Атлантида. Падение границ - Дмитрий Воронин

– Я принес тебе дар, Великий Кронос, – тихо произнес он, не поворачиваясь. – Дар, угодный твоему духу.

– Живая кровь, вот даже как… – хмыкнул голос, словно бы в раздумье. – Да, ты знаешь, как порадовать старика. Ладно… я понимаю, что ты явился не просто так. О чем ты хочешь спросить меня? И можешь повернуться, мало удовольствия видеть твой заросший затылок.

Геракл последовал совету, и несколько мгновений рассматривал тень, плывущую перед ним, в половине локтя над каменной плитой. В этой тени невозможно было узнать величественного Кроноса, Верховного Мага Гипербореи, свергнутого и убитого собственным сыном. Оставалось только надеяться, что мертвым несвойственно лукавство и обман, и что на зов героя откликнулся именно тот, ради встречи с кем Геракл явился в эту бездну. Тень всколыхнулась, от нее отделились два длинных тонких отростка, коснулись чаши… темная густая жидкость чуть дрогнула.

– Говори, полукровка, – в словах тени не было и намека на издевку, она… или он, просто констатировал тот факт, что для беседы с навсегда ушедшим явился нечистокровный гипербореец. – Говори, но будь краток. Твой дар… не слишком щедр.

Дух Кроноса был прав – скосив глаза в сторону чаши, Геракл заметил, что уровень крови в ней заметно понизился. Силы, призвавшие дух умершего, требовали много крови, и расходовали ее щедро.

– Твой сын ведет нас к войне, Кронос. К войне, которая может привести к гибели Гипербореи.

– Я знаю это, – прошелестел голос. – Я не питаю любви к сыну, но в своем устремлении он прав.

– Но…

– Да, Гиперборея может погибнуть. Здесь, в вечной тьме Тартара, сложно зрить будущее… впрочем, там, наверху, распознать грядущие события еще сложнее. Здесь мир теней, и то, что произойдет, тоже всего лишь тени. Их можно попытаться угадать, не более… Угроза существованию Гипербореи велика, но если не остановить атлантов, конец будет неизбежен. И страшен.

– Страшен? – Геракл даже привстал от удивления. – Да, их армии сильны, да, они все больше и больше видят в Гиперборее врага, но что в этом такого страшного? Посейдонису не хватит сил, чтобы сломить магическую защиту Олимпа.

– Дело не в армиях, которые может собрать Лорд-Протектор, – не меняя тона, сказал Кронос, смещаясь в сторону, зависнув в воздухе прямо над невидимым потоком Реки Забвения. – Здесь, во тьме, кое-что видно лучше… здесь есть знания, которые не стоит передавать живым. Скажем… атланты играют с чудовищными силами, и они даже не осознают всей опасности этих игр. Я чувствую, как сама сущность мира воет и корчится от боли… сколько это может продолжаться? Однажды эта сущность не выдержит, и кто знает, что произойдет с Ойкуменой… хотя нет, катастрофа затронет не только Ойкумену, но и все сущее.

– Значит, война неизбежна? – в чаше оставалось совсем немного крови. Геракл был готов ради продолжения беседы разрезать собственную руку, но стоит испарениям Реки Забвения попасть в кровь… с этой водой не сравнится ни один яд. Даже яд Лернейской гидры оставляет один, пусть и мизерный, шанс. Эта вода шанса не оставит.

– Атланты хотят покинуть этот мир, – прошептала тень, – хотя и не знают, что им этого свершить не суждено. Но в своих попытках достигнуть невозможного, они приведут этот мир к гибели. Не могу предугадать, хватит ли у Громовержца сил справиться с Посейдонисом, но это – единственный путь. Атланты должны исчезнуть… или же должна исчезнуть их магия.

– Зевс приказал мне проникнуть в Посейдонис…

– Он мудр, хотя мудрость эта во многом от случайности. Не думаю, что Зевс сумел почувствовать твой особый дар… Да, не удивляйся, ты одарен кое-чем более важным, чем владение магией. Атланты владеют даром подчинять себе души людей… и гиперборейцев тоже. Да, когда-то и я ощутил их силу – жаль, понял это слишком поздно. Но твой разум неподвластен магии атлантов, ты сумеешь сохранить свободу там, где утратил ее даже я.

Геракл слушал, не веря своим ушам. Кронос, сильнейший из гиперборейцев, быть может, даже более сильный, чем свергнувший его Зевс, признается в том, что проиграл магическую схватку с атлантами? Невероятно… хотя ведь ходили разговоры о том времени, когда атланты впервые появились в Олимпийской цитадели. Пусть тогда Геракла еще не было на свете, но ему довелось выслушать немало рассказов о делах минувших – и иные рассказчики говорили, что Кронос проявил тогда неслыханную щедрость.

– Только ты, и еще Хирон… вы сможете сопротивляться воздействию магии атлантов. Времени осталось не так уж и много, не более года. Никто из Высших Магов Гипербореи не должен приближаться к Посейдонису. Если Атланты пришлют послов, их следует изгнать немедля.

– Олимпийцев следует предупредить…

– Никто не поверит тебе, герой. Ищи доказательства в Атлантиде, и помни – стоит любому из Архонтов встретиться с олимпийцем – и Посейдонис получит верного раба, готового на все ради новых хозяев. Ненадолго, разум чистокровного гиперборейца справится с вторжением через несколько дней, я знаю… но и час может стать роковым.

Последние капли крови словно бы впитывались в каменное дно чаши. Голос Кроноса становился все тише, он теперь говорил быстро, глотая слова, торопясь успеть поведать гостю все что было нужно.

– Запомни, Геракл, те, кто поедут с тобой в Атлантиду… те, кто сойдут на берег и войдут в Посейдонис, не должны вернуться обратно в Гиперборею. Запомни, ни один из них. Да… тебе придется убить всех. Прости, это тяжкая ноша, но она вынужденно ляжет на твои плечи. А теперь иди… и… благодарю тебя… за дар…

Словно дуновение ветра всколыхнуло тяжелый воздух пещеры, и тень Кроноса исчезла. Геракл провел пальцем по совершенно сухому дну каменной чаши. Дар был испит до последней капли.

Он с трудом встал, вдруг ощутив, как ноют мышцы, словно не на прохладных камнях сидел, а карабкался вверх по крутому склону долгие часы. Поначалу каждый шаг давался с трудом, Геракл скрипел зубами, заставляя двигаться непослушные ноги – но постепенно тело вновь начало ему подчиняться, шаг стал легким и упругим, а факел словно бы разгорелся ярче, будто радуясь возвращению наверх, в мир живых.

Ветер исправно дул в нужном направлении, мачта прогибалась, потрескивала, но держалась. Это был один из лучших кораблей Гипербореи – Зевс настаивал на том, чтобы использовать для отправки посольства виману Аполлона, но Гераклу путем долгих убеждений и споров удалось заставить Громовержца отказаться от этой идеи. Разумеется, о беседе с отцом нынешнего Верховного Мага Геракл никому рассказывать не стал. И уж самому Зевсу – подавно. А потому он и не мог заявить, что вынужден будет перебить всех, кого злая судьба выберет ему в спутники. Столкнуться в бою с Аполлоном, пусть и не слишком умелым магом, Гераклу не хотелось… да и зла этому простодушному, чуть глуповатому и самовлюбленному гиперборейцу он не желал. В конце концов, Аполлон был не самым плохим из олимпийцев… вот если бы включить в состав посольства Афродиту – Геракл с немалым удовольствием послушал бы хруст ее позвонков.