И малые звезды могут светить ярко - Римма Петровна Гашицкая

а какой хлеб пекли в местной пекарне, белый, ноздристый, я такого больше никогда не ела. Посуду приходилось мыть прямо в реке. Часто по реке плыли змеи-стрелки, но боялись мы больше не их и даже не скорпионов, а фаланг, говорили, что они высоко и далеко могли прыгать

На ночь под нашу кровать забиралась хозяйская собака, выгнать ее было невозможно, видимо это было ее родное место.

Семья объезчика жила не далеко на горе с необычным плато. Там было все сады, огороды пчелы всякие постройки. Они спускались в поселок за хлебом, а дети в школу. Мы очень боялись его не людимый, строгий. был даже в сай, что примыкал к их горе не ходили за алчой.

В нашем понимании это были помещики.

Школы в поселке еще не было и меня отправили в Янги-Юль в 5-й класс. Школа была приличной, там начинала учить английский язык он мне очень нравился. Один раз на физкультуре удалось прокатиться на лыжах с горки. Ощущала себя прямо-таки классным спортсменом. Учитель географии Фаттых Ильясович выводил нас за речку на холмы рассказывал историю города приучал видеть и понимать природу. Позже я в своей работе тоже практиковала такие походы с детьми.

Дружила с одной девочкой Кащеевой Людой как- то она пригласила меня домой, и угощала мармеладом он был в тарелке, как холодец оказывается мать работала на конфетной фабрике и приносила домой этот полуфабрикат. Мне казалось вот счастливица! Каждый день может есть мармелад.

Через нашу Нахаловку протекала река довольно мутная и широкая, но мы часто купались там, выскакивали когда с мясокомбината сбрасывали в нее всякие отходы. Река протекала через весь город и что в нее еще сбрасывали неизвестно. Знаю, что узбеки всегда почтительно, бережно относились к воде, уважая тех, кто мог оказаться ниже по течению.

7-я партия

Шестой класс я уже заканчивала в 7-й партии Запомнился одноклассник Никулин Слава. Здоровый, добродушный с определенным юмором. Его поговорки: «зурно как трахтур, пендикуляр, сентяп, тяп тяп май.» забавляли нас. На переменах выкручивал нам руки, но зато потом мне никто из ребят не мог их скрутить Играли в казаков разбойников бегая по горам без тропинок. Особенно приятно было спускаться по насыпи прыжками сбегая вниз. Знали где растет желтая и красная боярка, барбарис, алча, ежевика, дикая вишня, кисличка.

Из алчи мама готовила пастилу. Сворачивали ее потом в рулоны и по надобности отрывали от него куски.

Из Ташкента приезжали бездетные знакомые просили, чтоб им отдали Наташу, но мама сказала вместе как-нибудь переживем свою бедность.

Маму положили в больницу в Ташкент на операцию по удалению камня в почке. К тому времени мы жили в небольшом домике прямо у реки. Я с шестилетнем братом спала на родительской кровати и проснулись оттого, что под боком ощутили какой- то холод. Оказалось, что во время весеннего дождя часть стены, если можно было назвать просто срез горы, съехала с глиной, прямо на нас, на кровать. Остаток ночи переночевали у соседей утром пришел с работы отец. Все отмыли, просушили выкопали под кроватью ямку и периодически удаляли из нее воду. Пол был покрыт толью.

Я решила проведать маму, 15 км на самосвале с рудой до Ахан – Гарана, затем опять на попутной 60 км до Ташкента. Больницу нашла по принципу «язык до Киева доведет». Там же работала тетя Таня она все-таки выучилась на врача. Операцию делал старенький, старенький профессор и сказал, чтоб больше она не попадала к ним, а для этого надо пить хмельную воду, то есть заваривать хмель в графин и пить как только появится потребность и еще он сказал, что причиной нарушения обмена веществ в организме может быть какой- либо сильный стресс и тут мама вспомнила, что давно, когда они жили на конном дворе за ней гналась разъяренная корова, мама спряталась за стог сена. Корова яростно начала разносить этот стог, но в какой-то момент мама бросилась бежать в сторону своего двора, успела захлопнуть ворота и корова рогами с силой ударила их рогама. На время болезни мамы Наташу оставили у бабушки, она сильно заболела думали не выживет, но потом бабушка сказала будет жить, потому что с ней рядом ложилось кошка, К потенциальному покойнику кошка не подойдет. Мама с Наташей вскоре вернулись домой.

Старшая сестра к тому времени училась в Самарканде. В один из ее проездов я встречала ее на разъезде в Янги-Юле и передала подарок для Наташи, маленького кукленка в ванночке. Деньги нашла на дороге по пути в гости к тете в совхоз. Это уже намного позже я прочла, что восточные народы таким образом лечат больные ноги. Заговаривают мелочь и выбрасывают на перекресток дороги, так я почти всю жизнь мучилась с ногами и только в России, как то избавилась от болей. Правда несколько раз пришлось обращаться в Ростове в ЭНИО к биоэнергетикам. Они очень хорошо помогли. Все пытали кто такой Вася в моем окружении и только тогда я вспомнила своего двоюродного брата. Удивилась сильно, надо же столько лет прошло, но видимо мое негодование засело во мне глубоко на много лет. Наверно ничего не проходит для нас бесследно..

Мама очень хорошо шила и быстро. За ночь могла платье сшить, мне доверяла только швы обметывать. Боялась доверить машинку она ж кормила нас.

Под новый год она с соседкой сшила мне украинский костюм вышитую кофту, юбку в складку, атласный фартук фиолетового цвета, венок с множеством цветных лент. На празднике дочь учительницы после примерки отказалась его мне вернуть, а взамен на меня надела брюки и фуражку мальчиковую сказав, что мне это идет лучше. Дома узнали когда какая-то знакомая сказала:»какая гарная была дочь учительницы, какой венок, какой хфартучек». Мама посмотрела укоризненно и сказала: «знаешь дочка простота хуже воровства». Но прошло много лет когда я научилась себя немного защищать. и отличать добро от зла.

Развилка

Через год наш рудник закрылся. Отца оставили разбирать дома, мы с братом помогали. Брошенная собака решила защитить свой дом и укусила меня. Пришлось опять уехать в Янки-Юль на лечение. Каждый день я за три км ходила в больницу. Меня хватило только на пятнадцать уколов в живот вместо тридцати. Как только я получила письмо с новым адресом и тут же собралась в обратный путь. На поезде до Ташкента потом на Ангренском, родители предупредили, что он приходит ночью и надо успеть на машину идущую на Развилку. Машина была грузовая, крытая брезентом, меня как подростка посадили в кабину. Дорога была ужасной просто проложенная бульдозером по склону горы. Один раз чуть не