуса.

Аватар Щюро уже двадцать минут с нетерпением разгуливал по удивительно точно воспроизведенным этажам Главного Корпуса.

Он поглядывал в окна, одним мановением воли поворачивал стволы замаскированных и незамаскированных автоматических пушек, хлопал дверями и броневыми шторами на окнах, включал и выключал освещение. В общем, маялся тем же бездельем, что и любое привидение в огромном фамильном замке.

Отличие от мировой ВР заключалось в том, что все действия Щюро внутри виртуального образа здания моментально повторялись в реальном Главном Корпусе.

Охрана, которая по приказанию Щюро заняла свои места по боевому расписанию, с понимающими ухмылками наблюдала, как бегают влево-вправо рыльца пушек и лязгают бронешторы. Дух господина Щюро изволит шутить. Дух господина Щюро скучает. Они скучают-с.

Но Щюро не просто баловался. Он напряженно ждал. Часы, стилизованные под изрытую кратерами луну, неторопливо оборачивающуюся вокруг его аватара, показывали десять часов двадцать восемь минут утра.

"Давай уже, гаси", – нетерпеливо пробормотал Щюро, покусывая нижнюю губу.

На тыльную поверхность ладони левой руки аватара Щюро были вынесены два архаических тумблера.

Они, конечно, диковато смотрелись вот так, вросшими в живую плоть, но Щюро находил это забавным.

Под одним тумблером была красная татуировка "Защита". Под вторым – "Выход". Просто, доходчиво, наглядно.

Наконец, вдалеке раздался долгожданный грохот. Приватная ВР добросовестно передала аватару Щюро сотрясения почвы, и он улыбнулся.

Палец Щюро лег на тумблер "Защита".

Щелк-выкл.

Добро пожаловать, господа.

7

Мысль господина Венедикта Щюро о том, что Россия есть не что иное как интеллектуальный центр Вселенной, очень понравилась аудитории.

Недаром Стальной Венедикт корпел над своим коротким спичем два вечера. Спич попадал в резонанс с патриотическими струнами души и отлично лежал на языке.

Именно поэтому содержание его спича в несколько более пространном виде было повторено еще трижды – в речи президента России, в речи самого одиозного диктора телевидения и, наконец, директором всероссийской нейродизайнерской сети "Ярко!" После этого спич был перепет на сотню разных ладов в кулуарах.

Системы "Асгард" были у всех на устах. Попивая слабоалкогольные прохладительные напитки, публика мечтала только об одном – поскорее получить на руки вожделенный бокс, попасть домой, подключить "Асгард" к своей альфа-станции и отправиться в путешествие по новому пласту виртуального мира.

– Когда каждый гражданин России узнает, что такое система "Асгард", в стране навсегда воцарятся мир и благоденствие! – так окончил свою речь министр внутренних дел России.

Министр, правда, забыл упомянуть, что в случае, если все будет именно так, как он сказал, сам он станет безработным.

Тем не менее, снова грянули аплодисменты. Клакеры старались как могли и российская элита волей-неволей присоединилась к заказному веселью.

– Первая партия систем "Асгард" – всего восемь тысяч экземпляров. Это мало, очень мало для нашей огромной страны. И потому мы просим компанию ВИН...

Так продолжалось более полутора часов, пока все те же девушки в аккуратных передничках с эмблемой ВИН не начали разносить среди гостей подносы, на которых покоились вожделенные боксы с лаконичной надписью "Асгард".

8

"Навахо" пересекли невидимую черту, по которой раньше проходил передний край защитного поля. Главный Корпус стремительно приближался. Внизу со скоростью четыреста километров в час проносились стриженые деревья, стриженые кусты и стриженые газоны. Впереди виднелись большие клумбы, усаженные синими маргаритками. Цветы на клумбах образовывали надпись: "УРА НАМ!"

"Ну и вкус у кухулинова пса", – подумал Мак-Интайр, досылая патрон шестнадцатого калибра в ствол старого доброго "Ремингтона".

Вкус у Щюро был неважный. Юмор тоже так себе. Щюро поднес к губам "наручник" и, улыбаясь одним уголком рта, произнес:

– Какого черта?! Я плачу налоги!

Тысячекратно усиленная динамиками на крыше Главного Корпуса, эта фраза разнеслась на многие километры вокруг.

Ее услышали даже на вертолетах. Говорил Щюро по-русски, его поняли только Мак-Интайр и Гиллеспи.