Девять поводов влюбиться - Сола Рэйн

морщинистую кожу, напоминающую кору старого дерева, в ее глазах все еще горят озорные огоньки.

– Позавчера мы были на ярмарке, и Сэм сфотографировала меня с самой большой тыквой в Северной Каролине. Эта оранжевая хреновина оказалась и впрямь огромной. Хочешь посмотреть фотографии?

Я выдавливаю улыбку.

– Как-нибудь в другой раз, лапуля.

Когда мне стукнет сто восемь.

– Последние слова перед казнью? – спрашивает мистер Керри, расставляя шахматные фигуры на исходные позиции.

– Я квотербек, – с гордостью заявляю я. – Стратегические действия, спланированные на десятки ходов вперед, – это то, в чем мне нет равных.

– Да я уже в штаны наделал, – кривляется старик, и по комнате прокатываются смешки.

После третьей проигранной партии я с позором сбегаю из комнаты отдыха и отправляюсь на поиски Саманты. Ничуть не удивляюсь, когда нахожу ее в библиотеке на втором этаже. Уолси складывает книги в тележку, сверяя их названия со списком, который держит в руке.

– Поддался старику, чтобы он не выглядел аутсайдером в глазах местных цыпочек.

– Какое же ты трепло, Чемберс.

Я смеюсь, когда она морщит нос. Взгляд Уолси на мгновение перемещается к моим губам, и притяжение вспыхивает между нами как ток. Ее зрачки расширяются, как будто она тоже это чувствует. Я поднимаю руку, касаюсь ладонью ее лица и провожу подушечкой большого пальца по мягким губам. Таким чертовски манящим…

– Джесси. – Я слышу ее учащенное дыхание, когда Сэмми отстраняется, чтобы сердито посмотреть на меня. – Зачем ты делаешь это?

– Делаю что?

– Флиртуешь со мной.

– А почему бы и нет?

– Потому что.

– Понял. Это слишком серьезный аргумент, чтобы продолжить.

Сэмми закатывает глаза, но я замечаю на ее щеках слабый румянец.

Стоять рядом с Уолси, держа свои руки при себе, – все равно что бороться с магнитом, а учитывая мою природную нетерпеливость, просто чудо, что я до сих пор не набросился на нее. Еще ни одна девчонка не вызывала у меня подобных эмоций. Это похоже на то, как если я хочу встряхнуть ее и вместе с тем поцеловать.

– Мне нравится твой южный говор.

– Я из южной Луизианы, – пожимает она плечами, заправляя за ухо выбившуюся прядь волос. – Странные законы, болота, аллигаторы, служба в церкви по воскресеньям…

– Сэм, милая, – слышу грубый голос у себя за спиной. Оборачиваюсь и вижу темнокожую женщину в медицинском халате, стоящую в дверях библиотеки. – Мне нужна твоя помощь.

– Уже иду, – отвечает Саманта, разворачивая нагруженную тележку в сторону выхода, и обращается ко мне: – Ты тоже займись делом.

– Брось, Сэмми… – Я с трудом сдерживаю жалобный стон. – Эта грязная работенка не для меня. Ты знаешь, как футболисты дорожат своими руками?

– Тебе нужна моя подпись или нет?

– Знаешь, даже странно, что ты фанатка «Сверхъестественного», ведь на таких, как ты, Винчестеры обычно открывают охоту.

Уолси нахально улыбается и уходит, оставляя меня смотреть, как ее самодовольная задница раскачивается из стороны в сторону.

Пятнадцать минут спустя в техническую комнату, где я, сгорбившись, стою над раковиной, оттирая очередное корыто от дерьма, входит симпатичная молоденькая медсестричка, толкая перед собой тележку с медикаментами.

– Что ты делаешь? – удивленно спрашивает она. – Волонтеры не моют судна, парень. Вообще-то, их не моют даже сиделки. Потому что для этого у нас есть специальная посудомоечная машина.

Я застываю на месте.

Мне требуется секунда, чтобы осмыслить ее слова.

– Твою мать… – Я стягиваю оранжевые резиновые перчатки и бросаю их в раковину, используя каждую унцию самоконтроля, которая у меня есть, чтобы не взорваться от гнева.

Я слышу, как девчонка смеется. Смеется над моим унижением. И этот смех гремит в моей голове, даже когда я оказываюсь на улице.

– Джесси! – Ко мне бежит Уолси.

– Да пошла ты! – со злостью выплевываю я, надевая шлем, завожу мотор и, сорвавшись с места, направляюсь подальше отсюда.

Глава 5

Брак Эммы Стоун под угрозой

Джесси

Тихий стук заставляет меня приподнять голову. Захлопываю ноутбук, отбрасываю его в сторону и одергиваю футболку, гадая, кого там принесло. Вскочив с кровати, открываю дверь и на мгновение теряю дар речи, когда вижу стоящую на пороге Сэм.

Она похожа на ангела: длинные волосы распущены, капли дождя усеивают сливочные локоны, ниспадающие каскадом на плечи, и стекают по гладким, порозовевшим от холода щекам, на лице ни капли макияжа. В руках большая картонная коробка с надписью «Пицца», от которой исходит потрясающий аромат.

– Как ты смотришь на то, чтобы начать наше знакомство с чистого листа? – Слабая улыбка приподнимает уголки ее губ, и все мои претензии, гнев и обиды сдуваются, как воздушный шарик, когда я замечаю в ее глазах слезы. – Привет, меня зовут Саманта Уолси. Я стипендиатка, волонтер и комнатное растение, которому не хватает смелости, обаяния и социальных навыков, чтобы завести друзей.

Я отнимаю у нее пиццу, швыряю коробку на кровать и протягиваю Сэм руку:

– Привет, я Джесси Чемберс. Дар божий и все такое.

Ее улыбка становится шире. Смахнув слезы, Сэмми мягко пожимает мне руку, и по моей коже пробегают мурашки удовольствия. Непривычно, но так чертовски приятно видеть ее такой эмоционально открытой – ведь это может значить лишь то, что я нравлюсь ей. Определенно. И, дьявол, как же она нравится мне!

Жестом приглашаю ее в комнату и пинком закрываю за нами дверь.

– Какая у тебя специальность, Саманта? – решаю продолжить нашу игру.

– Социальная работа.

– Компьютерные науки.

– Я в курсе, – фыркает она, а затем начинает смеяться, и я чувствую, как по телу разливается приятное тепло. – То есть рада узнать тебя получше, Джесси. Кстати, можешь звать меня просто Сэм. Или Сэмми, если тебе так больше нравится.

– У тебя очень красивые волосы, Сэмми.

– Э-э… Спасибо. – Смущенно переминаясь с ноги на ногу, Уолси оглядывает нашу с Коди комнату, прежде чем ее взгляд останавливается на моей кровати. Она подходит к ней, слегка приподнимает покрывало и проводит пальцем по краю простыни. – Так вот какой цвет бедра испуганной нимфы.

Мы оба смеемся, пока я достаю из ящика комода чистое полотенце и протягиваю его Сэм, чтобы она могла вытереть промокшие волосы и лицо.

– Моя мама – колорист. Когда я был помладше, мы с ней часто разучивали всякие названия тонов и оттенков, в том числе и смешные.

– Понятно.

Я сажусь на кровать и приглашающе похлопываю по месту рядом с собой. Светлые брови хмурятся в замешательстве, но когда Сэмми все же принимает приглашение, мои мысли меняют свое направление.

– Какой сезон «Сверхов» твой любимый? – спрашиваю я, набирая сообщение Коди, который повез Ки-Ки к ветеринару