Тьма Господня - Сергей Юрьевич Катканов

в чем смысл моих выводов? На мой взгляд, правда самоценна. Понимание исторической правды важно само по себе, независимо от того, кому это выгодно или не выгодно, у кого это вызывает дискомфорт, а кому доставляет удовольствие. Я хочу жить в реальном мире, а не в выдуманном. Если историческая правда о моем народе меня травмирует, я не откажусь от правды, я буду учиться с нею жить. Жить с правдой всегда возможно, хотя это и требует усилий. Но чтобы обманывать себя и окружающих тоже надо потрудиться. Решайте сами, к чему вы готовы прилагать усилия, а я свой выбор сделал.

Нельзя строить национальное самосознание на глобальной лжи. Это очень неустойчивая конструкция. И нельзя верить только в то, что тешит национальную гордыню. Путь подобного «патриотизма» — это путь духовного разложения. Так что вообще-то не о пустяках речь.

Этот вопрос актуален для меня и в связи с русской историей. Когда наши законодатели вводят уголовную ответственность за «фальсификацию истории», я не знаю, чего тут больше — глупости или подлости. Ведь это по сути запрет на изучение истории, запрет на поиск исторической правды, запрет думать своей головой. Вроде бы красиво звучит: «Мы должны всеми силами противостоять попыткам фальсифицировать историю». А что получается на деле? Сначала историю полностью фальсифицируют, а потом объявляют фальсификацией любую попытку сказать правду.

История советского периода, к примеру, строится на тотальной, кромешной, беспросветной лжи. Вдруг кто-то подает голосок: «На самом деле всё было не так». И в отношении него тут же начинается уголовное преследование.

Есть официальная версия истории. Любое противоречие официальной версии уже можно считать фальсификацией. Но прежде, чем пылать праведным гневом, надо сначала быть уверенным, что в официальной версии — только правда и ни чего, кроме правды. А вот как раз это ни кого и не волнует. Официальная версия, как правило, состоит из политически выгодных фактов, а порою и далеко не фактов, лишь бы это было выгодно и удобно. Но правда порою совершенно неудобна, поэтому правду объявляют фальсификацией.

Бывает, конечно, что наше государство нам врёт, исходя из своих интересов, но и оппозиция тоже врет, исходя из интересов врагов нашего государства. То есть «фальсификация истории» и правда может быть фальсификацией. Но ни кого ведь не волнует, ты ищешь истину, или просто работаешь на врагов. А меня волнует.

Меня очень легко обвинить в «фальсификации абхазской истории». Но что если вместо этого попытаться опровергнуть мои выводы? С фактами, с аргументами, с доказательствами. Вот тогда будет интересно.

Островский и Солженицын

Недавно слышал по радио дискуссию о том, надо ли включать в школьную программу по литературе «Архипелаг ГУЛАГ». И вот один бледно-розовый интеллигент выдал мнение, что ни к чему детям изучать эту книжку, ведь там совсем нет положительных примеров, один сплошной негатив. Депрессивная книженция, одним словом. Чему она может детей научить? А вот нужен в школьной программе роман «Как закалялась сталь». Там бескорыстное служение высоким идеалам, там пафос преодоления трудностей, там жертвенность. Очень духоподъёмная вещь.

Бесстыдство и запредельный цинизм нашей «патриотической» интеллигенции воистину не знают ни каких пределов. Ведь этот человек по сути сказал, что нашим детям правда не будет полезна, их гораздо лучше воспитывать на лжи. Сам-то он, конечно, знает, что роман «Как заклялась сталь» — книга лживая, а «Архипелаг ГУЛАГ» — книга правдивая. Он, судя по всему, считает, что детям надо давать позитивные примеры для подражания, а не акцентировать их внимание на трагических моментах советской истории. Где правда, где ложь, это не важно, в конечном итоге, у каждого своя правда.

Если дать этим людям волю, они будут воспитывать детей только на лжи. Ведь правда всегда одна, и она чаще всего неудобна, а ложь может быть какой угодно, из неё можно слепить максимально удобный образ реальности. Страшно представить, что наши дети будут расти в условиях такой вот постправды.

Я не выношу своих суждений о том, каким человеком был Николай Островский, в конечном итоге это тайна человеческой души. Могу допустить, что он был очень искренним, субъективно честным человеком, который принес себя в жертву ради светлого будущего. Хотя, если вспомнить о запредельных красноармейских зверствах, далеко оставляющих позади последующие деяния СС, так трудно представить себе, что хоть один красноармеец был искренним и честным человеком. Но, предположим, Николай Островский на гражданской войне ни чего плохого не делал, а того, что вытворяют его сослуживцы в упор не видел. Вот только объективно он воевал за ГУЛАГ. Победа таких, как он, в конечном итоге привела к тому, что вся страна покрылась сетью лагерей, где нечеловеческим страданиям подвергались ни в чем не повинные люди.

Если уж быть до конца честным, то эти книги надо читать одну за другой: вот книга о красных героях, а вот книга о том, к каким последствиям привела их победа.

Но ведь Павка Корчагин ни в чем не виноват, это действительно возвышенный образ благородного человека, независимо от того, что создатель этого образа мог быть лютым зверем. А вы думаете трудно было написать роман о честном и благородном эсэсовце, который ни каких зверств не совершал и при этом искренне верил, что сражается за правое дело. Кстати, жертвенности эсэсовцам было и правда не занимать. Если бы нацисты победили, такие романы появились бы во множестве. Но если вы напишете такой роман сейчас, вас за это посадят в тюрьму, какой бы духоподъемной не оказалась ваша книга. При этом книгу о героизме большевиков, которые были достойными предшественниками и конкурентами нацистов в смысле зверства и садизма, предлагают вернуть в школьную программу. Вот такое у нас отношение к исторической правде.

Спросите у любого человека, что лучше: говорить правду или врать? Каждый ведь ответит, что говорить правду хорошо, а врать плохо. Мы ведь так и детей учим: врать нельзя. Но сами мы врем своим детям сознательно, целенаправленно, на государственном уровне. Давайте уж тогда говорить нашим детям: «Вы не должны нам врать, а мы будем врать вам. Подрастите сначала, тогда и будете врать, а пока вам рано». Но киндеры быстро смекнут, что если врать — это прерогатива взрослого человека, то пора уже начинать. Чем больше врешь, тем взрослее выглядишь.

Вы дождётесь, что ребенок сначала вам наврет о том, где ночевал или откуда у него появились деньги, а потом скажет: «Правда у каждого своя. Объективной правды не существует. Что мне выгодно говорить, то и правда».

Сейчас