Беспощадная истина - Майк Тайсон

Как-то в этом году Дон взял меня на выступление Майкла Джексона. Дон осуществлял рекламную кампанию для Майкла и его отца, и после шоу он повел меня за кулисы. Я встречался с Джо Джексоном на некоторых своих боях, поскольку он был игроком и делал ставки. Мы оказались за кулисами, а Майкл стоял в углу, ожидая, когда ему подадут автомобиль. Никто не мог приблизиться к нему, но он видел, что я был окружен людьми, желавшими получить мой автограф. Я хотел пожать ему руку, прежде чем он сядет в машину, поэтому я подошел к нему.

– Как поживаете, мистер Джексон? Рад видеть вас, – сказал я.

Он прервался на секунду, оглядел меня и ответил:

– Я откуда-то знаю тебя, не так ли?

Он фактически обосрал меня тогда. Он прекрасно знал, кто я. Но я не мог злиться на него – мне понравилось, как он меня отшил. И я с нетерпением ожидал случая, чтобы опробовать на ком-нибудь его методу.

Когда Дон Кинг 16 августа приехал в Нью-Йорк, он сделал сенсационное заявление о подписании со мной эксклюзивного контракта о рекламно-информационном сотрудничестве. Билл пришел в ярость и пригрозил подать в суд. Женщины практически уже не влияли на ситуацию. Они проиграли тендер на управление моим бизнесом. Они продолжали реализацию своего плана «Б» – представлять меня чудовищем и подготавливать соглашение о расторжении брака. В течение всего лета Робин раздавала интервью, утверждая, что я был с ней жесток. Но когда журналисты интересовались документальным подтверждением, они не могли ничего получить для обоснования этих бредовых претензий. Я действительно не люблю говорить о людях плохо, и, насколько я знаю, они обе могли измениться к настоящему времени, но тогда они были просто подколодными змеями, самыми последними суками в мире.

Следующим пунктом женского плана был уложить меня на обследование в психиатрическую клинику, чтобы они могли взять в свои руки управление моими финансами. Рут Безжалостная пыталась заставить меня пойти на прием к ее знакомому психотерапевту, доктору Генри МакКуртису. Я отказался. Тогда они переговорили с ним по телефону и упросили его выписать для меня рецепты на соль лития[106] и торазин. Он сказал им, что я страдал маниакально-депрессивным психозом. Дать мне лекарство Рут Безжалостная поручила своему брату Майклу. Но он воспринял все это как полное дерьмо. Сначала он сказал: «Майк, ты, вообще, хочешь это лекарство?» А в конечном итоге он завершил свою миссию фразой: «Майк, не принимай ты это дерьмо. Я бы не стал». Затем Рут попыталась поставить моему приятелю Рори задачу следить за тем, чтобы я принимал лекарства. Безжалостная каждый день названивала, чтобы убедиться, что я их принимаю. Но Рори насрал на все это. Он сообщил Рут, что у нас закончились эти таблетки, а мне передал, что она обещала прислать еще курьером компании «Федерал-Экспресс».

Я был под воздействием алкоголя, не таблеток, когда у меня возник небольшой уличный конфликт с Митчем Грином. С тех пор как я побил его, он окончательно съехал с катушек. Его уже арестовывали за наркотики, и за отказ платить мостовой сбор, и за ограбление автозаправочной станции. Говорили, что этот ниггер совершил вооруженное ограбление станции, связал ее работника, засунул его под кассовый аппарат, а затем собирал деньги у тех, кто приезжал заправиться.

И вот как-то вечером в конце августа я тусовался по клубам и решил заглянуть в магазин «Даппер Дан’с», чтобы забрать кое-какую одежду, которую отложили для меня. Это был белый кожаный пиджак с надписью на спине: «Не верь подделке», – названием песни хип-хоп группы Public Enemy. У меня уже были короткие шорты из белой кожи в стиле Дейзи Дьюк, которые должны были подойти к нему. Тогда я был в хорошей форме и хотел продемонстрировать свои мускулистые бедра. Все поклонники хип-хоп/торговцы наркотиками приобретали тогда шмотки в магазине «Даппер», он оставался открытым допоздна. Поэтому я завернул туда около четырех часов утра. Я не поклонник хип-хоп и не наркоман, я уличный парень, и мы все тоже тусовались в «Даппер Дан».

Я всегда радовался покупкам разного дерьма, поэтому я чувствовал себя превосходно. Однако мое настроение здорово изменилось, когда этот сумасшедший ублюдок Митч Грин ворвался в магазин, голый по пояс.

– Что, б… дь, ты здесь делаешь, ты, педик? Ты со своей ублюдочной подружкой Доном Кингом нае… л меня в этом бою! Вы все – куча пидоров! – заныл он. – Глянь только, как ты говоришь! Ты настоящий педик!

В то время я уже жил в этом гребаном мире белых «Эй, ребята», пытался стать там своим, оставаясь в глубине души кровожадным убийцей. Поэтому я попытался справиться с собой и изобразил еврейского златоуста, вспомнив некоторые навыки, которые я перенял у бизнесменов, таких, как Джимми Джекобс.

– Митч, ты должен взвешивать то, что ты делаешь. Я не думаю, что избранная тобой тактика действий в долгосрочной перспективе принесет пользу твоему здоровью. Тебе следует помнить, что я уже победил тебя, когда мы встретились на ринге, – сказал я. – Поэтому тебе необходимо немедленно проследовать к ближайшему выходу.

– Ты не побил меня! – завопил он. – Я ничего не жрал! Этот ублюдок Дон Кинг не давал мне ничего пожрать!

Я не собирался с ним пререкаться, потому что я, действительно, не хотел убивать этого болвана. Поэтому я взял свою одежду и вышел. Я уже был на тротуаре, но этот рехнувшийся ниггер последовал за мной, продолжая разоряться. И тут мне явилось озарение. Я – Майк Тайсон, абсолютный чемпион мира в тяжелом весе. Мне не следует терпеть оскорбления.

Он ударил меня по лицу и вцепился в меня. Я опустил взгляд и увидел, что он разорвал мне карман рубашки. Это было уже слишком. И я ударил его прямо в глаз. Я был пьян и не понимал, что он находился под кайфом от «ангельской пыли» и не мог ответить мне. Это было похоже на поединок десятилетней давности. Я утюжил его по всей улице, а он вопил. На ринге он дрался со мной лучше, чем в эту ночь.

Я выбрасывал удары и молотил этого парня, и он шатался из стороны в сторону, словно был готов упасть, но никак не падал. И тогда я изобразил Брюса Ли в фильме «Выход Дракона», ударив эту задницу с разворота, и он, наконец, свалился. Мой приятель Том, который часто возил меня, когда я выпивал, попытался увести меня.

– Эй, Майк, я думаю, ты убил этот ниггера, – сказал он.

– Очевидно, ему не следовало дое… ться до меня, – ответил я. Но как только мы повернулись, чтобы пойти к машине, оборотень из триллера «Ночь живых мертвецов» вновь набросился, как Джейсон из фильма «Чертовая пятница тринадцатого», и пнул меня по яйцам с криком:

– Ах ты, мать твою, пидор!

Это было уже совсем не здорово. Поэтому я схватил его за шею и начал колотить о землю. Я бил его головой о тротуар, пока он не отрубился. Я устал и вернулся к своей машине. У меня был канареечно-желтый «Роллс-Ройс Корниш» 1988 года за 350 000 долларов. Я дождался Тома, чтобы тот сел за руль. Когда Том устроился, я сказал ему: