Ночь пляшущей тени - Алексей Бессонов

– Барон Ларго. – Он был молод, но на загорелом и обветренном лице уже появились ранние морщинки. – Рад приветствовать вас, дорогой князь, у нас на мысу.

– Погодите, – улыбнулся Маттер, отвечая на рукопожатие, – Ларго! Вы – сын Джуса Ларго, королевского инженера, не так ли? Он рассказывал мне о вас. Два года назад вы уже командовали крейсером 2-го ранга! Как же вас занесло сюда, барон?

– Авария, – молодой офицер скривился и виновато развел руками. – Ближайшие пару лет в воздух меня не выпустят, так что пришлось согласиться на предложение командования и принять эту базу. Пока здесь мало интересного, но скоро все изменится… – Ларго вежливо поднял руку, приглашая Маттера в свой кабинет. – Наш берег будет играть немалую роль в новой политике Трона.

– Вот как? – хмыкнул в ответ князь.

– Развитие торговли с заокеанскими державами – это единственный способ как-то поднять экономику нашего многострадального Юга, – вздохнул Ларго, доставая из шкафа небольшой серебряный графин. – В столице, я знаю, проблемы южан выглядят какой-то ерундой, но стоит немного пожить здесь, и начинаешь понимать всю глубину их отчаяния. На побережье упадок южного дворянства ощущается с особенной силой.

Маттер согласно покивал. Настойка, предложенная молодым комендантом, оказалась весьма недурна, и он с удовольствием допил свою рюмочку до дна.

– Как тут у вас с инженерами, барон? – спросил он. – У меня забарахлил один из двигателей, а отремонтироваться в столице мы не успели, не было времени.

– Инженерный состав весьма грамотен, – склонил голову Ларго, – а ремонтная база – выше всяких похвал. Наша станция построена совсем недавно, и на оборудование военное ведомство не поскупилось, так что мы можем отремонтировать все что угодно, не хуже, чем на верфях.

– Это замечательно, – Маттер встал, взял со стола свою шляпу, – ибо корабль может потребоваться мне в любую минуту. Хотелось бы, чтобы ваши люди занялись движком прямо сейчас, не откладывая это дело. И вот еще что: экипаж мой, как вы понимаете, на королевской службе не состоит, а потому требует некоторых привилегий. Хотелось бы, чтобы людей разместили в офицерской казарме. У вас же должны быть свободные помещения, не так ли?

– Все будет сделано, как вы прикажете, – Ларго прижал руку к сердцу и снова поклонился. – Через полчаса мы заведем корабль в укрытие и займемся вашими проблемами. К завтрашнему дню двигатель приведут в полный порядок.

– У нас довольно сложные моторы, – князь остановился на пороге кабинета, – поэтому ремонтом должен руководить мой стармех. Проследите, чтобы его не обижали, хорошо?

Комендант вышел на воздух вместе с ним. Возле входа в резиденцию уже стояли Эрмон и камердинер Васко, рядом с ними ждали своего часа несколько чемоданов и оружейные кофры, обвязанные кожаными ремнями. При виде коменданта люди князя поклонились, и Ларго ответил им вежливым кивком.

– Между прочим, мой старший штурман сопровождает меня во всех моих делах, – негромко произнес Маттер, – так что, если он обратится к вам от моего имени…

– Я все понял, – быстро ответил Ларго и, повернувшись к Эрмону, коротко склонил голову. – Моя машина уже готова отвезти вас в Майли, господа. Жаль, что вы не можете остаться на завтрак, но дела есть дела, не так ли?

– Вы все хватаете на лету, барон, – рассмеялся Маттер. – Клянусь Вседержителями, отец должен гордиться вами!

Негромко пофыркивая мотором, подъехал большой фаэтон, выкрашенный в серо-голубой цвет Королевского Воздушного Флота. Васко быстро забросил вещи в багажное отделение позади заднего дивана, уселся рядом с усатым, дочерна загорелым водителем и достал из кармана плаща небольшую трубку.

– Скоро увидимся! – поднял руку Маттер, забираясь в машину.

Водитель плавно взял с места, и фаэтон покатил к высоким воротам базы, за которыми, на холме, виднелись развалины древней крепости, выстроенные в незапамятные времена одним из первых владетелей этой части побережья.

– Я думал, здесь будет жарко, – задумчиво произнес Эрмон, глядя на полуобвалившиеся зубцы крепостной стены.

– Еще только утро, старина. К полудню ты прожаришься как следует, уверяю тебя.

– Кстати, а почему вы отказались от завтрака, командир? Офицеры станции ужасно разочарованы. Насколько я понимаю, они очень старались и раздобыли для вас лучшее, что только можно было найти в соседнем местечке.

– Потому что нам нужно отдохнуть и иметь к вечеру свеженькие, ничем не приперченные мозги. Его милость граф Дериц повесил на меня дело, заниматься которым мне ужасно не хочется, но выбираю здесь не я, так ведь? Так что извини уж, сейчас нам придется кое-чем жертвовать.

Штурман откинулся на высокую спинку кожаного дивана и недовольно поморщился.

– Тут уж как вам угодно, – заметил он. – И кого, позвольте узнать, мы станем грабить в этот раз?

– Пока никого, – криво усмехнулся в ответ Маттер. – Для начала нам следует отыскать одну даму, о которой нам неизвестно практически ничего. И у меня есть основания полагать, что к публичности наша благородная дама вовсе не стремится, а раз так, задача представляется нелегкой. В Майли без малого полмиллиона жителей – вот и ищи.

– Если она не хочет, чтобы ее нашли, то поиски продлятся долго, – вздохнул Эрмон. – А «долго» вас, конечно же, не устраивает никак.

Маттер покачал головой. Фаэтон плавно мчал по гладкой, недавно построенной дороге, которая сделала бы честь многим столичным пригородам. Справа от серой ленты безмятежно рябил мелкой волной океан, слева ползли по отлогим склонам холмов виноградники.

– Наша дама, как я уже сказал, происходит из благородной, к тому же довольно известной фамилии, – проговорил князь, подставляя лицо потоку свежего ветра. – Однако ж дом ее предков практически разорен, поэтому ей приходится зарабатывать на жизнь своей головой…

– Головой, – недоверчиво хмыкнул Эрмон.

– Насколько я знаю, по большей части именно так. Да впрочем, остальное меня и не волнует. Дама эта подвизалась в качестве советницы одного прощелыги, который, благодаря ее покровительству, в последние годы заработал репутацию человека с размахом. Здесь, на Юге, такие люди идут за хорошую цену, не правда ли?

– Юг продолжает жить трехсотлетней давностью, – штурман криво улыбнулся, дернул в несогласии плечом, – так, будто реальность не касается его ни малейшим образом. И виноватых в этом не сыскать…

Слова Эрмона заставили князя усмехнуться. Трехсотлетней давностью, повторил он про себя. Лучше, пожалуй, и не скажешь. Юг не просто цеплялся за традиции, Юг с невероятным упрямством следовал «дворянскому укладу», о котором вся остальная Пеллия, бурно растущая на второй уже волне «фабричного шторма», если и вспоминала, то только с улыбкой. Северным провинциям, чье могущество было построено на стали и угле, на сукне, пшенице и корабельном лесе, южане с их ленцой и бахвальством представлялись если не сонными бездельниками, то, по крайней мере, героями классических комедий.