Истинная для чудовища (СИ) - Александрия Роза

Я пришла домой, села на скамью возле кухонного стола и грустно вздохнула. Пирог уже был начат. В комнате стоял запах еды. Видимо, дедушка успел поужинать и уйти отдыхать, не дождавшись меня. Я решила, что и мне пора ложиться. Не притронувшись к еде, я помылась в лохани, нагретой за день под солнцем, переоделась в ночную рубашку и пошла спать. Беспокойные мысли отпугивали сон, кружась в голове безответными вопросами. Но все же усталость взяла свое, и я провалилась в сон.

Разбудил меня стук в окно, как будто птица, ударившись о стекло, опомнилась и упорхнула в ночь. Я открыла глаза и испуганно присмотрелась. Ничего не увидев, я поднялась и подошла к окну. В приоткрытые ставни лился свет месяца, и легкий ветерок развевал мои распущенные волосы. Я вспоминала, закрывала ли я ставни на ночь? Потянувшись к деревянной раме, я заметила движение прям под окном. Испуганно отскочив, я вскрикнула:

— Кто здесь?

Сердце забилось быстрее. Сотни мыслей пронеслись в голове, прежде чем я услышала голос:

— Кажется, ты искала меня, красавица? — Фавн с ухмылкой облокотился на подоконник, с интересом заглядывая в комнату. — Уютненько.

Он обвел помещение взглядом и остановил его на мне, внимательно рассматривая мои взлохмаченные волосы и длинную ночную рубашку. Лицо его приобрело серьезное выражение, отчего мне стало как-то не по себе, и я сложила руки на груди, прикрываясь.

Киро хмыкнул, развеселившись от моей реакции, и спросил:

— Ты так и пойдешь? В лесу прохладно.

— Куда пойду? В лес? Зачем? — спрашивала я, непонимающе уставившись на парня.

— А разве нужна причина, чтобы пообщаться с другом? — нахально оскалился фавн.

— Другом? Что ж, пойдем. — Если он думает, что я струшу, то пусть знает — не на ту напал!

Я набросила поверх платья шерстяной платок и, чтобы не будить деда хождениями по скрипучим полам, вылезла в окно. Киро подхватил меня и мягко опустил на землю. И только тогда я заметила, что он выглядит как человек — рога исчезли. Парень стоял в одних брюках и улыбался мне.

— Киро, но как? А где же… — Не успела я договорить, как фавн спросил:

— Где мои сногсшибательные рога? Так браконьеры отпилили. — Он как-то странно посмотрел на меня и серьезно спросил: — Ты правда не боишься?

Я лишь секунду помолчала, набирая в легкие воздух, чтобы ответить «нет!», а он, встретив мой упрямый взгляд, добавил:

— Что ж, тогда бежим!

Я не стала допытываться, почему он выглядит совсем иначе сегодня. Спрошу позже.

Киро взял меня за руку, и мы понеслись к лесу, чувствуя необычайную свободу, будто птицы, впервые увидевшие небо.

Глава 5

Я словно летела. Под моими босыми ногами приминалась прохладная трава и разлетались светлячки. В лесу царила сказка. Серебряный свет месяца отражался от листьев и утопал в еловой чаще. Сердце отбивало странный ритм. Густой туман застилал дорогу под ногами и холодил голые лодыжки под тонкой рубашкой.

Я совсем не устала, даже дыхание не сбилось, как будто все это было сном. Мы бежали, рассекая воздух, и когда рядом с нами показалась летящая птица, я поняла, что мы и вправду летим. Но мне было совсем не страшно. Скорее волнительно.

Мы остановились на поляне, где ночные сверчки пели колыбельные песни. Мы так далеко убежали от деревни, что, если Киро меня сейчас оставит, я в жизни не найду дорогу домой. Но я ему верила. Он не оставит.

Я огляделась и увидела дюжину зверей. Они даже не заметили нашего вторжения, будто бы мы часть их большой семьи. Мне же было до невозможного странно ощущать себя одной из них — если фавн здесь свой, то я чужачка. Уж что-что, а к ощущению того, что я лишняя, я давно привыкла. Киро заметил мою растерянность и, улыбнувшись, усадил меня на траву, сам же присел рядом, поджав под себя человеческие ноги.

— Не пугайся, ты для них своя. Они даже не заметят твоего присутствия.

Киро по-хозяйски улегся на мои колени головой и продолжил, глядя мне в глаза:

— Животные чувствуют душу человека, как и я. Ты отличаешься от других людей — в тебе нет агрессии, хоть ты и пытаешься показать обратное. Обычно у людей все происходит ровно наоборот. — Он отвел взгляд и замолчал.

— Всегда другая, — отрешенно проговорила я, — везде… А так хотелось бы быть частью чего-то, пусть даже плохого. Я устала от одиночества, — грустно сказала я, не подумав.

И кто меня тянул за язык? Сама же говорила, что жалуются лишь слабаки. Но рядом с Киро мне не нужно быть сильной. С ним было так легко, как будто я знала его всю жизнь. Захотелось узнать о нем больше, ведь кроме имени я ничего не знаю.

— Киро, а расскажи о себе.

Мои слова застали парня врасплох. Он поднял брови и удивленно ответил:

— Я фавн, что обо мне еще можно сказать? Живу в лесу, охраняю животных, помогаю природе.

— И ты всю жизнь был фавном? А откуда ты появился? — Вопросов было море, но я не была уверена, что Киро на них ответит.

— А что ты знаешь о фавнах? — Киро внимательно посмотрел на меня, но я только покачала головой:

— Ничего…

— Странно, что ты ничего о нас не слышала. Обычно дети впитывают с материнским молоком страх к таким, как мы, и ненависть, — неторопливо проговорил он, а заметив мой грустный взгляд, быстро добавил: — Я помню, что ты сирота. Это очень грустно, когда нет защиты от родных людей. Зато ты научилась быть сильной.

Мы немного помолчали. Я обдумывала его слова.

Взгляд фавна потеплел, и он прошептал:

— И раз ты осмелилась мне доверять, то теперь именно я буду тебя защищать. Ведь ты еще в первую нашу встречу не убежала с дикими воплями, не попыталась меня убить. Значит, я отвечу тебе тем же.

Я, кажется, покраснела. От его слов стало так тепло внутри, что я, прерывисто вздохнув, отвела взгляд от гипнотических зеленых глаз. Сейчас Киро выглядел как обычный парень, очень красивый и добрый, да еще и защиту предлагает. У меня не оставалось сил противостоять его притяжению. Пришлось отвернуться, чтобы прийти в себя.

— Так кто же такие фавны? — Я задала свой вопрос в надежде отвлечься.

— Мы боги, Амедеа, существа охраняющие луга, леса и животных.

Он заметил мое смущение, но, скорее всего, подумал, что это связано с его словами, а не с реакцией на его присутствие.

Не отводя взгляда, он продолжил:

— Я могу напустить чары на тех, кто хочет причинить вред мне или моим друзьям. Могу сделать так, что человек сойдет с ума, преследуемый кошмарами, которые я наслал на него.

Я резко охнула:

— Так вот что ты сделал с Джорджем? Наслал на него видения? — Мой тон был, мягко говоря, не сильно грустным. Скорее, любопытным и с долей черной радости. — И что же он видит? — Я уставилась на Фавна, заинтересованная его рассказом.

— А, так вы уже встретились? — Фавн ухмыльнулся. — Что ж, я сделал так, что он видит то, как ты его убиваешь. Каждый раз разным способом. Он теперь тебя боится. — И заметив мою улыбку, он извиняющимся тоном произнес: — Но если я не перестану, то скоро парень прекратит спать и может потерять рассудок.

Я ахнула. Да, этого я точно не хотела бы. Фавн лишь покачал головой и тепло улыбнулся:

— Я же обещал не причинять ему вред. Лишь проучил наглеца. Его кошмары выскользнули наружу, и теперь он трясется от одного лишь твоего имени. Но скоро они перестанут его донимать, не переживай. — Фавн скривился на последней фразе так, как будто съел лимон.

— Спасибо тебе. За все, что ты делаешь. Ты единственный, кто меня поддержал. Но расскажи, почему ты сейчас выглядишь как человек?

— А ты еще не догадалась? Мы во сне. В твоих грезах. Я могу прийти кошмаром, а могу вот так. — Фавн помрачнел и тихо добавил: — Мне кажется, когда-то я был человеком и выглядел именно так, как сейчас. Поэтому мне близок этот вид.

Он замолчал, задумавшись, а вопросов с каждым его ответом в моей голове становилось все больше.

— Ты не родился фавном, а стал им? — спросила я. — Как такое возможно?