Инсектбург - Андрей ЛакрО

советской писательской элиты: Михаил Зощенко, Николай Заболоцкий, Анна Ахматова. В том числе – поэт и писатель Николай Олейников. Как и у многих жильцов дома, судьба его сложилась не лучшим образом.

Поначалу всё шло неплохо. В Ленинград Олейников попал в 1925 году по назначению. Работал в газете «Ленинградская правда» и в редакции детского журнала «Новый Робинзон», основанного Самуилом Маршаком. Позже был редактором «Ежемесячного журнала» для детей («ЁЖ»), в котором регулярно публиковались Михаил Пришвин, Корней Чуковский, Евгений Шварц, а также поэты группы «ОБЭРИУ» (Даниил Хармс, Николай Заболоцкий, Александр Введенский), к которой примкнул и сам Олейников. В 1937 году он возглавил издание детского журнала «Сверчок».

В том же году в судьбе писателя наступил переломный момент. Как и многие его коллеги, он стал жертвой репрессий. Олейникова арестовали по обвинению в контрреволюционной деятельности, после допросов и пыток приговорили к расстрелу. Примечательно, что официальным приговором было десятилетнее заключение в лагере и изгнание из города. Через почти двадцать лет жена писателя получила фальшивое свидетельство о смерти мужа якобы от тифа. Реабилитирован посмертно в 1957 году.

Николая Олейникова считают одним из самый ярких и, в то же время, неоднозначных авторов эпохи, мастером иронического стиха, эпиграмм и пародий. Он оставил уникальное наследие, в том числе множество «насекомьих» стихотворений. Одно из наиболее известных посвящено таракану.

«Любовь пройдёт. Обманет страсть. Но лишена обмана

Волшебная структура таракана.

О, тараканьи растопыренные ножки, которых шесть!

Они о чём-то говорят, они по воздуху каракулями пишут,

Их очертания полны значенья тайного…

Да, в таракане что-то есть,

Когда он лапкой двигает и усиком колышет…»

Кроме того, в арсенале автора есть ещё одно произведение о таракане, а также о мухе, жуках и в целом о насекомых.

4.2. Таракановский мост и речка Таракановка

Мост с таким названием соединяет набережные Обводного канала в районе завода «Красный треугольник». На самом деле к тараканам он не имеет никакого отношения. Дело в том, что в начале прошлого века примыкающая к мосту улица Циолковского назвалась Таракановской. В честь учёного её переименовали в середине XX века. Ещё раньше тут текла река Таракановка, но и она была названа не в честь насекомых, а по фамилии владельца одного из местных заводов.

Таракановка вытекала из реки Фонтанки, шла вдоль фабричных корпусов и впадала в речку Екатерингофку. Причём, Таракановских мостов было несколько. Например, один из них подводил прямо к Нарвским воротам. На сегодня на площади Стачек от него нет и следа, речку в этой части города засыпали, а мост разобрали, как и остальные. Хотя переправа канула в Лету, от неё осталась легенда. Она гласит, что тихой ночью под аркой Нарвских ворот можно услышать журчание речки Таракановки.

В районе Обводного канала речка разделяла корпуса завода «Красный треугольник». Если встать на современный Таракановский мост, можно увидеть переход-арку на его месте. Получается, что в наши дни Таракановским мостом называется относительно новое сооружение. Это однопролётный металлический балочный мост-теплопровод. С обеих концов на устоях установлены торшеры с четырёхгранными фонарями.

Ну, а если прогуляться от набережной Обводного канала в сторону Нарвской заставы, то Таракановку можно даже увидеть. Точнее то, что от неё осталось. Вместе с Бумажным каналом и рекой Екатерингофкой она окаймляет Екатерингофский остров, по большей части занятый парком.

Примечательно, что в наши дни через речку Таракановку перекинуто два моста, но ни один из них не называется Таракановским…

5. Пчёлы и мухи барона фон Штиглица

Первый каменный дом на Английской набережной построили в 1716 году. Спустя сотню лет участок приобрели представители немецкого рода, бароны Штиглицы.

Александр Штиглиц, который на тот момент был крупнейшим финансовым деятелем России, заказал у именитого архитектора Александра Кракау строительство особняка. Позже его выкупили для младшего сына Александра II, великого князя Павла Александровича. К его женитьбе на греческой королевне Александре Георгиевне дворец перестроили.

Спустя столько переделок до нас дошло довольно вычурное здание. Фасад выкрашен в розовый цвет и красуется пышной лепниной. Тут и завитки растительности, перевитые лентами, и маскароны-лица, а также львы, ангелы, вазы и много чего другого.

В нашу же подборку он попадает благодаря пчёлам. Первый и второй этаж помпезного особняка разделяет полоса лепнины, где чередуются мотив пчёлы и цветка. Попали они туда совсем не случайно.

Разгадка смысла этих пчёл кроется в баронском гербе. Сверху на нём красуется орёл, снизу справа – щегол на ветке (Stieglitz – по-немецки «щегол»), а вот правее него – три пчелы. Эти насекомые символизируют трудолюбие. Пожалуй, барон отличался таковым качеством. Неудивительно, что он украсил их изображением свой дом.

Разглядеть пчёл поближе можно, прогулявшись по Соляному переулку. Там расположена художественно-промышленная академия имени Александра Штиглица. Между ней и школой №181, на мостовой можно обнаружить декоративную композицию из металла, похожую на люк. На ковке изображён тот самый герб.

Примечательно, что академия связана с ещё одним насекомым, пусть и условно. В народе учреждение называют «Муха». В послевоенное время оно носило имя создательницы главного монумента СССР «Рабочий и колхозница» Веры Мухиной.

До 40-ых годов здание находилось в запустении, однако после войны стране понадобились специалисты, способные восстановить всё разрушенное. Так что, в 1945 году в особняке организовали Ленинградское художественно-промышленное училище. Ещё через восемь лет его назвали в честь известной женщины-скульптора. Имя барона Штиглица учреждению вернули только в начале XXI века.

Кроме того, герб знатного рода можно увидеть на здании вокзала станции «Новый Петергоф». Что не удивительно, ведь барон внёс огромный вклад в развитие железнодорожного сообщения в регионе. Именно он является основателем и первым владельцем Петергофской железной дороги. Перед входом на тот же вокзал можно обнаружить памятник барону.

6. Кованные стрекозы набережной реки Карповки

Хотя Санкт-Петербург всемирно известен историческим наследием, это всё же крупный мегаполис. В нём архитектурные жемчужины XVIII века соседствуют как со «сталинками», так и с комфортабельными жилыми кварталами, построенными в наши дни. В последних архитекторы также не обошли стороной тематику насекомых.

Дому на Набережной реки Карповки, 10 меньше двадцати лет, его сдали в эксплуатацию только в 2004 году. Известно, что здание буквально втиснули на место сквера. Озеленённая часть тоже осталась, но в более урезанном виде.

Визуально дом пытается мимикрировать под стилистику северного модерна и неоклассицизма