Флирт и ревность - Джейн Донелли

— Работаю.

— Что? Вы еще не в том состоянии, чтобы передвигать тяжелые ящики.

— Я пишу.

— На складе у Джорджа?

— В спальне Нелли, — поправил он.

— Это было триста лет тому назад, а скорее всего, этого вообще не было.

— Конечно, было. — Он печально оглядел ее. — Вы живете здесь уже три месяца, спите в нескольких ярдах от этого места и еще говорите мне, будто не верите в то, что здесь была Нелл Гвин. Здесь все дышит атмосферой тех лет.

Сайан прошла под арку, увидела ящики и полки с товарами, которые скоро могли понадобиться в магазине, а также вещи, отложенные до следующего сезона: зимнюю одежду, игрушки, хлопушки и елочные украшения. В комнате не осталось и намека на те события, которые происходили здесь когда-то, если вы только сами не вызвали из своего воображения широкую кровать под балдахином, темные дубовые лари и шкафы, ковры на полу и пылающие свечи. Тогда можно было увидеть Нелл, с белыми плечами и знаменитой копной распущенных ярко-рыжих волос.

— Наверное, ничего этого не было, — вздохнула Сайан, — но я всегда надеялась, что было.

— Уже лучше. — В голосе Барни звучало одобрение. — Продолжайте в том же духе, и вы не успеете оглянуться, как поверите в эту историю.

В углу Сайан заметила печатную машинку и магнитофон.

— Так вы действительно здесь работаете, — с изумлением проговорила она. — Но почему, здесь ведь так неудобно?

— Когда я только начинал писать, отец Джорджа отдал мне эту комнату. Никто, кроме Джорджа и его родителей, не знал, что я здесь. — Он бросил на нее хищный косой взгляд. — Нелл Гвин была моей первой вдохновительницей.

— Легко могу в это поверить, — сказала Сайан. — Вам звонила девушка, ее зовут Натали. Ваша теперешняя вдохновительница?

— Временами — да, но на свой манер я все еще верен Нелл.

Все это было очень хорошо, но Сайан вовсе не хотелось, чтобы он писал сценарий в комнате, которая была продолжением ее спальни.

— Мы могли бы заложить проем ящиками, — любезно предложил Барни.

Если бы я имела право голоса, подумала Сайан, то вообще запретила бы ему здесь работать. Барни словно прочитал ее мысли:

— Мне нужны деньги, а значит, нужно работать, а это место кажется мне очень удачным, потому что здесь меня никто не отвлекает.

— Тихая, спокойная заводь! — воскликнула Сайан. — Так Лэнгли и сказал. Он очень забеспокоился, когда вы собрались сюда приехать, потому что считал, что вы, должно быть, совершенно на мели. Вы действительно на мели?

— Конечно, — возмущенно ответил Барни. — Я всегда сажусь на мель, когда перестаю шумно кутить и вообще веселиться.

Вдруг послышались легкие шаги хозяйки, бегом поднимающейся по деревянной лестнице. Фиона пролетела через открытую дверь спальни и замерла на месте, увидев Барни с Сайан в пролете арки комнаты Нелли.

— Я так и подумала, что ты проскочила мимо меня, — сказала Фиона. — Я хотела перехватить тебя, прежде чем ты сюда поднимешься.

— Да, ты знаешь, это было бы неплохо, — ответила Сайан. — Я начала уже было раздеваться, чтобы принять ванну.

Фиона хлопнула себя ладошкой по рту:

— Боже мой! И как далеко ты зашла?

— Успела расстегнуть только три пуговицы…

— Я подал голос, как истинный джентльмен, — с достоинством заявил Барни.

— Не может быть! — Фиона отступила на шаг в театральном изумлении. — Джордж никогда в это не поверит. Ты теперь предстанешь в глазах Джорджа совершенно в новом свете.

— Доктор сказал, что мне нельзя волноваться, — вздохнул Барни. — Полный покой. Напомни, пожалуйста, Джорджу, что я теперь инвалид. И передай ему: Сайан пригрозила, что, если я еще раз выскочу откуда-нибудь, как чертик из табакерки, она за себя не ручается и может нечаянно отвесить мне тумака. При моем состоянии здоровья один хороший удар может меня запросто прикончить.

— Вас никакой, даже очень хороший удар не прикончит, — сказала Сайан. — Эмили говорит, что, если вас сбросить вниз со скалы, вы все равно удачно приземлитесь.

Фиона согласно закивала.

— Очень мило! — сказал Барни. — Вот истинное сочувствие к человеку, которому прописали меньше работать и больше отдыхать в ближайшие шесть месяцев.

— Шесть месяцев? — вздрогнула Сайан.

Он пожал плечами:

— Ну… шесть… три… какая разница? Месяц туда, сюда — какой может быть счет между друзьями?

— Если такой друг намерен работать почти у меня в спальне, то, пожалуй, на этом стоит остановиться подробнее.

Он, конечно, не собирался работать прямо у нее в спальне, и на самом деле они просто дурачились. Сайан даже и не льстила себе надеждой, что ей грозит какая-нибудь опасность со стороны Барни Холлиза.

— Не выгоняйте меня из комнаты Нелли, пожалуйста, — взмолился он. — Я буду приходить сюда днем, пока вы на работе. Как только вы войдете в одну дверь, я тут же выйду в другую.

Сайан тут же представила себе, как она облокачивается на его пишущую машинку и говорит: «Все вон, я пришла домой». И вообще, это была комната Джорджа с Фионой и они могли делать с ней все, что угодно. Но Фиона все же очень деликатно и вполне серьезно обратилась к Сайан:

— Ты не против?

— Конечно нет, — вздохнула Сайан, и они оба — и Фиона, и Барни — явно почувствовали облегчение, как будто ее слово здесь было решающим.

— Спасибо, — сказал Барни.

— Я сегодня же вечером повешу здесь занавеску, — заявила Фиона.

— Дай мне ткань, — попросила Сайан. — Я сама все сделаю. Надеюсь, Нелли по-прежнему будет давать вам вдохновение, — сказала она Барни.

— Не сомневаюсь, — ответил он. — Такую женщину, как она, я ищу всю жизнь.

Сайан пошла с Фионой вниз. Ванну можно принять позже, а сейчас, подумала она, лучше выпить чаю. Пока Сайан резала хлеб, они болтали о Барни Холлизе. Фиона знала, что раньше он всегда приходил в ту комнату, где сейчас был склад.

— Я не думала, что он снова захочет там работать. Но, как бы то ни было, Джордж согласился, так что, надеюсь, Барни тебе не будет мешать. Днем ведь тебя не бывает, а он всегда работает в дневные часы.

Сайан намазала хлеб толстым слоем масла и сказала:

— Ты действительно считаешь, что мне нечего бояться Барни, ну, ты меня понимаешь?

— Да ты что, конечно нет! — ответила Фиона. Она сказала это так уверенно, что Сайан с трудом скрыла улыбку. Все-таки это было бестактно: Фиона даже представить не могла, что Сайан удастся отвлечь Барни от его писательских трудов.

Она вспомнила Натали, ее чистый уверенный голос по телефону, — девушка, привыкшая к тому, чтобы ее слушали. А он даже не потрудился перезвонить ей.