Ганфайтер - Владимир Поселягин

Девушки справились на отлично и, ещё раз покормив меня супчиком, уложили спать, так как глаза у меня стали закрываться сами собой.

Разбудило меня ржание одной из стреноженных лошадей. Открыв глаза, я посмотрел на тёмное, усыпанное яркими звёздами, ночное небо. Слева снова послышалось ржание, и чувствовалось, что лошади обеспокоены.

Попытка встать увенчалась успехом, даже голова не так кружилась, как я думал. Встав, я провел рукой по повязке, обнаружив, что она сухая, после этого присел, взял рубашку и надел её, действуя одной рукой. Потом пришлось снова с кряхтением наклоняться, на этот раз за оружием. Подхватив пояс с «кольтами», лежащими до этого у меня в изголовье, и застегнув его, завязал кожаные шнурки на бедрах, чтобы кобуры не бултыхались, после чего уже привычно выбив шляпу об колено, надел её на голову.

Сна не было ни в одном глазу, отоспался. Около потухшего костра сидела Мэри с винтовкой в руках и тихо посапывала носиком во сне.

«Яркий представитель часового на посту», – подумал я, с улыбкой посмотрев на спящую девушку. Агнесса обнаружилась спавшей возле брошенных кучей сёдел, с дробовиком в руках. По привычке проверив «запазуху», я всё так же не смог обнаружить контакта с ней. Печально.

Осторожно потянувшись и зевнув, я взял лежащую неподалёку флягу и, попив, положил её на место. Лошадь снова заржала, и на этот раз другие парнокопытные её поддержали.

«Да что там такое?!» – насторожился я.

Не будя девушек, пусть поспят, я направился к лошадям, которые беспокойно перебирая ногами и настороженно прислушиваясь стоящими торчком ушами, всхрапывали с явным испугом.

– Ну-ну, спокойней, что у вас там? – так трепля по холкам тех лошадей, мимо которых я проходил, показывая, что рядом, успокаивая, вышел на открытое пространство и при ярко светившей луне всмотрелся в прерию.

– А, так вон вы чего боитесь, волков.

Вдали, где лежали трупы бандитов, носились стремительные тени и слышались повизгивания. В том месте, где я свалил громилу, стояла та огромная лошадь и копытами отбивалась от волков. Послышалось знакомое ржание.

– Так вот кто меня разбудил. Не, мне туда идти не охота, – сказал я, обернувшись на спящих девушек. Вопрос, будить их выстрелами или нет, не стоял, поэтому, немного посмотрев на драку вдали, направился обратно. Ещё раз пройдясь мимо лошадей и успокаивая их, я подошёл к костру и, разворошив угли, сорванной сухой травой заново развёл костерок.

Время до рассвета я провел за осмысливанием своих действий и ближайших планов, поэтому, разминая руку, я крутил один из «кольтов» на пальце туда-сюда, привыкая к нему. Конечно, до нормальной тренировки мне ещё далеко, но кисти рук я разрабатывать уже начал. Правда, делал я это осторожно, любое резкое движение отдавалось болью в боку.

– Доброе утро, – сказал я зашевелившейся под серым одеялом Мэри.

Выглянув из-под одеяла, которым я её укрыл, она смущенно посмотрела на меня, понимая, что в другой ситуации за то, что она уснула на посту, её могла ждать хорошая порка, однако я, приветливо улыбнувшись, сказал:

– Кофе сварился, пора вставать, уже утро, – получилось несколько суховато, но других слов у меня не было, я не знал, как мне с ними себя вести.

– Доброе утро, – ответила девушка и, выбравшись из-под одеяла, потянулась, игриво стрельнув в меня глазками. Покачивая бедрами, она отправилась к сестре, оставив меня в недоумении.

«Это что, она заигрывает со мной? – озадачился я, с недоумением глядя ей вслед. – Однако быстро она забыла о своей семье… хотя да, новая жизнь полна опасностей, тут не место переживаниям, нужно жить дальше».

Пока девушки умывались, я сходил к пасущимся лошадям и посмотрел вдаль – коняга был там же и продолжал стоять у тела бывшего хозяина.

«Однако вот привязанность какая. Схожу-ка я посмотрю, что там», – положив руку на рану и предохраняя её от толчков и ударов, я направился к телам, где были видны головы грифов и другой живности.

Распугивая по пути разных мелких тварей, я дошёл до зверюги. Тот стоял у тела хозяина и злобно смотрел на меня, вся его шкура была покрыта засохшей кровью. Было видно, что зверюга едва стоял на ногах, однако он продолжал охранять своего хозяина. Посмотрев на пену на губах коня, я левой свободной рукой достал «кольт» и прицелился ему в голову. Такое впечатление, что он понял, что сейчас произойдёт, и закрыл глаза, чуть опустив голову, подставляясь под выстрел.

Не дождавшись выстрела, конь открыл глаза и посмотрел на меня, в его глазах была отчетливо видна мольба. Несколько минут я смотрел прямо в глаза коню, у которого был довольно жёсткий взгляд, и только тогда, когда он опустил глаза, я сказал:

– Да пошёл ты.

Убрав «кольт» обратно в кобуру, развернулся и, осторожно ступая, чтобы не растрясти рану, направился обратно.

– Ну что, готовы? Как там с завтраком? – весело спросил я у девушек, медленной походкой приближаясь к костру, на котором ароматно булькал котелок.

– Сейчас всё будет готово… – сказала Мэри и, обернувшись ко мне, осеклась. Проследив за её взглядом, я обернулся и увидел в трёх метрах от себя зверюгу.

– Тебе ещё что надо?! Пшёл отсюда!

– Не гони его… бедненький, поранили тебя, – защебетала около коня Агнесса. В отличие от Мэри, которую бросало в дрожь от одного вида зверюги, Агнесса явно с радостью возилась с понравившимся ей конём.

– Мы вчера никак подойти не могли, чтобы оружие забрать у того большого бандита, он не пускал, – пояснила Агнесса, ласково гладя коня по морде, после чего взяла его под уздцы и повела к родничку, где недавно мы напоили своих лошадей. Проводив их взглядом, я пожал плечами на недоумённо поднятые брови Мэри.

– Агнесса! – окликнул я девушку, которая осматривала раны на ногах коня, пока тот аккуратно пил воду.

– Да?

– Он теперь твой. Подарок.

– Ой, спасибо! – воскликнула та и, повернувшись к коню, радостно хлопнув в ладоши, сказала: – Я буду звать тебя Зверюга.

Услышав новое имя коня, я вздрогнул.

После завтрака я стоял на страже и поглядывал, как девушки, работая конвейером, подводили лошадей по одной и, вдвоём накидывая седла на спину, застегивали ремни. Всего у нас новых лошадей было четыре, последнюю не поймали, успела сбежать. Так что теперь у меня был табун на продажу в семь голов, хотя одного я обещал Агнессе, так что шесть.

После завтрака мы собрались и медленно, в основном из-за того, что я ранен, да и Зверюга передвигаться быстрее просто не мог, поехали к форту. Где-то к полудню я заметил небольшую горстку всадников, направляющихся к нам.

– Дьявол, вот бы сейчас «печенег» сюда или «максим» в крайнем случае, – простонал я, доставая подзорную трубу.

– Кто это? – спросила одна из девушек. Обе были позади, и я не понял, кто спросил, но вроде Агнесса, у неё голосок звонче.

– Армейцы вроде, – ответил я, продолжая смотреть в трубу.

– Из форта? – с надеждой спросила Мэри.

– Не знаю. На, посмотри, может, узнаешь кого-нибудь, – сказал я, передавая ей подзорную трубу.

– Ой, как близко, – восхитилась она, приложив медную трубу к правому глазу.

– Есть знакомые? – спросил я у неё.

– Мутновато, но впереди, похоже, едет сержант Андерс, он всё со вдовой О’Генри рядом был, когда мы в форте стояли.

Показав ей, как настраивать видимость по своим глазам, я добился успеха. Мэри опознала ещё двоих солдат.

– Уже лучше, похоже, что это действительно армейский патруль, – сказал я, убирая трубу обратно в чехол.

Тронув бока коня шпорами, заставил его идти вперед, навстречу солдатам, которые уже приблизились к нам на расстояние ста метров.

Заметив, что они охватывают нас полукругом, я положил руку на рукоятку «кольта», с подозрением провожая каждое движение солдат. Так просто я не дамся и прихвачу с собой хотя бы парочку.

– Мистер Андерс! – замахала рукой Мэри.

– Мисс О’Брайн? Это вы? – спросил сержант, прикрываясь рукой от бившего прямо в глаза солнца.

– Да это мы с сестрой, – ответила она.

Охватив нас полукругом, солдаты остановились, держа винтовки в руках, но пока не направляя их в нашу сторону. Оставив своих людей, сержант подъехал к нам и, коснувшись пальцами краев форменной шляпы, поприветствовал нас.

– Мисс, как вы тут оказались? И кто ваш спутник, на такой хорошо знакомой лошади? – спросил их сержант, с подозрением осматривая меня.

«Зараза, зря я на коня Веселого Джека сел, когда решил дать отдохнуть своему Чернышу», – подумал я.

– Ой, мы сейчас всё расскажем… – начала, было, Мэри, Агнесса как всегда молчала, но я, перебив их, спросил:

– Может, кофе попьем, а то у меня голова начала кружиться?

Я действительно чувствовал себя не очень. Похоже, сказалось долгое время, проведённое в седле.

– Мистер Андерс, Джонни ранен в перестрелке с бандой Джека Крисмана. Он убил его самого и пять человек из его банды.

– Вот как? – искренне удивился сержант и крикнул своим людям: – Лойс, Хекман, займите тот холм для наблюдения; остальным – встаем на бивуак.