Газета Завтра 923 (30 2011) - Газета Завтра Газета

Тем не менее, немцам удалось реализовать совершенно уникальный на тот момент времени приём — они действительно напали внезапно.

Как до этого начинались войны? Сперва идёт обмен дипломатическими нотами, некий период напряжённости, в течение которого обе стороны стягивают войска к границе. Немцы, как мы уже говорили, соблюдали на дипломатическом фронте гробовое молчание. Вообще-то, тогда все знали о склонности Гитлера к авантюрам, но никто из мировых лидеров, включая, безусловно, и Сталина, не мог предположить, что Гитлер решится на политическое самоубийство путём внезапного, подлого и вероломного военного нападения на СССР, без какой-либо дипломатической подготовки и мотивировки агрессии.

Александр Дюков. Когда мы сечас говорим о событиях 1939-го года, о событиях 1941-го года — то есть через семьдесят лет, мы находимся в ситуации, когда мы знаем, что произойдёт. Мы знаем, что будет такая вот последовательность событий: в 1939 году завершатся ничем англо-франко-советский переговоры, после чего будет заключён советско-германский договор, после чего Германия нападёт на Польшу и так далее. Нам всё это известно.

Если же мы становимся на точку зрения человека, который принимает решения в то время, в 1941 году, мы видим не единую линию движения, а веер возможностей.

Какая из этих возможностей сбудется — мы не знаем, в отличие от нас сегодняшних. Мы можем только предполагать, что, возможно, так пойдут события или этак, — как мы, сегодняшние, например, совершенно не знаем что нас ждёт в 2012 году.

Какие варианты были в 1941 году?

По отдельным сообщениям разведки, исходя из опыта который был, ясно, что одним из рассматривавшихся в Кремле вариантов был и шантаж со стороны Берлина. Например всё могло восприниматься как попытка отторгнуть часть Украины или часть Прибалтики — как это, например, было сделано с Судетами. То есть, аннексия территории без введения боевых действий. Или, может, полувоенным путём — с инициацией каких-то там восстаний. То есть варианты того, в чём Гитлер был мастером своего дела.

Несомненно, рассматривались и варианты войны. И наверняка почти все эти варианты предусматривали некий предвоенный период, подготовку к ведению боевых действий, дипломатические ноты, выдвижение каких-то претензий.

Что в апреле-мае 1941 года точно знают в Кремле?

Во-первых: какие-то немецкие войска вроде как где-то сосредотачиваются. Сколько их, для чего они сосредотачиваются — разведка не выявила. Вернее, она выявила некий объём войск, но не скорость, с которой эта группировка развёртывается и пополняется свежими частями, техникой и так далее

Во-вторых: хорошо видно, что и на Западной Украине, и в Прибалтике зашевелились всякие бандеровцы и лесные братья. Дело доходит то того, что агентурными способами перехватываются планы восстаний — например, в Литве был перехвачен план восстания, назначенного на май 1941 года.

На Украине такой детальный план восстания был перехвачен НКВД в начале июня.

То есть существовал фактор самой что ни на есть "пятой колонны", и именно поэтому в апреле-мае было принято решение о масштабной депортации по всей приграничной территории — от Балтийского до Чёрного моря.

А.Б. Кстати, это ещё одно свидетельство того, что Сталин и советское правительство знали и понимали, что война будет и уже начинали к ней готовиться.

А.Д. Знали. Но не знали ещё, какую форму примет эта война, к чему готовиться. То, что какие-то предварительные подготовительные мероприятия делались, — это безусловно. И странно было бы, если бы этих подготовительных мероприятий не было.

А.Б. Необходимо прямо сейчас подвести некую черту и снять со Сталина основное обвинение ревизионистов: Сталин слепо верил в пакт 1939 года, безоговорочно доверял Гитлеру, и нападение Германии на СССР 22 июня 1941 года оказалось для него полнейшей неожиданностью. Всё это ложь. Сталин и правительство СССР знали о надвигающейся опасности войны с гитлеровской Германией и сделали всё возможное для отражения этой угрозы.

А.Д. Да, всё так, но по состоянию на середину июня 1941 года Сталин не знал характера надвигающейся конфронтации с Германией, что это будет: военный шантаж, поддержка рейхом мятеж-войны сепаратистов, или же прямое военное столкновение. Поэтому он находился в ситуации, когда веер возможностей был крайне велик и сделать единственно верный выбор просто не представлялось возможным.

"Завтра". Ещё совсем недавно казалось, что государственные мужи осознали катастрофический вред, который приносят манипуляции с историей.

Нынешняя попытка массовой десталинизации сознания вызывающе неумела и безграмотна, но, тем не менее, государство вот-вот может объявить этот балаган своей официальной позицией.

Что вы думаете об этом?

А.Б. Вообще-то, если подразумевать под десталинизаций реальное движение от тоталитаризма к демократии, то я только за. Иосиф Виссарионович жил и работал в такое время, когда невозможно было обойтись без подобных методов управления, однако сейчас у нас совершенно другое общество

Но нам нужна в первую очередь десталинизация тоталитарного мышления некоторой категории граждан, которые считают, что с историей нашей родины можно делать что угодно, сообразуясь с текущими политическими веяниями.

Нельзя проводить десталинизацию сталинскими методами — например, просто взять и директивно назначить Сталина плохим.

Против такой десталинизации, проводимой псевдосталинскими методами, я, как историк и сталинист, решительно возражаю.

А.Д. Что представляет собой нынешняя кампания по десталинизации?

На самом деле было бы достаточно большим упрощением считать, что тот проект, который предоставили широкой публике Караганов и Федотов — это то, что им заказали в Кремле или на Старой площади.

Что имело место быть? Имело место быть стечение нескольких вполне объективных факторов.

Во-первых. У нас есть Совет по правам человека при президенте РФ. Я понимаю так, что поскольку у нас в парламенте нет либеральных партий, они были в парламент не допущены, в качестве определённой моральной компенсации представителям праволиберального крыла был выдан в пользование этот Совет при президенте, государственная организация.

Далее происходит трагедия в Смоленске — и, как ни странно, разрядка в отношениях между Россией и Польшей.

У кого-то в Кремле возникает мысль — а может, если мы что-то ещё признаем или осудим, то, может, ещё с кем отношения улучшатся? Мысль сама по себе не опасная, дипломатическая, допускающая простор для толкований.

Резюмируем: власть хотела сделать несколько внешнеполитических шагов, чтобы немножко улучшить свой имидж, но поручила разработку этих шагов Совету по правам человека при президенте, где, как мы уже знаем, засели сами знаете кто. В результате из семи экспертов со стороны, пятеро экспертов приглашены из "Мемориала".

Другими словами, перед нами классический случай "хотели как лучше, а получилось как всегда". Хотелось дипломатии — а получилась вакханалия.

Подготовил Сергей Загатин

Если Вам необходима персонализация пластиковых карт в Москве , то компания «RealCard» - это то, что Вам нужно.

Олег Щукин -- Мегамашина

Как обычно, более-менее внятная информация об очередном, 58-м по счёту, ежегодном заседании Бильдербергского клуба, которое состоялось 9-12 июня в швейцарском городке Сент-Мориц, поступает со значительным опозданием. "Наднациональная верховная власть интеллектуальной элиты и банкиров мира", как некогда определил суть "Бильдерберга" один из его "отцов-основателей", ныне 96-летний Дэвид Рокфеллер, не случайно считается одним из важнейших управляющих институтов современного мира, задающим основные направления и пути жизни всего человечества.

Нынешний Бильдерберг-2011 был отмечен прежде всего ощутимым усилением китайского присутствия — едва ли не впервые в его работе приняли участие представители КНР: заместитель министра иностранных дел Фу Ин и профессор-экономист Пекинского университета Жуань Юпин. Важный, хотя и не ключевой, пост главы Управляющего комитета (Steering Committee) Бильдербергского клуба перешёл к председателю Deutsche Bank Йозефу Аккерману.

Высказывается предположение, что эти знаковые перемены были обусловлены прежде всего ведущей ролью Германии и Китая в предстоящем спасении "зоны евро", которая находится под угрозой распада в связи с многомиллиардными государственными долгами таких стран, как Испания, Италия, Ирландия, Греция и Португалия. Последующее решение Евросоюза и МВФ о выделении необходимых объёмов финансовой помощи всем "проблемным" членам ЕС вполне соответствует этому предположению.