Королева Тирлинга (ЛП) - Эрика Йохансен

― С чего мне верить в то, что ты можешь вернуть её?

― Я могу, ― ответил Торн. ― И я сделаю это.

Желудок Джавеля скрутило от очередного спазма, и он согнулся пополам, пытаясь как можно сильнее сжать брюшные мышцы, однако это не остановило боль и нисколько не помогло ему. В конце концов, спазм помаленьку сошёл на нет, кулак в его животе разжался, и, подняв голову, он поймал на себе пристальный бесстрастный взгляд Торна.

― Ты должен доверять мне, Джавель. Я не нарушаю своего слова.

Он начал размышлять над этим заявлением, держа руку на животе и готовясь к следующему приступу боли. В городе можно было услышать много сведений о Торне, некоторые из которых были правдивыми, некоторые – сомнительными. Стражнику рассказывали множество историй об этом человеке, от которых у него кровь стыла в жилах, но он никогда не слышал, чтобы Арлен Торн нарушал своё слово.

Сидевшая рядом с ним альбиноска быстро и мелко задышала, явно не испытывая такой потребности в кислороде. Она закрыла глаза, словно в экстазе. Протянув руку, она начала нежно подёргивать сосок груди через тонкую ткань своей розовой рубашки.

― Успокойся, Брен, ― тихо сказал Торн. ― Мы здесь уже почти закончили.

Женщина послушалась и снова положила руку себе на колени. По телу Джавеля пошли мурашки.

― Что тебе нужно?

Чиновник одобрительно кивнул.

― Мне нужно пронести кое-что в Крепость. Мне нужен свой человек у Крепостных Ворот, который в определённый момент не стал бы задавать лишних вопросов.

― Когда?

― Когда я скажу.

Джавель посмотрел на него, озарённый пониманием.

― Ты собираешься убить Королеву.

Торн направил на него свой холодный непреклонный взгляд. Стражник подумал о видении, которое явилось ему на Крепостной лужайке: высокая женщина постарше нынешней Королевы, с непоколебимым видом нёсшая корону на голове. От Виля, который всегда первым был в курсе всего, он знал, что два дня назад состоялась коронация, и во время церемонии произошло неудачное покушение Регента на новую Королеву. Проезжая по улицам в сумерках через обычную какофонию звуков, доносившихся от торговцев, которые закрывали лавки, выкрикивали новости торговли и сплетничали, Джавель услышал, как они назвали её Истинной Королевой. Ему было незнакомо это понятие, но двух мнений тут быть не могло: это имя принадлежало высокой женщине с серьёзным лицом, которую он видел на Крепостной лужайке и которая пока вообще не существовала.

«Но она могла, ― подумал Джавель. – Когда-нибудь она появится».

И хотя он не ходил в церковь и даже не верил в Бога с тех пор, как Элли отправили в Мортмин, ему внезапно почувствовалось проклятие, повисшее над его головой, проклятие и история, словно две руки, выжидавшие, чтобы взять его и сильно сжать. Людей, убивших Джонатана Тира, так и не поймали, и это были самые чёрные страницы в истории Тирлинга. Кто бы они ни были, Джавель не сомневался, что они были прокляты за свои преступления. Но он не мог высказать все эти страхи Торну, поэтому лишь произнёс:

― Она Королева. Ты не можешь убить Королеву.

― Нет доказательств того, что она действительно Королева. Это всего лишь девчонка со шрамом от ожога и ожерельем.

Тот отвёл глаза, и внезапно в проблеске интуиции страж Ворот понял: Торн тоже видел эту высокую величественную женщину на Крепостной лужайке. Он видел её и при этом настолько перепугался, что решил затеять это дело. В тот момент он был сильнее чем обычно похож на паука, который словно вылез из угла, чтобы починить свою паутину, и вскоре убежит обратно в тёмную трещину, чтобы плести интриги и ждать с бесконечным зловещим терпением какую-нибудь беззащитную жертву.

Джавель оглядел трактир и словно увидел его заново: половицы с глубоко въевшейся грязью, застывший дешёвый жир на стенах, накапавший с факелов, проститутка, отчаянно улыбавшаяся каждому, кто входил. Самым примечательным был смешанный запах пива и виски, похожий на туман, проникший во все щели и будто выделявшийся из воздуха. Джавель и любил, и ненавидел этот запах, при этом откуда-то зная, что именно из-за этой путаницы в сознании Торн и выбрал его. Он был слаб, и, вероятно, запах его слабости был Торну так же приятен, как запах виски ему самому.

«Это и есть та тёмная трещина, ― наконец, осознал стражник. ― Прямо здесь».

Его снова согнуло пополам: казалось, какой-то маленький зверь в его желудке пробудился и начал разрывать плоть своими неровными когтями и зубами, острыми как иглы. Джавель шёл по лезвию ножа. Его путь был короток, но внизу лишь чернела бесконечная тьма. Что он увидит, когда будет падать?

― Что если твой план провалится? ― выдохнул он. ― Какие у меня гарантии?

― Никаких, ― ответил Торн. ― Но тебе не следует беспокоиться. Только глупец складывает все яйца в одну корзину. У меня же корзин много. Если одна идея не сработает, то мы попробуем другую и, в конце концов, преуспеем.

Достав из рубашки пузырёк с янтарной жидкостью, он предложил его Джавелю, который протянул руку, но схватил лишь воздух.

― По моим подсчётам у тебя есть минута или две, прежде это станет для тебя бесполезным. Итак, страж Ворот, у меня есть только один вопрос: ты в ладах с математикой?

«Мне не победить», ― подумал Джавель, держась за живот.

Это знание несло в себе неприятное предательское утешение, потому что если ты не можешь победить, то в этом нет твоей вины вне зависимости от того, какой путь ты выбрал.

Г

руз опоздал.

Королева Мортмина не смогла выкинуть это из головы ни сегодня, ни вчера, ни позавчера. Она пыталась сконцентрироваться, пока Аукционист приводил ей цифры за последний месяц. Февраль получился неплохим: в королевскую казну поступило свыше пятидесяти тысяч марок. Обычно по прибытии груза Королева отбирала самый лучший товар либо для себя, либо кому-нибудь в подарок. Но большинство рабов уходили с молотка мортским нобилям или состоятельным дельцам, которые перепродавали их за более высокую цену в северных и окрестных городах. Аукцион всегда приносил хорошую прибыль, однако высокий уровень февральских продаж не мог избавить Королеву от назойливого ощущения грядущей неудачи, будто проблема становилась всё серьёзнее, и она никак не могла помешать этому. Девчонке исполнилось девятнадцать, её так и не нашли, а теперь ещё и груз не пришёл вовремя. Что бы это могло значить?

Наверняка, тирский Регент опять в чём-то напортачил. Сначала ему не удалось помешать Элиссе тайком вывезти девчонку из замка (хотя даже сама Королева не смогла предугадать такое развитие событий: кто бы мог подумать, что в Элиссе есть хотя бы крупица хитрости?). Но спустя восемнадцать лет эту девчонку уже следовало найти. По настоянию Королевы Регент, наконец, нанял людей из Кейдена несколько месяцев назад, но она откуда-то знала, что уже было слишком поздно.